Нежданная жена Стального Дракона. Том 2 - Светлана Рыжехвост

— Крыша мягкая, кожаная, она раскроется над нами,— сев за руль и передав мне Гели, он тихо спросил,— тебе совсем не нравится?

И я вдруг поймала его осторожное, мягкое движение — дракон поглаживал оплетку руля кончиками пальцев.

— Мне нравится,— негромко ответила я. — А тебе?

— И мне,— он неловко улыбнулся,— глупо как-то. Я ведь умею открывать порталы. Зачем мне автокатон? Да и крылья есть…

— Для радости,— уверенно сказала я. — Для удовольствия. Никто не обязан быть строго функциональным, понимаешь?

Он запустил двигатель и автокатон мягко покатился по дороге. В пути Магнус рассказывал, как его предки драконьим дыханием выжигали в скалах дороги. И что все автокатоны рассчитаны на эти самые тропы, потому что сейчас нет столько пламенных, чтобы проложить новые пути.

Путь до города занял у нас меньше сорока минут. И это учитывая, что мы припарковались прямо у магистрата!

— Я хочу научиться водить,— шепнула я Магнусу, когда мы вышли.

И надо было видеть, каким счастьем наполнились его глаза.

Мне уже доводилось бывать в магистрате, но сегодня все выглядело совершенно иначе. Люди и драконы вились вокруг нас как осы вокруг забытого варенья. Только за первые пятнадцать минут нам был предложен и чай, и кофе, и вино. А для Гели притащили букет из веток драконики. На что мой малыш ответил абсолютно равнодушным взглядом.

Забавно, что теперь со мной хотели завести дружеские отношения. И все почему? Потому что на нас с Гели сияют драгоценности Эрхардов? Или потому что весь Пик уже знает — Камень Трех Сил уже может работать?

Я испытывала странное, сложное чувство. С одной стороны, я много работала и заслужила признание. С другой стороны, мне не нравилось то, с какой легкостью люди поменяли свое мнение.

— Вы могли бы посетить праздник на следующей недели,— глава магистрата услужливо подал мне конверт и несколько листов, с описанием проведенных ритуалов.

— Благодарю за приглашение, но боюсь, что у меня слишком много работы.

Я передала конверт Магнусу и на лице главы магистрата отразилось гримаса неудовольствия. Кажется, кое-кто рассчитывал приобщится к тайнам.

Что ж, не сегодня.

— Благодарю за содействие,— равнодушно проронил Магнус, укрывший свой яд глубоко в душе. — Вам следует обеспечить людей амулетами, в скором времени им придется столкнуться с моей магией.

— А, но…

— Вы чем-то недовольны? — Магнус вскинул бровь.

В этот момент я так им гордилась. Не могу представить, что именно подвигло моего дракона на этот социальный подвиг, но… Я не позволю ему свернуться обратно.

Никто не говорит о доме исцеления — Карлус Родди не тот человек, который будет лгать о тонких настройках лекарственных артефактов. Точно так же целители не могут носить амулеты — они помешают работе с пациентами, но… Но все остальные вполне способны выразить своему повелителю уважение.

В конце концов, именно Магнус защищает своих жителей. И надо признать, что Драконьи Пики не слишком-то спешат на помощь. И еще меньше хотят принимать у себя испуганных драконов.

— Мне нужно забрать документы из кабинета и переустановить очистительные мешки на Камне Трех Сил,— негромко проговорила я. — Еще мне бы хотел диагностировать тебя.

За эти несколько дней я очень хорошо отдохнула. У меня прибавилось силы и сейчас мне казалось, что внутри Магнуса есть что-то, чего я раньше не видела.

«Или что-то, что он раньше скрывал».

Мы покинули магистрат и направились к дому исцеления. К моему искреннему удивлению, у дверей моего кабинета собралась целая делегация — и Вилма, и Луми и даже Карлус! Все они оставили свои дела и просто ждали, пока смогут увидеть нас с Гели.

Первой мне на шею бросилась Луми:

— Я так переживала! Я так виновата, мне нужно было присматривать за вами!

От ее слов меня пробрало ужасом. О, я прекрасно знала, что мой муж может сделать с юной смелой драконицей.

— Вот уж чего не нужно было, того не нужно,— выдавила я. — Он бы убил тебя.

«В лучшем случае», вылезла непрошенная мысль.

— Мы все очень сильно за тебя переживали,— мягко проговорила Вилма. — И почувствовали себя бесполезными.

— На тот момент никто не был полезен,— поучаствовал в общем диалоге Магнус,— мы можем быть удовлетворены тем, что ситуация разрешилась почти удовлетворительно.

— Почти?

— Льорис остался на свободе,— Магнус посмотрел на меня,— и в этом моя вина.

— Нет,— я покачала головой,— ты не правильно говоришь.

— А как — правильно?

— Повторяй за мной,— я коснулась рукой его груди,— Вы с Гели живы.

— Вы с Гели живы.

— И это…

— И это…

— Моя заслуга.

— Моя заслуга,— он проговорил это медленно, с изрядной долей задумчивости. — Этой был мой долг. Я бы не смог функционировать, зная, что вы мертвы.

Я не знала, что на это сказать. И никто, наверное, не знал. Но у нас были друзья, который тут же разбили эту неловкую атмосферу:

— А давайте уже откроем кабинет и заварим чай! У нас и конфеты есть.

К работе мне удалось приступить только через час. Зато Гели наигрался со всеми своими любимыми тетушками и дядюшкой. Последний, кстати, прослезился, когда Магнус намекнул ему на должность аорита.

Как выяснилось, у Карлуса есть талантливейший протеже, которому он бы хотел передать отделение проклятий.

— Думал, куда пойти работать. Личных сбережений хватит до конца жизни, но вести праздный образ жизни… Это не то, к чему я стремлюсь,— смущенно проговорил Карлус. — Но ведь сейчас у нас есть хранительница Камня Трех Сил.

— Я точно не смогу совмещать и заботу об алтаре, и заботу о доме исцеления,— уверенно сказала я. — Не представляю, как это делал создатель Камня.

— У него были помощники,— пожал плечами Карлус.

— То есть, он был аоритом только на словах? — улыбнулась я.

И никто не смог возразить. Затем мы допили чай, Луми помогла мне собрать все документы.

— Знаешь, я приходила и прислушивалась к твоему кабинету и даже повесила несколько собственных следилок,— поделилась подруга.

— О чем идет речь? — нахмурился Магнус, доселе предпочитавший молчать.

— Кто-то заходил сюда,— я пожала плечами,— видишь ли, игрушки Гели все время падали со стола, пока меня не было.

— Они не могли просто скатиться? — нахмурился Карлус.

— Могли,— вздохнула я. — Но