Возлюбленная берсерка - Любовь Оболенская

Одноглазый Ульв расхохотался.

— Готов поспорить на марку серебра, что разрублю бревно быстрее!

— Что ж, давай поспорим, — улыбнулся Рагнар, сбрасывая с плеч меховую накидку...

Соревнование двух викингов выглядело интересно!

Они разделись по пояс, и сразу стало видно, что Ульв явно мощнее Рангара, но дан был более жилистым, с красивой рельефной мускулатурой. И хоть он отродясь не держал пилы в руках, приноровился к ней быстро. Два бревна одинаковой толщины положили на ко̀злы — и пошла потеха! Только щепки да опилки в разные стороны полетели.

Признаться, я залюбовалась тем, как работал Рагнар, как бугрились и, словно волны на море в шторм, перекатывались мышцы под его кожей. Несмотря на мороз, на телах викингов быстро выступили капли пота, ведь, стремясь превзойти друг друга, каждый из них работал на пределе своих сил...

И результат был достигнут! Правда, народ разочарованно загудел, когда половинки бревен одновременно упали с ко̀зел...

— Ничья! — зычно крикнул Тормод.

— Хороший повод отметить это сегодня вечером! — пророкотал Ульв, пожимая руку Рагнара. — А ты ничего, дан, силен! Я не уверен, что смог бы так быстро располовинить бревно этой странной штукой.

— А я вряд ли смог бы столь чисто перерубить его топором, — проговорил Рагнар, кивнув на половинки бревна, разрубленные и правда с ювелирной точностью.

— Кстати, несмотря на то, что в состязании никто не победил, думаю, что эта зубастая штука может нам пригодиться, — сказал Тормод, нагнувшись и проведя пальцем по гладкому срезу бревна, перепиленного Рагнаром. — Срез гладкий и чистый, одним топором такого добиться не получится. И видимых трещин в древесине нет.

— Что ж, остается только поблагодарить дроттнинг за очередную новую придумку, — улыбнулся Рагнар. — И почему-то мне кажется, что она далеко не последняя.

Мне оставалось лишь скромно улыбнуться — и при этом я заметила за собой, что отвела взгляд в сторону. Интересно, с чего бы? Неужто от того, что Рагнар смотрел на меня слишком восхищенно, словно я изобрела не пилу, а меч О̀дина, способный одним ударом разрубать наковальни и пробивать границы между мирами?

Глава 7

Буквально за несколько дней пришли нешуточные морозы, довольно быстро сковавшие фьорд льдом неслабой толщины.

— Всё, бесполезно, — сказал Рауд, войдя в длинный дом и ставя у стены пешню — специальное копье с широким жалом для долбления льда. — Богиня зимы Скади в этом году что-то уж очень быстро заморозила прибрежные воды своим дыханием. Лёд толщиной уже больше эльна. Я прорубил лунку шириной в две мои ладони, но из-за слишком толстого льда топором ее не расширить, и на таком морозе она промерзает почти сразу...

Рауд со своими обледеневшими бородой, усами и бровями был похож на грустного Деда Мороза. Понятное дело, свежую рыбу в Скагерраке любили все, но добывать ее из-под льда такой толщины было сущим мучением. Особенно сейчас, во время сильных морозов, когда снаружи долго не поработаешь без риска схватить воспаление легких.

И тут меня осенило!

Я накинула шубу, вышла из длинного дома, и направилась в кузницу, где здоровенный кузнец по имени Магни как раз был занят тем, что правил на наковальне очередную затупившуюся пешню — не один Рауд пытался сегодня добраться до свежей рыбы.

Увидев меня, Магни отложил увесистый молот.

— Здравия тебе, дроттнинг, — добродушно прогудел он. — Опять пришла мешать мне работать?

— Ага, — улыбнулась я. — Хочу чтобы ты сделал...

Я покрутила в воздухе пальцами, не зная, как объяснить чего мне надо. И чертеж-то такой я не нарисую — а если и получится с ним что-то, вряд ли Магни меня поймет. Это у людей двадцать первого века мозг заточен под восприятие всяких технических штуковин, а в девятом люди голову на другое тренировали — чтение следов, предугадывание смены направления ветра, повадки промысловых животных, ориентирование по звездам, ну и так далее...

И тут мой взгляд упал на статуэтку из глины, которые викинги любили расставлять на небольших полочках, прикрепленных к стенам. Таких полочек в кузнице было несколько, и на них стояли фигурки богов и героев скандинавской мифологии. Одна из них, изображавшая гигантского змея Йормунганда, который обвивает мир людей Мидгард, привлекла мое внимание. Статуэтка была нестандартной: скульптор, не очень представляя, как изобразить этот самый Мидгард, вылепил его в виде дерева — явная отсылка к мировому древу Иггдрасиль.

— Сынишка мой балуется, — пояснил Магни. — Вместо того, чтоб кузнечные навыки тренировать, ерундой мается.

— Да не сказала бы, — отозвалась я. — Такие фигурки хорошо на ярмарке продаются. Немного руку поднабьет, и будет тебе хороший доход в семью. Но я сейчас не об этом. Видишь змея, обвившего дерево?

— Ну, вижу, — озадаченно почесал бороду кузнец, не понимая, к чему я клоню. — И чего?

— Представь, что у него на спине растет длинный и гибкий клинок меча. Прям от головы и до кончика хвоста. А из верхушки дерева торчит вот такая рукоять...

Свою идею я объясняла кузнецу до вечера. И ближе к ночи он ею не на шутку загорелся!

— Я понял! — воскликнул он. — Воистину ты любимица богини знаний Вёр, которая постоянно делится с тобой своей мудростью! В общем, никуда не уходи, а то я боюсь что-то забыть или напутать, как с той пилой.

В результате я всю ночь провела в кузнице, корректируя действия Магни, который хоть и был человеком недалеким, но имел очень сильные руки, растущие из нужного места, и соответствующие навыки, наработанные годами нелегкого труда в кузнице.

В результате утром мы вышли из кузни грязные, все в саже, но довольные. Магни нес в руках тяжелую металлическую штуковину, действительно похожую на змея, обвившегося вокруг дерева.

— И чего это такое? — подозрительно спросил старый Тормод, встретившийся нам на пути.

— Новая придумка нашей королевы, — сказал Магни. — Сейчас пойдем на лед смотреть как она работает...

...Поглядеть на мое новое «изобретение», несмотря на мороз, собрался весь Скагеррак. И, признаться, необычно для девятого века выглядело, когда здоровенный кузнец воткнул в лед примитивный ледобур и принялся крутить рукоять...

Думаю, в моем времени не много нашлось бы богатырей, способных провернуть эдакую металлическую болванку. К тому же ледобуры любителей подледного лова из моего времени выглядели гораздо скромнее. Тут же Магни отковал ледовый коловорот раза в два шире тех, что я видела — и сейчас своими ручищами крутил его даже особо не напрягаясь.

В результате во льду толщиной более полуметра минут за