Исцелить душу - Опал Рейн

и обтесывал их, чтобы ускорить строительство, раз уж Делора теперь была здесь. Ей нужен был полноценный дом. Рея помогала чем могла: присматривала за огородом, учила Магнара ухаживать за ним теперь, когда всё выросло, и стирала их одежду.

Перед их уходом он попросил Рею помочь обмыть Делору, потому что сам не мог. Он знал, что не справится. Он больше не мог заставить себя даже переодеть её.

Они продолжали приходить, даже когда к четвертому дню Делора почувствовала себя гораздо лучше и начала понемногу двигаться.

Она всё еще была слаба, но чернота больше не выходила из неё. Она могла удерживать еду и воду, стараясь есть медленно, если в животе начинались неприятные ощущения.

Магнар набрался смелости оставить её на время, чтобы помочь Орфею затащить внутрь бревна, которые тот подготовил, чтобы начать возводить перегородки для комнат, которые он запланировал.

Магнар улавливал обрывки разговоров между Реей и Делорой, когда заходил в дом и выходил из него, но почти не вникал в них. Он знал лишь одно: его женщине становится лучше, и скоро им нужно будет готовиться к путешествию.

Ведьма-Сова сказала ему, что чем раньше он отведет Делору в деревню Демонов, тем лучше, но он опасался этого. Он хотел, чтобы она всегда была в безопасности, а путь к деревне был так же опасен, если не больше, чем сама деревня.

Он не знал, о чем беспокоится сильнее.

Для Мавки это был четырехдневный путь. Он не мог уйти без неё, так как через сутки она появилась бы рядом с ним, но он хотел, чтобы здесь ей было комфортно. В деревне были вещи, в которых она нуждалась, и он хотел дать ей всё — целый мир, если бы мог.

Он отведет её туда, если это поможет ему наконец увидеть её улыбку.

Делора сидела на ступенях крыльца, упершись локтями в сведенные колени и положив подбородок на ладони, ожидая, когда она исчезнет.

Она вздохнула. Скукотища.

Только вчера к ней окончательно вернулись силы — прошло пять дней с тех пор, как она заболела, — и вот она уже решается на поход в деревню Демонов.

Магнар настоял на том, чтобы идти именно сейчас, несмотря на её сомнения. За последние несколько дней они почти не разговаривали, так как её периоды бодрствования были редкими и короткими. И хотя она сказала ему, что не горит желанием идти, он был непреклонен. Как только она окрепла настолько, что смогла без труда обойти весь двор, Магнар объявил, что они отправятся в путь в тот же день.

Мысль о том, чтобы разгуливать по опасной территории с нерожденным ребенком — кем бы он ни был — пугала. Она больше переживала за вред, который могли причинить ему, чем себе.

В то же время она понимала, почему им нужно идти.

На последней неделе беременности ей будет трудно удерживать призрачную форму, а до этого момента оставалось всего три-четыре недели. Она до сих пор не могла поверить, что будет беременна всего, блять, месяц!

Кроме улучшения самочувствия, она пока не видела никаких изменений в своем теле. Она думала, что это потому, что её живот и так был округлым, и нужно больше времени, чтобы разница стала заметна.

И всё же месяц — это совсем недолго, и она гадала, как её тело успеет приспособиться к такой стремительной перемене. Будет ли с ней или с ним всё в порядке?

У Ведьмы-Совы, судя по всему, проблем не возникло.

Узнать, что женщина, которую она смутно помнила по дому Орфея и Реи, на самом деле мать Магнара — это было безумие. Знать, что именно она родила всех Сумеречных Странников — еще безумнее.

Значит ли это, что они все братья?

Как только Делоре стало лучше, она засыпала Рею миллионом вопросов.

Причина, по которой все Сумеречные Странники были мужского пола, заключалась в том, что первым человеком, которого они все съели, был мужчина. Рея верила: если бы первой съели женщину, среди их вида были бы самки.

Однако женщины либо слишком боялись путешествовать из-за Демонов — особенно из-за риска того, что в пути у них внезапно начнутся месячные (чего они всегда опасались, даже в обнесенных стенами деревнях), — либо были достаточно умны, чтобы не попадать в ситуации, где их может съесть Сумеречный Странник.

— Я даже рада, что самок нет, — проворчала Делора. — Захотел бы Магнар женщину своего вида?

Этот вопрос она никогда бы ему не задала, и она была рада, что ей не придется сталкиваться с этой проблемой, если они и дальше будут есть только мужчин.

Это было бы совсем странно, ведь они были бы родственниками. Она сомневалась, что они знали об этом, ведь новость о том, что Ведьма-Сова их мать, была для них самих в новинку. Вот это был бы конфуз.

— С другой стороны, — продолжала она рассуждать вслух. — Интересно, могут ли Сумеречные Странники отдавать души друг другу? Есть ли у них вообще души?

Её мысли крутились вокруг того, что они выбирают партнера только потому, что, кажется, жаждут обрести душу — ведь и Магнар, и Орфей стремились восполнить эту потребность.

Делора издала тихий смешок.

— У Магнара есть душа. Я просто это знаю.

Он не мог не иметь её, будучи таким нежным и заботливым. Существо без души и сердца было бы пустым, как кошмар, ужасающим пожирателем плоти.

Но Магнар ухаживал за ней все последние дни. Протирал лоб влажной тканью, давал еду и воду, помогал подстроиться под переменчивую температуру, которая ей была нужна.

Он даже пытался взбить мне подушку. При этом воспоминании в груди разлилось тепло.

Сильный порыв ветра всколыхнул деревья, возвращая её к реальности.

— Это отстой. Сколько мне еще здесь сидеть?

Солнце уже давно поднялось над деревьями, утро было ясным и ярким, а ей оставалось только сидеть.

Магнар уже ушел в сторону деревни Демонов, заставив её терпеливо или, скорее, нетерпеливо, ждать, чтобы она появилась рядом с ним, как только он выйдет из самого опасного кольца леса Покрова.

Оказывается, Покров состоял из четырех колец жизни.

Граница, где бродили самые мелкие Демоны, но самые безжалостные и жадные до человечины. Там же находился их дом. Второе кольцо вглубь было местом обитания Демонов среднего размера — они всё еще были голодны до людей, но охотились только когда голодали, и ели всё, во что могли вонзить когти. Третье кольцо было смесью средних и крупных Демонов — тех, кто начал строить дома вместо гнезд и