Запретный: КИНГ - Слоан Кеннеди

- Я люблю тебя, - тихо сказал он. Ни в выражении его лица, ни в том, как он произнес эти слова, не было ни тени колебания или сомнения. От этого признания по всему телу разлилось теплое чувство, и все мои страхи развеялись как дым.

Он любил меня.

Все остальное не имело значения.

Мы сможем пережить все, что случится дальше. Нет, мы справимся с этим.

Я нежно поцеловал Джио в губы.

- Я люблю тебя. - Его улыбка стала шире, несмотря на то, что он был на грани сна. - Джио, - тихо сказала я.

Несмотря на очевидную усталость, он открыл глаза.

- Да?

- С днем рождения, - сказал я, прильнув губами к его губам.

Джио удивил меня, обхватив сзади за шею, приподнял голову и одновременно опустил мою. От обжигающего поцелуя перехватило дыхание. Я опустил голову на грудь Джио, и его пальцы машинально начали перебирать мне волосы. Я знал, что нам обоим нужно привести себя в порядок и снять испачканные джинсы, но для этого еще будет время позже.

Гораздо позже.

Глава двадцать четвертая

ДЖИО

Несмотря на то, что была суббота, внутренний будильник подсказывал мне, что пора вытаскивать свою задницу из постели.

Учитывая все, что произошло прошлой ночью, эти часы просто должны заткнуться к чертовой матери.

Тело все еще чувствовало себя полностью обессиленным, но в хорошем смысле этого слова. Я был спокойнее, чем когда-либо, и впервые по-настоящему поверил, что получу все, чего хочу.

Он любил меня. Кинг любил меня.

Я все еще не мог поверить, что он произнес эти слова. Я не знал, что стало причиной такого поворота событий, но был благодарен за это. С того момента, как мы вернулись в мою квартиру, я был на грани отчаяния. Я разрывался между гневом и болью, и когда сказал Кингу, что все, что между нами было, закончилось, было такое чувство, будто мои внутренности разрывают на части.

Ответ Кинга удивил меня. Я ожидал, что он скажет, что я веду себя по-детски, и что он с самого начала все объяснил.

Я не могу потерять тебя.

Я не позволил его словам проникнуть в сердце, потому что устал ждать именно такого заявления. Но потом с Кингом что-то случилось. Он замолчал, и его тело напряглось еще сильнее, чем прежде, а дыхание участилось. В его глазах появилось затравленное выражение, а на лбу выступил обильный пот, несмотря на то, что в комнате было приятно прохладно.

А потом он ушел.

Я был опустошен.

Я направился к кровати, взять планшет и написать отцу, чтобы он приехал за мной, но тут услышал, как в ванной зашумела вода.

И побежал.

Когда я отправился на разведку, то увидел совершенно другого Кинга. Он пил из-под крана так, словно не пил несколько дней. По его лицу градом катился пот, а тело сотрясала дрожь. Когда он сказал мне о своих чувствах, когда был со мной, я в глубине души понял, что не могу его отпустить.

Кинг был так же травмирован, как и я, но ему удавалось скрывать это от всех, наверное, очень долгое время. Но прошлой ночью он позволил мне по-настоящему увидеть демонов, которые носил в себе.

Я должен был позаботиться о нем. Для меня было так же естественно, как дышать, броситься в его крепкие объятия и положить мокрое полотенце ему на шею, чтобы охладить разгоряченную кожу.

Когда он поцеловал меня, все как будто очистилось. В тот момент он не единственный, кто изменился. На меня снизошла странная ясность, и я понял, что все будет хорошо. Что у нас все будет хорошо.

Его поцелуй был божественным. Я был вне себя от радости, что так долго ждал своего первого поцелуя. Он должен был быть его.

Так было всегда.

А потом он сказал, что любит меня, и я остолбенел. В истинно Кинговой манере, когда он был готов на все, он был готов на все.

Когда мое желание вышло из-под контроля, охватила знакомая паника, что я не получу облегчения. Несмотря на неуверенность в сексе, которая была на виду у Кинга, он оставался со мной все это время. Как физически, так и эмоционально.

Откуда он так много знал о том, что я чувствовал, когда он взял под свой контроль все - мой разум, мое тело, мое сердце, даже мою душу - я никогда не узнаю, но это не имело значения. Быть с ним, чувствовать его тело на своем, слышать ободряющий шепот и похвалу в знак того, что он любит меня, - все это полностью оправдывало страх и неуверенность, которые я испытывал.

Несмотря на то, что Кинг лежал у меня на груди, когда я засыпал, я просыпался, по крайней мере, один раз ночью, только для того, чтобы обнаружить, что на мне не только нижнее белье, но и вся сперма, пролившаяся на тело, а также мой член были вымыты, и я в объятиях Кинга, где и должен быть.

Как только я вспомнил этот момент, мозг стал понимать, что что-то не так.

Моя грудь.

На моей груди не было ничего восхитительно тяжелого. Он бы не стал.

Он просто не стал бы.

Сонный туман рассеялся, и я быстро сел, чтобы сориентироваться. Мне не пришлось далеко ходить, чтобы найти Кинга. Он лежал на своей половине кровати.

Мои нервные окончания наполнились облегчением. Примерно на полсекунды.

Именно тогда я смог осмыслить то, что видели глаза.

На Кинге не было рубашки, так что мне была видна вся его спина. Я прикрыл рот рукой, чтобы подавить рыдания, вызванные неверием, когда проследил за картой шрамов и того, что было похоже на следы от сигарет, на его мускулистой спине. Было совсем немного неповрежденной плоти. Но только когда взгляд скользнул по его пояснице, что-то внутри меня умерло.

Из-за него.

- Кинг, - прошептал я, и слезы подступили к горлу, когда я увидел две большие буквы, которые, казалось, были выжжены на его коже.

Как клеймо.

Я почувствовал тошноту, хотя разум пытался осмыслить то, что видел. Над двумя буквами были еще какие-то буквы, хотя они и не были выжжены. Они были нанесены ножом или каким-то другим острым предметом.

Ужас пронзил меня, когда я смог разобрать буквы.

Собственность...

Собственность ЭО .

- Нет, - произнес я, задыхаясь от рыданий, когда опустошение поглотило меня. На нем была бирка, как на багаже.