Отец моей подруги - Асия Кравец

- Что? Нет, я не возьму! Извини и спасибо тебе за это, но я не ищу себе спонсора. И давай больше об этом не будем, хорошо?

- Нет, не хорошо! – повысил голос Карим. – Ты возьмешь деньги. И потратишь их на то, что я сказал. Я не принимаю отказов. Делай, что говорю! – он силком отобрал у меня сумочку, засунул туда деньги. – Теперь иди. Завтра приеду вечером, проверю, выполнила ли ты мою просьбу.

Я заерзала на сидении, часто заморгала. На просьбу это не было похоже. Совершенно. Но у меня не хватило смелости выбросить из сумки деньги.

Карим вдруг притянул меня к себе, взяв за затылок и поцеловал в губы. Без языка, без намека на пошлость или похоть. Просто чмокнул. И отпустил.

- Иди спать. Поздно уже.

Глава 7

- Я даже не знаю, что делать, веришь? – смотрела на Ясю жалобно, будто прося у нее помощи.

Подружка выпятила губы трубочкой, почесала висок.

- Ну, не знаю, Юль. По-моему, у твоего престарелого бабника есть вкус. Я сколько раз говорила, мне не нравятся твои вещи. И сколько раз предлагала тебе свои. Хотя бы те, которые я не ношу. Висят, только место в шкафу занимают. И вот ты дождалась «комплимента» от мужчины, что твоя одежда отстой.

Я опустила глаза, как пристыженная девчонка.

- Я не собираюсь пользоваться тем, что у тебя обеспеченная семья. Я не ради вещей или каких-то других благ с тобой дружу.

- Да это все понятно. Но это старье, Юль! Нет, у тебя есть вкус и все такое, но на твоей одежде огромными буквами написано, что она с рынка.

- Знаешь что, папина доченька, полстраны одевается на рынках и ничего! – психанула я. – Не у всех есть финансы бегать по модным бутикам.

- Юлька, ну ты что, обиделась? – протянула удивленно Яся, широко распахнув свои красивые, темные глаза. Прям как у Карима. У него тоже глаза цвета растопленного шоколада.

- Да не обиделась я. Нет, обиделась, конечно, но не на тебя. На него, - я снова посмотрела на лежащие передо мной деньги.

Ясемин поставила чашку с кофе на стол, решительно подвинула мне пачку купюр.

- Судя по всему, он не бедный человек, не разорится. А ты возьмешь эти деньги, свою лучшую и незаменимую подружку и поедешь с ними в торговый центр. Слишком дорогие бутики будем обходить, чтобы не шокировать тебя. Но нормальную одежду все же купим. А еще забежим в салон на маникюр, педикюр и прическу. Покрасим тебя. Ты же хочешь быть для него красивой?

Я растерянно посмотрела на Ясемин, потом в окно, за которым шел снег, пожала плечами.

- Я-то хочу быть красивой. Только не ты ли мне говорила, что он бабник и подлец и я должна о нем забыть?

- Нет, ну я же думала, что он просто переспать с тобой хотел. А он вон показывает, что настроен серьезно. Одноразовых девчонок в кино не водят, деньги не дают. Вернее дают, но уже после этого самого. Ну, ты поняла, - Ясемин заулыбалась.

- Да ну тебя!

- Слушай, ты на руки его смотрела? Обручального кольца нет?

- Смотрела. Кольца нет, - это первое, что я сделала, еще в спортзале.

- Ну и хорошо. Видишь, он ухаживает за тобой. Переживает, чтобы одета была. Твоя эта курточка и мышонка не согреет. Вот он и позаботился. А вдруг у вас все получится?

Я мечтательно улыбнулась.

- Было бы классно. Он такой, - я не нашлась, что сказать, чтобы описать его, но Яся все поняла и без слов.

- Ну и хорошо, что такой. Может это твой шанс выбиться в люди. Нет, ты учишься и все такое, да. Ты рано или поздно пробьешься и сама. Но лучше рано, чем поздно, согласись?

- Я не из-за денег с ним, Ясь. Даже если бы он был бедным, он все равно мне понравился бы. У него такие глаза, такие руки! Взгляд глубокий-глубокий. И он красивый, как мужчина, а не мальчик, понимаешь?

Ясемин покачала головой.

- Ой, кто-то влюбился!

- Да, наверное, так и есть. Только, Ясь, я его побаиваюсь немножко. Вернее не его, а того, что ничего о нем не знаю. Он для меня закрытая книга, которую хочется прочесть, но открыть невозможно.

- Так поспрашивай у него, что интересно. Делов-то.

- Он не особо разговорчивый. И обо мне ничего не спрашивает. Будто ему не интересно. Тогда зачем ухаживания эти, деньги? Он прям силой меня заставил их взять.

Ясемин пожала плечами.

- Мой папа тоже такой. Молчаливый, но заботливый. Он может не знать, что я ела сегодня, но что похудела обязательно заметит и сделает втык. Знаешь, мне кажется, что мужчины постарше они все такие. Я так думаю. Так что, мы идем в торговый центр? В салон звонить?

- Я не знаю, Ясь. Мне как-то неудобно, что ли. Я же не содержанка какая-то, чтобы вот так тратить чужие деньги.

- Для него это мелочи, а ты хоть нормально оденешься. Будь проще. Мужчина должен помогать своей женщине. Это закон, как говорит мой папа.

Ясемин уговаривала меня около часа и все-таки победила. Мне, и правда, очень хотелось быть для него красивой. Чтобы ему понравились и моя одежда, и моя прическа. Маникюр опять же. Может действительно стоит быть попроще?

Целый день мы провели по торговым центрам и в салоне красоты. Из меня сделали такую конфетку, что я себя в зеркале не узнала.

- Вот это дело! – воскликнула радостно Яся. – Ты смотри какая ты. А они практически ничего не сделали. Только немножко подровняли кончики и осветлили волосы. Все. И ты стала похожа на голливудскую актрису.

- Тоже скажешь, - смутилась я.

По настоянию Ясемин мы потратили больше половины денег, которые дал мне Карим. Накупили мне кучу одежды. Повседневной, на выход. В тот же ресторан или на какой-нибудь праздник. На учебу. Просто теплую одежду, включая пуховик и шубку. За шубу, правда, пришлось поскандалить с Ясемин. Она хотела натуральную, я же выбрала искусственную. Победила я.

- Так, а теперь в кафешку! Отмечать! – под вечер Ясемин потащила меня