Его случайная проблема - Лана Нежная

— И сколько не хватает? Какая скидка должна быть?

— Много... У него всего пятьсот, но наличкой. — Виталик смотрел на меня глазами как у кота из Шрека. Большие, влажные, полные надежды.

— Ты понимаешь, что ничего на нём не заработаешь? Вообще. Выхлоп нулевой. Ты поработаешь бесплатно.

— Угу. Но он живой останется, если вдруг не справится с управлением... Он же новичок...

Он опять смотрит жалобно, чуть ли не слёзы наворачиваются.

— Вот же... — я вздохнул, вставая из-за стола. — Ладно. Пошли, посмотрим на твоего покупателя. Решим на месте.

Иду с ним в зал. Там стоит парень, молодой. Чуть постарше моего проблемного стажёра, но помощнее. Спортсмен, сразу по фигуре видно: плечи широкие, осанка прямая. И байк себе под стать выбрал — агрессивно, красиво, будет отлично смотреться в движении.

— Здорово, — киваю я, протягивая руку. — Вадим.

— Матвей, — крепкое рукопожатие.

— Ну, рассказывай, Матвей, почему эта модель? Дешевле не хочешь рассмотреть? Защита нужна, без неё опасно. Не рекомендую экономить на своей безопасности.

Парень смутился, потёр затылок:

— Так я за другим и пришёл, а ваш консультант вот... убедил. Но я правда после его доводов сам передумал.

— А за каким пришёл изначально?

— Да вот за этим, — Матвей кивнул на стенд с мототехникой. — Там бы на всё хватило с запасом.

Я посмотрел на Виталика. Интересно получается. Виталик уломал парня на байк почти в два раза дороже его планов, увеличил чек, но теперь переживает, чтобы тот не убился из-за экономии на экипировке.

Смотрю на них обоих и сам себе не верю, что собираюсь сделать такую глупость с точки зрения бизнеса.

— Эх, парни, парни... Ну что с вами делать... — я театрально вздохнул, разводя руками. — Андрей! Оформляй. Всё по списку. От меня скидка десять процентов на байк, чтобы на полную защиту хватило.

Лицо Виталика озарила такая улыбка, будто я ему сейчас этот мотоцикл лично подарил. Матвей растерянно хлопает глазами, не веря своим ушам.

— Вы сейчас серьёзно? — спрашивает он.

— Чего не сделаешь ради безопасности... — говорю я серьёзно, глядя ему прямо в глаза, фиксируя контакт. — Только посмей разложиться по дурости — лично прибью. Понял?

— Я буду очень аккуратным, честно. Спасибо, правда, спасибо огромное! — Матвей сиял, его лицо светилось неподдельной радостью. — У меня сегодня как будто день рождения, Новый год и выпускной — всё в один день...

— Ну, я тогда сегодня Дед Мороз, чё, — усмехнулся я, чувствуя странное тепло в груди.

Дальше Виталик забрал Матвея, они пошли мерить защиту, что-то обсуждали, смеялись. Пацаны... Нашлись общие темы.

Я ушёл работать дальше. Я сегодня заработал. Немного денег, может, и потерял, но заработал главное — репутацию и лояльность. Виталик — балбес местами, наивный, но с большим сердцем.

Вечером едем домой. На ужин снова покупные пельмени, готовить сил ни у кого не было.

Перед тем как идти спать, говорю своему горе-стажёру:

— Виталь, спать. Сон тоже важен для восстановления.

— Да, хорошо. Спокойной ночи, Вадим.

А потом опять хождения туда-сюда. Слышу, как он на кухне воду пьёт, как щёлкнула дверь ванной, шум душа.

Утром опять постиранные и выглаженные вещи стопкой в зале на диване. Идеальный порядок.

«Он становится похож на домработницу? Или как правильно-то?» — подумал я с лёгкой иронией, натягивая свежую футболку.

Так и привыкнуть недолго...

Глава 6. Вадим

Пробежка, душ, завтрак. Виталик пересел на творог, сказал, что яйца ему не заходят с утра.

Работа началась спокойно. Сегодня вернулся потенциальный клиент с первого дня. Подумал и затарился почти на полтора ляма. Виталик сиял, гордость распирала его грудь.

А после обеда случился ураган.

Настоящий, жёсткий, громкий, с необычным именем.

Я вылетел из кабинета на звуки криков, переходящих в ультразвук, от которого закладывало уши.

— Я буду жаловаться... во все инстанции... я вас нахрен всех засужу! Как вы могли ему продать эту машину для самоубийства? А если с ним что-то случится? Вы ответите?!

Виталик стоял чуть в стороне, бледный как полотно, с перепуганными глазами, судорожно сжимая край своей толстовки в белый кулак. Андрюха принял весь удар на себя. Он умеет гасить конфликты, знает подход к людям, но сейчас его просто сносило волной чужого истеричного негодования.

Перед нами металась она. Чья-то мать пришла устраивать разборки. Не в первой мы сталкиваемся с такими, привыкшие. Хотя на роль мамы она совсем не тянет — слишком уж молодо выглядит. Лет тридцать, не больше.

Она была словно уменьшенная копия куклы Барби, сошедшая с полки, но с характером разъярённой фурии. Миниатюрная, ростом едва ли выше ста шестидесяти пяти, худенькая, но с вызывающе правильными формами: грудь третьего размера, аппетитные бёдра, подчёркнутые узкими джинсами. Светлые волосы цвета спелой пшеницы были собраны в затейливую, сложную косу, но несколько непослушных прядей выбились из плетения, обрамляя лицо и делая причёску нарочито милой, почти детской.

Но только не глаза. Голубые, ледяные и сейчас полные ярости, метавшие молнии. Губы бантиком, которые вместо поцелуев выдавали поток оскорблений, а при каждом выкрике на щеках предательски вспыхивали глубокие ямочки, добавлявшие ей детского выражения, что диссонировало с текстом.

Её голос был звонким, пронзительным, он резал воздух лучше битого стекла. Одежда тоже играла на контрасте: дорогие джинсы, классическая белая рубашка, накинутая поверх кожаная куртка и... туфли на такой высокой шпильке, что казалось, она вот-вот пробьёт плитку каблуками насквозь.

— Ну что же вы, леди, так переживаете, — пытается перехватить её под локоть Андрей, включая свой фирменный успокаивающий, бархатный тон.

— Какая я вам на хуй леди? — она резко отталкивает его руку, даже не глядя на него. Каблуки стучат по плитке как молотки отбойника, чётко отбивая бешеный ритм её агрессии.

Мелкая, но чёртовски агрессивная. Настоящий карманный терминатор. Сразу вспомнились эти собачонки... как их там... чихуахуа. Андрюха против неё — как скала, массивный и невозмутимый, но она скалы не боится, она её долбит. Кроет на чём свет стоит.

— Лапы свои убрал, животное! — визжит она, и её голубые глаза сверкают такой ненавистью, что становится не по себе.

— А... ну... вот сейчас вижу, не леди, — хмурится Андрюха, опуская руки и делая шаг назад, чтобы не спровоцировать её ещё больше.

Он столбенеет. Такое бывает редко. Обычно он знает, что ответить, любую ситуацию разрулит, но этот кукольный ураган в кожаной куртке только что загнал его в тупик одним словом и таким напором.

Решаю вмешаться, пока не дошло до драки или вызова полиции.

— Добрый день. Я владелец.