Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Дмитриевна Гончарова

Снегирев быстро и как-то нервно кивнул.

– Как прикажете, господин.

Мечислав довольно улыбнулся. Он был королем, и ему не требовалось добавлять что-нибудь вроде угроз или даже предупреждений. Его и так боялись и уважали. И я почувствовала его удовлетворение как прохладный ветерок, тронувший мою кожу. Я что – воспринимаю его эмоции? Или это все воспринимают? Я так мало знаю о вампирах, что не могу ни в чем разобраться. Не-ет, сразу после всей этой заварушки – в библиотеку и в интернет, просеивать бумажный и электронный хлам! Должна же мне попасться хотя бы одна искорка золота? Я потерла виски. Голова не то чтобы болела, но могла заболеть в любой момент. Это было бы очень некстати! А что может помочь? Горячая ванна с пеной! И чтобы пролежать в ней не меньше получаса. Лежать, закрыть глаза и ни о чем не думать. Только цедить ледяной яблочный или апельсиновый сок из огромного бокала, стоящего рядом. Или протягивать руку за конфетой. Лучше всего – моим любимым мармеладом в горьком шоколаде. Плебейство? Возможно! Но так вкусно!

– Алексей Иванович, с вашего позволения, я хотела бы принять ванну. Это возможно?

– Да, конечно, Юля! Вы знаете, где комнаты для гостей. Выбирайте себе любую ванну – и мойтесь.

– Отлично, – просияла я. Если уж я собираюсь к вампирам в гости – я должна быть в отличной форме. Физически я чувствовала себя очень даже хорошо, но испачкаться успела так, что дальше некуда.

Одна размазанная косметика чего стоит! Но сначала…

– Вы ведь не уедете без меня? – Я умоляюще поглядела на Мечислава. Он улыбнулся мне – и улыбка ударила как электрический ток. Это не было вампирским гипнозом. Просто я узнала, о чем он думал. А думал он о том, что хорошо бы принять ванну вместе со мной. Погрузиться в горячую воду, смывая все следы недавней битвы. Взять флакон с жидким мылом, выдавить его на ладонь, растереть и медленно провести по моим плечам, по груди, по… Да что же это такое?! Я, что ли, становлюсь сексуальной маньячкой? Или это опять вампир развлекается? Второй вариант был… успокоительней.

– Юля, я обещаю, что сегодня возьму тебя с собой на встречу с Андре. Одежда уже заказана. – Снегирев подтвердил эти слова судорожным кивком. Интересно, сколько и кому придется отстегнуть за беспокойство, чтобы посреди ночи черт знает куда повезли кучу одежды? – Тебя это устроит?

Голос вампира обволакивал меня со всех сторон, дотрагиваясь там, где еще никто ко мне не прикасался. Без сомнения, Мечислав отлично знал, как действует на меня его голос. И вовсю этим пользовался. Я предпочла ничего не заметить. Хотя больше всего на свете я сейчас мечтала принять ванну вместе с ним. Но осуществление мечты иногда не стоит последствий. И это был тот самый случай. Я не сомневалась, что пригласи я сейчас Мечислава – и он придет. Просто чтобы укрепить свою власть надо мной. И мы проведем вместе несколько незабываемых часов. Вряд ли я пожалею об этом. А вот потом…

Светло-серые глаза… Искренняя радость на лице, когда я хвалю рисунки… Тихий голос… «Не бросай меня, Юленька…».

Стоит ли пара часов с Мечиславом нашей зарождающейся близости? Нет. Однозначно – не стоит.

– Более чем!

И я вприпрыжку поскакала по лестнице. В ванной я включила воду на полную мощность, поскорее разделась и понюхала флакончики, стоящие на полке. Ага! Вот это мне нравится! Пена с ароматом жасмина. Огромный куст рос у нас перед домом, прямо под окнами, и летом я буквально купалась в волнах его аромата. Я поискала в баре комнаты вино и конфеты, нашла и то и другое – и растянулась в горячей воде во весь рост. Лучше бы сок, но вино приведет меня в состояние легкого опьянения, а мне того и надо. К Дюшке в гости я бы вообще предпочла ехать мертвецки пьяной. Ну или хотя бы слегка навеселе. Чтобы мне и Эверест был по это самое. Тьфу – и все тут.

Струи воды ласкали тело, расслабляя мышцы и снимая усталость. Пена быстро росла, пока не закрыла всю воду. А потом и меня. Я тщательно вымыла волосы, сняла с руки повязку и обработала рану одеколоном. Хотела одеться, выйти и попросить еще бинты, но не успела. Дверь приоткрылась, и голос Даниэля смущенно спросил:

– Юля, мне можно войти?

Я стояла перед зеркалом совершенно голая, так что это было не самым лучшим предложением. То есть мне очень хотелось, но лучше пока не надо. Время еще не пришло.

– Подожди минутку!

Где тут полотенце? Я завернулась так, чтобы закрыть большую часть тела. Оно было достаточным, чтобы прикрыть и грудь, и зад. Мокрые волосы рассыпались по плечам. Ничего, скоро высохнут.

Не так у меня их много, чтобы феном сушить.

– Прибыла наша одежда, – Даниэль протягивал мне какой-то пакет. Глаза его непроизвольно побежали по моему телу. Мне бы смутиться, но я не могла. Так мало в этих светлых глазах было от животной похоти. Скорее восхищение. Интересно – чем? Я ведь далеко не топ-модель. Но сейчас я впервые пожалела об этом. Нет, если выберусь – первым делом отправлюсь в библиотеку, а потом – на фитнес!

– Ты сам не хочешь принять ванну? – мой голос звучал немного хрипло.

Даниэль улыбнулся мне.

– Я уже успел искупаться. Мечислав просил передать, что у тебя полчаса. А потом он поедет или с тобой, или без тебя.

– Как мило! Ладно, давай сюда тряпки! Кстати, ты не мог бы найти мне перевязочный материал для руки? Укус до сих пор болит. Даниэль протянул мне пакет и вышел.

Я вытряхнула все, что в нем было, прямо на пол. Что ж, спасибо вампиру. Только вот цвет я не одобряла. Черное нижнее белье больше всего подходило не для носки, а для соблазнения – сплошные кружева с отверстиями. Причем – на всех местах и в форме сердечек. Но мне понравилось. Я бы такое надела, если бы смелости хватило. Раньше не хватало. Но вампир об этом и не знал. Упаковка с колготками точно моего размера. Ярко-алые кожаные брюки, расшитые стразами, тоже нареканий не вызвали. Просто красивая вещь. Обычно я не одобряю всяких блесток, но сейчас они выглядели не нелепостью, а удачным решением модельера. И сели на меня как влитые. Дальше стало хуже. Верхняя часть моей одежды состояла из двух вещей. Черного шелкового топа с завязочками, прозрачного, как темное стекло, и плотно прилегающего к телу. И ярко-алой шелковой же кофты