Свидание вслепую - Рина Львович

кладбища, а также разбивку парка отдыха в центре столицы. Наряды были закуплены, пригласительные разосланы всем выбранным молодоженами гостям, хотя желающих посетить такое неординарное мероприятие оказалось куда больше. Чтобы избежать присутствия ненужных горожан, к охране привлекли местные правоохранительные органы, опять же с оплатой за счет брачующихся. Однако это была уже головная боль не Моревны, тем более молодожены могли себе позволить такие расходы.

К тому же магичка со Жнецом подстраховались: выставили по периметру незаметных помощников — тех самых студентов-некромантов и молодых жнецов из Академии три-седьмого царства. Анкою же еще предстояло отчитаться обо всем перед своим начальством, которое прознало-таки о развлечениях своего работника, но ритуал разрешило, видимо ангелам смерти самим стало интересно, а что собственно из такого может получиться.

В одиннадцать часов вечера на фамильное кладбище, находящееся позади замка, начали прибывать гости.

Вереница черных лимузинов, похожих на катафалки, украшенные черными и красными лентами, подъезжали к обновленным кованым железным воротам. Из машин выходили люди в черных одеждах и готическом гриме, под которым и настоящих-то лиц рассмотреть было невозможно, предъявляли на входе пригласительные и проходили внутрь. Вся дорога к месту обряда освещалась колышущимся пламенем факелов, оставлявшем вокруг мечущиеся причудливые тени. Вороны, потревоженные людьми, недовольно каркали вслед гостям или летали в ночном небе, издавая возмущенные звуки. Легкие облака иногда закрывали яркий диск полный луны, висевшей над кладбищем огромным желтым кругом.

Место обряда Анкоу оградил защитным иллюзорным куполом. Те, кто находился снаружи, видели густой туман, скрывающий происходящее внутри. Для местных обывателей магия объяснялась сверхновыми супер-пупер технологиями, добытыми в соседнем государстве. Тем не менее, стоило шагнуть в плотное марево, как человек оказывался на поляне, расположенной около фамильного склепа Герцога Инокентинуса Морбидуса. Одноэтажное строение, насчитывающее несколько сотен лет, стояло особняком, еще больше подчеркивая высокий статус фамилии. Тяжелая дубовая дверь, оббитая железными листами, была похожа на вход в крепость. Стены и фронтон треугольной крыши украшали скульптуры усопших предков. По колоннам вверх тянулись вырезанные из камня рукой великого мастера стебли хойи с распускающимися цветами и листьями.

Рядом со склепом организаторы расположили небольшой подиум с аркой, украшенной бордовыми розами и черными лентами. Также были оформлены и стулья для гостей. Немного неуместными казались связки черно-красных гелевых шаров, отделявших место основного обряда от накрытых столов, занимавших промежуток между погостом и замковым парком. Но на этом настояла Туна, которая заявила, что «свадьба без гелевых шаров — это не свадьба».

Места постепенно заполнялись. Гостей встречал призрак Кладбищенского сторожа, отмечая всех в книге посетителей, где люди оставляли поздравительную эпитафию молодоженам, а привидение Черной вдовы собирало подарки. Затем кладбищенские гномы провожали прибывших к строго отведенным местам. Тёмные, серо-бурые фигурки с кривыми спинами и лицами без глаз могли навести жути на любого смертного, но, в силу традиций клана, эти «земные черви Нави» вызывали только восхищение и неприкрытый интерес у детей. Каждому человеку вручались свечи, которые необходимо было зажечь перед выходом невесты.

Туна стояла в стороне, не стремясь участвовать в этой вакханалии, но не могла совсем пропустить заказ, потому что была личным помощником главного организатора свадьбы. Кракенша с тревогой наблюдала за всем происходящим. Хоть она и привыкла к тому, что вокруг хозяйки всегда полно и нежити, и нечестии, но все же старалась ограничивать свое общение с ними. Здесь же присутствовало столько этой братии, что любой момент угрожал превратиться в катастрофу. И вообще, данное сборище больше походило на ритуал чернокнижников по призыву своего господина, чем на свадебный обряд.

Тем не менее, Анкоу и Марья весьма умело управляли всем персоналом, гася в их сознании малейшее желание навредить гостям. Только сейчас Туна и поняла, насколько сильна эта хрупкая темноглазая девушка в своей магии.

Черное платье некромантки, как и ее голову украшали красные маки, которые девушке нравились гораздо больше роз. Строгий костюм Жнеца выглядел менее экзотично, чем наряды присутствующих, однако Анкоу украсил свою петлицу и косу, в которую собрал свои рыжие длинные волосы, маковыми бутонами, что гармонировало с гардеробом Марьи, выделяя их обоих из общей толпы, и позволяя быстро находить друг друга среди гостей. Правда и Ангелу Смерти пришлось наложить на себя толстый слой белил в знак уважения к заказчикам.

Проблемы возникали на каждом шагу: то молодежь после веселого отрыва предыдущей ночью приходилось время от времени отпаивать болотно-мухоморной настойкой от похмелья, добытой из закромов Бабушки Яги. То лишний гость пытается прорваться на вечеринку, доказывая, что он близкий друг семьи или очень дальний родственник, до которого, в силу большого расстояния, приглашение не успело дойти. То кладбищенский гном вышел из-под контроля и пытается завести гостя в темный угол, или неучтенный упырь позарился на кровушку живого разумного. Были и гости, желавшие оказаться как можно ближе к подиуму, а не на местах согласно купленным билетам, но под строгим взглядом родителей молодоженов все быстро успокаивались. А тут еще выяснилось, что курьер из-за каких-то там собственных предрассудков и страхов отказывается заезжать на кладбище, чтобы выгрузить привезенное угощение для праздничного стола. И где спрашивается тогда «клиент всегда прав»? Последнее некромантка уже спихнула на Туну, весьма обрадовавшуюся возможности увеличить расстояние между собой и нежитью, сновавшей вокруг.

Не обошлось и без предсвадебной истерики невесты, которой оказывается какая-то блогерша из «Солнечных», столкнувшись с герцогиней в свадебном салоне, сообщила, что принципы готов и весь антураж ночной церемонии являются примером полной безвкусицы. Эта папарацци посмела заявить, что пышное бордовое кринолиновое платье новобрачной, хоть и имеет корсет, но делает из герцогини не счастливую красавицу, а кусок кровавого бифштекса, который, в силу своих необъятных размеров, обязательно застрянет в дверях. К тому же, черные ботинки с шипами похожи на копыта чудовища, увенчанные когтями. Здесь на помощь пришла Кракенша. Туна с непробиваемой харизмой заботливой тетушки, объяснила внучке герцога, что ее жизнь принадлежит только самой невесте, ведь большинство людей завидуют неординарности и дороговизне ритуала; блогирша пытается прославиться; весы врут, потому что у них села батарейка; а зеркало, которое усиливало в отсветах свечей смертельную болезненность наложенного на лицо невесты грима, просто кривое. Инцидент был исчерпан, хотя макияж поправлять уже времени не оставалось и пришлось накладывать двойной слой кружев фаты, дабы скрыть подтекшую слегка тушь. Главное, чтобы во время поцелуя, жених сам не испугался такой красоты и не попытался сбежать, на что были выданы дополнительные распоряжения некромантам-охранникам.

В остальном, все проблемы решались быстро и тихо, чтобы не потревожить празднично-похоронного настроения присутствующих гостей и самих молодоженов.

Первым из брачующихся на поляну прибыл жених. Его