Без тебя: Любовь вопреки - Яна Марс

суда казался другим. Не таким враждебным. Или это она сама изменилась? Алиса сидела на своём месте, заламывая пальцы, и старалась унять волнение. Она сказала правду. Она выдержала. Теперь очередь других.

— Слово предоставляется свидетелю со стороны ответчика — Тиграну Волкову, — объявила судья.

Тигран поднялся. Он был в строгом костюме, с аккуратно завязанным галстуком — непривычный, официальный, но Алиса знала: под этой оболочкой всё тот же Тигран, который держал её за руку, когда она плакала, и который умел быть нежным, когда никто не видел.

Он прошёл к трибуне, положил перед собой папку с документами.

— Представьтесь, — сказала судья.

— Тигран Львович Волков, — его голос был ровным, спокойным. — Сооснователь и технический директор компании, специализирующейся на кибербезопасности и цифровых расследованиях.

— Ваша роль в данном деле?

— Я оказывал помощь Алисе Константиновне в сборе доказательств, — ответил Тигран. — В частности, проводил цифровую экспертизу материалов, предоставленных стороной ответчика.

Адвокат Эдика поднялся.

— Ваша честь, этот свидетель не может быть объективным. Он находится в личных отношениях с ответчицей.

— Ваше право задать ему вопросы, — ответила судья. — Продолжайте.

Тигран открыл папку.

— Мной был проведён анализ публикаций, направленных против Алисы Константиновны, в социальных сетях и мессенджерах. Все эти публикации содержали сгенерированные нейросетями фото и видеоматериалы, которые выдавались за реальные. Экспертиза показала, что исходные фотографии были взяты из закрытых аккаунтов Алисы Константиновны. Доступ к ним имел только ограниченный круг лиц.

— Вы утверждаете, что эти фото сфабрикованы? — спросил адвокат Эдика.

— Утверждаю, — Тигран повернул ноутбук так, чтобы судья могла видеть экран. — Вот метаданные. Вот цепочка заказов на генерацию изображений. Они были размещены через подставные аккаунты, но IP-адреса ведут к одному источнику.

— К какому? — спросила судья.

— К IP-адресу, зарегистрированному на фирму, подконтрольную отцу ответчика, Марату Суровцеву, — ответил Тигран.

В зале загудели.

— Тишина! — судья постучала молоточком.

Адвокат Эдика побледнел. Эдик что-то зашептал своему защитнику, тот покачал гололвой.

— Кроме того, — продолжил Тигран, — мной были восстановлены переписки, которые Алиса Константиновна удаляла по требованию ответчика. В них содержатся прямые угрозы в её адрес.

— Это вторжение в частную жизнь! — воскликнул адвокат Эдика.

— Восстановление собственных удалённых данных не является нарушением закона, — спокойно ответил Тигран. — Все материалы были предоставлены суду добровольно.

Судья изучала документы, перелистывая страницы. Алиса смотрела на неё и не могла дышать.

— У меня есть всё, — сказал Тигран. — В том числе доказательства того, что Эдуард Суровцев через подставных лиц организовывал травлю своей бывшей жены в интернете.

Эдик вскочил.

— Это ложь! Он всё придумал!

— Сядьте! — судья повысила голос. — Вы будете иметь возможность ответить.

Эдик сел, зло глядя на Тиграна. Алиса видела, как дрожат его руки.

— Суд приобщает представленные материалы к делу, — сказала судья. — Свидетель, вы свободны.

Тигран вернулся на своё место, сел рядом с Алисой. Под столом он взял её за руку.

— Ты видел его лицо? — прошептала она.

— Видел, — ответил он так же тихо. — Он в панике.

Алиса сжала его пальцы.

____

После Тиграна слово взяла Настя. Она поднялась, поправила блузку — чёрную, строгую, непохожую на её обычные яркие наряды. В зале было тихо.

— Представьтесь, — сказала судья.

— Настя… Анастасия Сергеевна Ковалёва, — голос Насти дрогнул, она закашлялась, начала снова. — Я — лучшая подруга Алисы. Я прошу слова как свидетель защиты.

— Слушаем вас.

Настя вышла в центр зала, повернулась к судье. Алиса видела, как дрожат её руки, но голос был твёрдым.

— Я знаю Алису несколько лет, — сказала она. — Мы вместе учились на курсах фотографии. Я помню её до замужества. Она была живая, весёлая, талантливая. Она могла рассмеяться так, что все вокруг начинали улыбаться. Она мечтала о большой любви, о семье, о детях.

Настя достала из сумки несколько фотографий, показала их судье.

— Вот она на курсах, а вот я пришла на защиту её выпускного проекта. Вот в роддоме с Мишкой — она такая счастливая, держит сына на руках.

Судья рассматривала снимки.

— А вот, — Настя помолчала, — вот она в последний раз, когда мы виделись пару месяцев назад. До её побега.

На фотографии Алиса сидела за столиком в кафе, сжавшись в комок, с пустым взглядом. Она была худой, бледной, под глазами — темные круги.

— Я не узнала её в тот день, — голос Насти дрогнул. — Она была как тень. Она почти перестала звонить, мы редко виделись.

— Ваши показания не имеют прямого отношения к опеке над ребёнком, — вставил адвокат Эдика.

— Имеют, — возразила Настя. — Если мать ребёнка уничтожена, она не может нормально заботиться о сыне. Алиса была уничтожена! Когда она поняла, что её сын в опасности, она сбежала.

— Вы были свидетелем того, как ответчик угрожал Алисе Константиновне? — спросила судья.

— Нет, но она говорила мне о том, что в их отношениях много сложностей, — ответила Настя.

— Вы знали, что она скрывается от законного отца?

— Я была заграницей и не знала, о ситуации Алисы. Но если бы знала, что она спасает себя и своего ребёнка — я бы ей помогла, — твёрдо сказала Настя.

В зале повисла тишина. Эдик сидел, вцепившись в подлокотники кресла. Его лицо покрылось красными пятнами.

— У меня всё, — сказала Настя и вернулась на своё место.

Алиса смотрела на неё, чувствуя, как слезы текут по щекам.

— Уважаемый суд! — Эдик не выдержал. Он вскочил. — Здесь всё подстроено! Они все против меня! Эта женщина, — он указал на Алису, — она просто хочет вытянуть из меня деньги!

— Сядьте! — судья повысила голос.

— Она нашла себе богатого покровителя и решила избавиться от меня! — продолжал Эдик. — А этот ваш эксперт — её любовник! Он всё подделал!

— Я требую удалить ответчика из зала суда! — сказал адвокат Алисы.

— Садитесь, — судья посмотрела на Эдика. — Вы будете иметь возможность высказаться в свою защиту. Если вы не сядете сейчас, я прикажу вывести вас.

Эдик сел, тяжело дыша. Его лицо было багровым. Марат Суровцев что-то зашептал ему на ухо, но Эдик дёрнул плечом, отстраняясь.

Алиса смотрела на него и не узнавала. Перед ней был не тот уверенный, красивый человек, который когда-то очаровал её. Это был разозлённый, испуганный мальчик, который не привык, что ему перечат.

— Суд удаляется для принятия решения, — объявила судья.

Глава 57

Москва. Август 2025 года.

Алиса стояла в коридоре, сжимая стаканчик с водой. Руки дрожали, а в горле пересохло так, что она не могла говорить. Она не могла сидеть на месте, поэтому неспеша ходила туда-сюда. Они ждали решения судьи больше часа, время тянулось очень медленно.

Журналисты нестолько раз пытались взять у неё комментарии, но адвокат помогал ей отказываться от