Соседи. Часть 2 - Елена Архипова

– Спасибо, я ей передам твои пожелания, – Вера улыбнулась, – поверь, будет еще и на твоей улице праздник и настоящая любовь.

И ни Вера, ни Лёля не могли знать того, что напророчили девушке судьбу.

Лиза, спасаясь от соседей и их внимания, столкнулась в подъезде с парнем. Самое обидно было в этой встрече то, что Лиза его узнала. Она видела, что этот высокий брюнет с доброй улыбкой ходил к ее соседке Фире. Парень был красив, как актеры турецких сериалов, было в его внешности что-то восточное. И надо же было случиться такому, что именно с ним она сейчас и оказалась в одном лифте.

Парень, услышав хлопнувшую дверь подъезда, придержал лифт. Лиза, на свою беду, юркнула в лифт и оказалась лицом к лицу с парнем.

– Вам на какой? – услышала она вопрос.

– На пятый.

– Надо же, и мне на пятый! – парень нажал на кнопку, и лифт наконец-то двинулся наверх.

Надо отдать должное парню, он не рассматривал ее сейчас так же откровенно, как Лёля, но от этого Лизе было не легче.

Они вышли с парнем на своем этаже, Лиза шагнула к двери в квартиру и услышала уже в спину:

– Девушка, меня Андрей зовут. Может, Вам помощь нужна? Или защита?

Неудобно было отвечать парню, стоя к нему спиной, и Лиза чуть развернулась к нему той стороной лица, на которой не было синяка, и проговорила:

– Нет, спасибо.

Глава 6

Андрей провел остаток ночи на кушетке в своем рабочем кабинете. Да, не самое удобное место для сна, но сил на дорогу домой у него уже не осталось. Сложная операция, парня они спасли, но у него самого разболелась колено. Пришлось колоть обезбол, а после такого сильного укола садиться за руль тоже было не вариант. К тому же утром Васильев мог рассчитывать на полноценный завтрак. Пусть бы даже и овсянка. Но ведь на молоке и с маслом.

Да, сегодня у Васильева был выходной, но, за неимением других дел и интересов, он бы все равно приехал в больницу, а так он уже был здесь.

Васильев утром зашел к Лизе, потом проглотил завтрак на автопилоте, не чувствуя вкуса еды, и ушел к себе в кабинет, спать на узкой и жесткой кушетке. Проснулся лишь услышав голоса в коридоре.

Кто-то, стоя у двери в его кабинет, разговаривал. Говорили две женщины, обсуждая последние сплетни:

– Погодь, Петровна, а Людка – это такая носатая в старомодных очках?

– Да, она самая!

– Ты погляди, чего творится! Вот тебе и страхолюдина, а мужики за нее бьются. Один в заложники берет, второй грудью на ее защиту встает.

Медсестру, о которой судачили две сплетницы, Васильев знал. Да, девушка ходила в крупных очках, но страхолюдиной Людмила точно не была.

– Вот оно, сомнительное преимущество кабинета в тупике коридора.

Васильев хмыкнул и сел на кушетке, потер больную ногу. Глянул на часы и ужаснулся:

– Однако, сдаешь, батенька! Раньше тебе, помнится, двух часов хватало на то, чтобы восстановить силы.

Он успел умыться и побриться тут же, в своем кабинете, и сменить спортивные штаны, в которых спал, на джинсы, и тут в его кабинет постучали. Васильев услышал голос одной из медсестер отделения:

– Вы постучите еще раз. Васильев точно там. Я видела его машину на нашей служебной парковке. Наверняка опять на работе ночевал наш многоуважаемый доктор.

– Может, Андрей Яковлевич на обходе?

Услышав голос второй женщины, Васильев тихо выматерился. Он узнал голос Веры.

– Нет у него сегодня обхода. Выходной у него. Не иначе спит опять в рабочем кабинете, как будто своего дома у человека нет. Не больница, а ночлежка. И куда только начальство наше смотрит? Разве это дело, когда завотделением в своем кабинете ночует?

Васильев, обрадовавшись тому, что успел побриться и почистить зубы, шагнул к двери. Медсестра, что сейчас так беспардонно о нем отзывалась, была ему неприятна. Дама хамила больным, на нее жаловались пациенты, и Васильев буквально вчера очередной раз отчитывал ее, пригрозив лишением премии. И сейчас эта особа вот так подленько мстила ему, рассказывая то, о чем посторонним людям знать, в общем-то, совсем было не обязательно.

Васильев резко распахнул дверь кабинета, прервав тем самым поток злословия от неприятной ему медсестры. Женщина замолчала на полуслове, поджав и без того тонкие губы.

– Вера, добрый день, проходи! – Васильев отступил в сторону, впуская Веру в кабинет. – Наталья Петровна, Вы тоже ко мне?

– Нет.

– Тогда не задерживаю Вас. Тем более, что у Вас полно своей работы, помимо обсуждения меня и моей личной жизни.

Медсестра фыркнула и ушла, а Вера вошла в кабинет. Окинув помещение быстрым взглядом, нашла следы того, что Васильев действительно ночевал здесь. На кушетке, край которой выглядывал из-за ширмы, видно было покрывало. На зеркале, что висело над раковиной, были видны брызги воды, на полу вокруг раковины тоже были капли воды. Вера знала эту привычку мужчин умываться, разбрызгивая воду вокруг. Также когда-то умывался ее муж, а потом и сын. Надо отдать должное Васильеву, он еще очень аккуратно умылся, а ведь он, судя по свежевыбритому подбородку, еще и брился здесь же.

Была еще одна деталь, что бросалась в глаза: сегодня Васильев был не в рубашке, а в футболке с коротким рукавом. Футболка была белой и самой обычной, без рисунков и логотипов, но то, как она обтягивала торс мужчины, заставило Веру залюбоваться его фигурой. У Васильева, оказывается, были довольно широкие плечи, крепкие предплечья и ни малейшего намека на живот. Да чего уж там, Андрей, судя по обтягивающей его торс футболке, имел великолепную фигуру. И это вкупе с его красотой смотрелось шикарно. К слову, бывший муж Веры уже не мог похвастаться такой фигурой.

– Доброе утро, Андрей. Ты просил меня зайти.

Вера, вторя Васильеву, тоже перешла на “ты”.

– Да, хотел извиниться за вчерашнее свое отсутствие.

– Извиняю, – Вера произнесла это легко и улыбнулась, пояснив:

– Андрей, я уже в курсе, что отсутствовал ты по уважительной причине.

Васильев, казалось, облегченно выдохнул, услышав, что Вера не обижена.

– Закончили вчера уже за полночь. Я решил не писать тебе ночью. Подумал, вдруг у тебя телефон не на беззвучном режиме. Сообщения, приходящие ночью, обычно пугают, при условии, что ты не врач, – Васильев невесело усмехнулся.

– Да, есть такое дело.

– Могу я компенсировать свое вчерашнее отсутствие у тебя приглашением сегодня и в ресторан. Вера, я помню, ты сказала, что не любишь их кофе и еду, но