Мой. Дикий. Бывший - Аня Истомина

Мы ужинаем в ресторане итальянской кухни. Я пью вино, Маша — сок, смотрю на неё с улыбкой. Она вопросительно поднимает брови в ответ.

– Что? – уточняет недоверчиво.

— Ты знаешь, я до сих пор не верю, что мы вот так случайно встретились спустя два года. Я уже и не надеялся тебя увидеть, — отвечаю ей и Маша мило краснеет. Ощущение, что мы только-только начинаем встречаться.

— Мне приятно, что ты искал меня, Миша, – наконец выдаёт она, отставляя тарелку.

— Пошли, — киваю. Она молча кивает мне в ответ и встаёт.

Как только заходим в номер, стаскиваю с себя одежду и падаю на кровать, зарываясь головой в мягкую подушку. Маша без вопросов повторяет всё то же самое, только натягивает мою футболку. Завтра я снова буду пахнуть любимой женщиной.

Притягиваю Машу к себе на грудь, закрываю глаза.

— Жарко, — шепчет Маша, елозит и отворачивается на бок.

Не могу отлепиться от неё, поворачиваюсь следом, прижимаясь всем телом, утыкаюсь носом в шею и чувствую, что, как бы я ни хотел спать, член бунтует и стоит колом.

Поглаживаю покатые бёдра, целую плечо.

— Нет, Медведь! — шипит Маша. — Ничего не будет.

Вздыхаю, вдавливаюсь в нее бедрами, давая понять, что мне очень хочется.

Машка отрицательно мычит и отодвигается дальше, переворачиваясь на живот. Не выдерживаю. Нависаю над ней сверху и кусаю за шею.

— Ай! — взвизгивает Маша и дёргается, но лишь сильнее меня заводит. Проникаю рукой под ткань трусиков, ласкаю её, не давая места для маневров, чтобы отбиться. Моя отзывчивая девочка спустя несколько мгновений перестаёт сопротивляться, её дыхание учащается. Это победа. Разворачиваю ее к себе лицом и жадно целую, спускаясь ниже, зацеловываю с ног до головы. Потом поднимаюсь обратно, снова лаская губы и коленом раздвигая ножки.

— Так нечестно, Миша! – шипит Маша, но подаётся на встречу.

— Я не говорил, что будет честно, — улыбаюсь и отодвигаю трусики.

Вхожу аккуратно, так, чтобы не сделать больно и не навредить её здоровью. Я сейчас воспринимаю её как хрустальный шар. Настолько хрупкий, что его можно разбить от одного лишь неловкого прикосновения.

Двигаюсь медленно и не глубоко. Это пытка, потому что Маша очень влажная и горячая.

Маша подстегивает меня ножками, а когда я не реагирую, приподнимается, валит меня на спину и садится сверху, перехватывая инициативу. Шиплю от возбуждения, сжимаю её грудь, рёбра, бёдра, ягодицы. Подаюсь вперёд, притягивая к себе и целуя.

Ну не можем мы друг без друга! Сдохнуть охота, когда она далеко. Подстраиваюсь под тот темп, который Маша выбирает сама, поддаюсь ее ласкам, разрешаю быть главной. Ей виднее, как ей хорошо в данный момент, и мне кажется, что сейчас она более горячая и раскрепощенная, чем обычно.

Маша набирает темп, движется на мне всё быстрее и быстрее. Закрываю глаза и постанываю.

— Маша, — рычу, притормаживая её. — Я боюсь сделать тебе больно.

— Мне очень хорошо, — шепчет она, покачивая бедрами и убирая мои руки в стороны. — Туда, где яйцеклетка, ты точно не дотянешься. Я хочу сильнее.

Усмехаюсь, нажимаю на ее бедра и насаживаю резче на себя. Маша охает, выгибается и запрокидывает голову. Нам даже не нужны сейчас дополнительные ласки, достаточно синхронного движения разгоряченных тел. Всё происходит настолько страстно, что мы заканчиваем быстро и ярко.

Машка падает рядом, успокаивая сбившееся дыхание.

– Если это влияние гормонов, то мне нравится, когда ты беременная. – шепчу ей на ухо. – Заставлю тебя рожать одного за одним, чтобы ты меня трахала. Прям как в первый раз.

Она усмехается, отворачиваясь и прячет голову под подушку, а я ржу.

После того, как мы начали встречаться и Маша сбежала из кровати и заперлась в туалете, я перестал на нее давить. И избегал близости, ограничиваясь поцелуями и легкой эротикой, чтобы не пугать.

Маша же, наоборот, стала хотеть большего и потихонечку начала зажимать меня. Увлекшись этой игрой, я всячески бегал от нее и не давал желаемого. Добегался до того, что в один прекрасный вечер моя скромная девочка пристегнула меня спящего к кровати и в прямом смысле оттрахала.

Не забуду ее лицо, когда она впервые опускалась на мой член, кусая губы и болезненно морщась. И не забуду свои ощущения от всего происходящего. Казалось, я сдохну от того, насколько сексуально это выглядит. Я едва выдержал, чтобы не обкончаться под ней.

– Маш, – зову ее, заглядывая под подушку. – А ты согласишься родить от меня? Потом, когда-нибудь?

– Ты сказал, тебе не нужны наследники. – бурчит она, поднимая голову. – И что если я решу родить, это будет худшим