Невеста с условием, или Отбор по драконьим правилам - Анастасия Милованова

class="p1">Римберг ещё ощутимей сжимает мои плечи. Но это не угроза со стороны командира. Напротив, я чувствую поддержку. Он будто говорит мне, что я вольна сама решать, отвечать на вопрос или промолчать.

— Можете быть спокойны, — всё же говорю я и в этот раз без страха смотрю в голубые глаза файердорнийца. — Переезд в Хардению и обучение в «Ресталии» — это только моё решение. Родители были против, но так было лучше для всех. Я не разделяю интересов нашего двора, если вы понимаете, о чём я.

Прищурившись, я жду реакции Грайфулла. Краем глаза отмечаю, что Сибилла буквально не дышит. Она взволнована, но почему-то молчит, хотя может разрушить мою ложь всего лишь словом. Ведь я ни разу не Зах. Глава их рода всего лишь помог мне бежать, сделав документы, по которым я являюсь внучатой племянницей его шестой дочери. И Сибилла это знает, как должен знать и Ивао. И последний либо ведёт свою игру, либо действительно остался в неведении.

— К вашей радости, могу сказать, что вашу позицию разделяет всё большее количество жителей Файердорна, — наконец произносит Ивао.

И теперь уже дыхание задерживаю я. Духовник сестры не сказал, что и он входит в это число повстанцев, но и не выразил поддержку императору. Что всё это значит?

Я вскидываю голову, ожидая действий Римберга. Разговор перетекает на тот уровень, где я уже ничего не решаю. Командир же молча изучает стоящего напротив мужчину. Ощущение, будто они ведут ментальную беседу, причём на повышенных тонах.

— А что это вы тут скучаете? — В чайную врывается Кайгард, разрушая тишину и привнося хаос. — Алесия! — Принц оборачивается к служанке, ждущей у дверей. — Подай угощения, возможно, мы тут задержимся.

— Не думаю, что в этом есть необходимость, — возражает Римберг, переводя взгляд на принца.

Тот же в ответ лишь отмахивается и, пройдя к моему дивану, плюхается (именно так!) рядом. Меня окатывает волной неловкости. Почему-то становится стыдно за принца перед сестрой. Кай всё же остался Каем. Несдержанный, самоуверенный до неприличия, он ведёт себя слишком развязно, а ведь перед ним та, кто, возможно, станет его женой.

— Ваше высочество, стоит добавить немного учтивости, — будто прочтя мои мысли, замечает Римберг.

Командир проходит к стоящему во главе чайного столика креслу и усаживается в него. Кивает Грайфуллу, предлагая занять место, но тот остаётся на своём.

Я же отодвигаюсь настолько далеко, насколько позволяет длина дивана. Но и Кай, получив замечание Римберга, будто подбирается и резко становится серьёзным. Наблюдаю за принцем краем глаза и не могу понять, что меня в нём смущает. Он вроде тот же, но в то же время — другой.

— Так о чём мы хотим поговорить? — сверкнув белозубой улыбкой, спрашивает Кай. — Ах да, личная стража её высочества.

Принц опускает взгляд с Ивао на Сибиллой, которая смотрит на него открыто и дружелюбно. Не краснеет, как большинство девиц, получивших порцию внимания Кая. Это и плохо, и хорошо. Плохо — потому что Кая такое поведение ой как цепляет, а хорошо — значит, Сибилла не потеряет голову. Почему-то мне не хочется, чтобы сестра влюбилась и потом страдала.

— На самом деле здесь и разговаривать не о чем, ваше высочество, — холодно роняет Ивао. — Как духовник Сибиллы, я обязан сопровождать её в любой поездке.

— И жить с ней в одной комнате? — Кай приподнимает бровь.

В его голосе вроде бы лишь вежливое любопытство, но я напрягаюсь от скрытой угрозы. Если файердорниец обидится и решит напасть, нужно быть наготове.

— Нет, конечно, — фыркает Ивао, а Сиб внезапно краснеет, будто мысль о совместном проживании ей очень даже нравится. — Мне достаточно спальни по соседству.

И вот сейчас до меня доходит: сестра не боится духовника, она в него влюблена!

— Эфи? — слышу зов Римберга.

Переведя на него ошарашенный взгляд, напарываюсь на немой вопрос в глазах командира. Он снова считал моё состояние и теперь ждёт пояснения, что же меня так удивило. Но я не успеваю и слова сказать. В окно с оглушительным грохотом и звоном разбившегося стекла влетает нечто. Чёрное ядро, окружённое пурпурными лентами, молниеносно облетает комнату и устремляется к нашему с принцем дивану.

— Эфирайн! — вскрикивает Римберг, и в следующий миг я оказываюсь лежащей на спинке перевёрнутого дивана.

Воздух наполняется запахом гари и опалённой кожи. Вокруг что-то гремит, раздаются крики и топот. А я вижу только Римберга, прикрывшего меня своим телом. Нависнув сверху, командир молча смотрит на меня. Он встревожен и одновременно в ярости. И без того чёткие черты лица ещё больше заостряются, взгляд штормовых глаз прошивает насквозь. Не успеваю и выдохнуть, как он проходит по мне сканирующими чарами и одним мощным рывком поднимается на ноги.

— Как принц? — подаю голос я, пытаясь успокоить разогнавшееся сердце.

И непонятно с чего: то ли от страха, то ли от близости Римберга.

— В порядке, — слышу сбоку.

Только сейчас, получив возможность видеть всю комнату, я замечаю, как много народу набилось в неё за те доли секунды, что прошли с момента нападения. Люди Грайфулла, Клинки императора, несколько Теней — в чайной резко заканчивается воздух.

Римберг, нахмурившись, подаёт мне ладонь, за которую я, не тормозя, тут же хватаюсь. Взлетаю на ноги в то же мгновение и сразу же оказываюсь одна. Командир, выполняя свой долг, отходит к стоящему в стороне принцу и, как ни странно, Ивао. Вместе с файердорнийцем Кай удерживает в воздухе ту самую сферу, что атаковала нас.

Пурпурные ленты, окутывающие чёрное ядро, рвутся в стороны. Как ядовитые змеи, пытаются укусить Кая или Ивао.

— Обезвреживай, — командует принц, и файердорниец, что странно, подчиняется.

Перекинув удерживающие чары на одну руку, Ивао щёлкает пальцами другой. Змеи лент тут же вспыхивают и, истлев, осыпаются на пол.

— Арно, помоги, — односложно просит Кай, а я замечаю капельки пота на его висках.

Я не узнаю артефакт, атаковавший нас, но, судя по состоянию мужчин, вещь мощная и требующая колоссальных усилий, чтобы её обезвредить.

— Ты как? — Тихий голос Сибиллы заставляет меня вздрогнуть.

Оглянувшись, обнаруживаю сестру рядом, но прикрытой спинами своих стражей.

— Я не пострадала, — довольно резко отвечаю ей, но тут же смягчаюсь. — А ты?

— Испугалась за вас, — честно признаётся Сибилл. — Вы же сказали, что дворец защищён даже лучше императорского.

— Для