Запретный: КИНГ - Слоан Кеннеди

- Поскольку ты отправился в тот клуб искать меня, могу только предположить, что ты пришел туда, чтобы порвать со мной? Сегодня днем у нас все было хорошо, Джио. Лучше, чем просто хорошо.

Джио так и стоял ко мне спиной, но его сборы немного замедлились.

Я подошел и заставил его повернуться.

- Я же говорил тебе, что не знаю, как это делается! - Я был раздосадован, потому что знал, что Джио прав. Он сделал все, что было в его силах, чтобы задобрить меня. Это он всегда менялся, чтобы дать то, в чем я нуждался. Я думал, что поступаю так же, но у меня ничего не вышло. Проблема в том, что я понятия не имел, что делать дальше.

- Я не могу потерять тебя, - прошептал я.

Джио отказывался смотреть на меня.

- Ты уже это сделал.

Мне в кожу вонзалось много оружия, но его комментарий заставил устыдиться их всех. Даже не столько из-за его слов, сколько из-за того, как он их произнес, у меня возникло ощущение, будто нож отрезает мне кожу кусочек за кусочком.

Хочешь пить, мо я зверушка ? Просто скажи, и я дам тебе столько воды, сколько захочешь.

Коварный голос был подобен удару пули в голову.

Я чувствовал, что трещу по швам, но жажда... она была просто невыносима. Глаза встретились с глазами Джио. Боль в его глазах стала переломным моментом. Я отошел от него и вышел из комнаты. Но дошел только до ванной. Кожа на спине горела. Я чувствовал запах горелой плоти.

Своей обожженной плоти.

Я открыл кран и набрал как можно больше холодной воды. Казалось, все горит, но жажда была непреодолимой. Я подставил рот под струю воды и пил, пока не затошнило. Даже после этого я сделал еще несколько глотков, а затем стал ополаскивать лицо водой. Когда я прислонился к раковине, руки дрожали, пальцы впились в гладкий фарфор. Боковым зрением я увидел фигуру, но не мог на нее посмотреть. Джио был абсолютно прав. Я не слушал и не говорил. Не по-настоящему.

- Я чувствовал. Верь во что хочешь, но я, блядь, чувствовал, Джио, - тихо сказал я.

Я почувствовал, как он приблизился, но не был готов. Я не был готов услышать, как он просит меня уйти. Я протянул руку, словно пытаясь остановить его, но Джио приближался. Я не хотел смотреть на него, но не мог не смотреть. Подойдя ко мне, он схватил полотенце для рук с вешалки рядом с раковиной. Он начал складывать его так, чтобы оно оставалось длинным, но не широким. Когда он опустил его под воду, его свободная рука потянулась вверх, чтобы обхватить пальцами мое запястье. Его прикосновение пробежало вверх по моей руке, посылая дрожь желания по всему телу.

Джио опустил свободную руку, но вместо того, чтобы отодвинуться, встал передо мной так, что оказался между мной и раковиной. Я попытался увеличить расстояние между нами, но он снова схватил меня за руку. Он медленно потянул ее вниз и вперед, пока рука не оказалась прижатой к его пояснице. Он немного повернулся, чтобы отжать полотенце, а затем протянул руку и приложил холодное полотенце к моей шее сзади. Пока Джио просто держал его в руках и наблюдал за мной в тревожном молчании, я поддался желанию почувствовать его больше. Я обнял его другой рукой за талию и прижался лбом к его лбу. Я закрыл глаза, чтобы вобрать в себя все, что мог.

- Это не кошмар, - тихо сказал Джио, проводя рукой по моему уху. - Это воспоминание.

Я кивнул.

Я ожидал, что он задаст следующий логичный вопрос о том, что же это за воспоминание, но Джио снова удивил меня.

- Кинг, - прошептал он. - Могу я сказать тебе, что загадал этим утром, когда задувал свечу?

Я все еще стоял с закрытыми глазами, но понял, что крепче прижимаюсь к нему, кивая.

Та дьявольская надежда, что росла в груди последние несколько недель, загорелась, как маяк.

Пальцы Джио теперь скользили мне по ушам и шее. Я все еще прижимался лбом к его лбу, но он изменил это, притянув меня еще ниже, настолько, что смог прошептать на ухо:

- Я хотел, чтобы ты был у меня первым во всем. Мой первый поцелуй, мой первый опыт наслаждения, моя первая любовь...

От его слов перехватило дыхание. Джио прижался губами к местечку прямо под ухом, прежде чем добавить:

- Ты уже подарил мне последнее…

Я не дал ему закончить, потому что не нуждался в этом. Он сказал достаточно.

Более чем достаточно.

Я был его первой любовью. Любовью.

Не влюблённостью.

Я поднял голову и поймал его губы своими. Джио тихонько застонал, когда я прижался губами к его губам, но не пытался углубить поцелуй.

Все, как я представлял себе, и гораздо больше. Его губы были мягкими и податливыми, и он с готовностью последовал моему примеру. Его руки обвились вокруг шеи, а затем он поцеловал меня в ответ. Моя попытка действовать медленно подверглась серьезному испытанию, но я был более чем готов дать Джио все, что он захочет.

Я опустил руки на задницу Джио и сжал его достаточно сильно, чтобы плавно поднять и усадить на край раковины. Наши губы оставались соединенными, но когда я понял, что достиг точки невозврата, заставил себя прервать поцелуй. Тело словно горело огнем, но на этот раз в хорошем смысле. Меня трясло от желания заявить на него свои права. Пытаясь разобраться в охвативших меня эмоциях, я кое-что понял.

Вот оно.

То, о чем говорили мои братья. Момент, когда жизнь, казалось, встала на свои места после целой жизни, в которой все было вверх тормашками, из стороны в сторону и, черт возьми, даже наоборот.

Я обхватил лицо Джио ладонями и ждал, пока он не откроет свои остекленевшие глаза. Мне хотелось рассмеяться, потому что мы только начинали, а он уже ощущал, как по венам разливается тот уникальный наркотик, что зовется удовольствием. Когда глаза Джио встретились с моими, я покачал головой, потому что они были слишком близко.

Я чуть не потерял его. Черт возьми, это все еще может случиться, хотя я бы изо всех сил старался убедить Джио, что достоин его.

- Я так сильно люблю тебя, Джио, - прошептал я. - Охуеть, как сильно, - добавил я и снова завладел