А мой парень татарин - Валерия Блэк

Тимур видит, что замечание мне не понравилось.

Но извиняться не начинает.

И самое неприятное — я понимаю почему.

Он прав.

Поэтому вместо продолжения спора я сажусь и беру бокал.

— Всё, помощь оказана. Можешь спокойно заниматься своими делами.

— Именно этим и собирался.

Тимур смотрит на часы.

— Мне надо забрать заказ.

— Ты из-за него сюда приехал? — спрашивает Лера.

— Да. Мама заказала десерты на завтра и попросила забрать. Я машину уже переставил на парковку, пока ждал, когда всё упакуют.

Вот и объяснение, почему его внедорожник не стоит до сих пор у той несчастной арки с аварийкой.

Очень хорошо.

Потому что я уже представляла, как завтра половина Казани обсуждает водителя, бросившего автомобиль посреди выезда ради блондинки с сумкой.

— Передавай Разиле Ринатовне привет, — говорит Лера.

— Передам.

Тимур уже собирается уходить, но снова смотрит на меня.

Взгляд проходит по лицу, задерживается на глазах, потом опускается к руке с бокалом.

— Голова не кружится?

Я медленно ставлю вино обратно.

— Нет.

— Ничего не болит?

— Только терпение.

Он усмехается.

— Если станет плохо, скажешь Лере. У неё есть мой номер.

— Тимур, со мной всё хорошо.

— Я слышал.

— Много раз.

— Поэтому запомнил.

Я смотрю на него несколько секунд.

Бесполезно.

Абсолютно бесполезно спорить с человеком, который даже не считает себя участником спора.

— Хорошо. Если внезапно потеряю сознание, Лера обязательно сообщит.

— Адрес больницы, — уточняет он.

Я прикрываю глаза.

— Конечно.

— А фотографию потом, — добавляет Лера.

Я открываю глаза и бросаю взгляд уже на неё.

— Вы нашли друг друга.

Тимур чуть улыбается, затем обращается к подруге:

— Вы завтра к двенадцати?

— Да. Вместе приедем.

Он кивает.

Теперь я понимаю, откуда берётся следующий взгляд в мою сторону.

— Тогда до завтра, Алина.

Я машинально отвечаю:

— До завтра.

Он разворачивается и идёт к стойке выдачи, возле которой официант уже выставляет на деревянную поверхность два больших бумажных пакета с логотипом кафе.

Я смотрю ему вслед до того момента, пока он не берёт заказ.

Потом перевожу глаза на Леру.

Она смотрит на меня.

Очень внимательно.

— Даже не начинай, — предупреждаю я.

— Я молчу.

— У тебя лицо разговаривает.

— Тогда отвернись.

Я беру бокал.

Завтра.

Прекрасно.

Вот теперь мне совершенно ясно, зачем судьба сохранила мне жизнь перед кафе.

Чтобы нормально поиздеваться дальше.

Глава 3

— Рассказывай.

Лера произносит это сразу после того, как входная дверь квартиры закрывается за нашими спинами.

До этого она держалась.

Целых двадцать пять минут.

Мы спокойно доели ужин, вышли из кафе на прохладную после дождя улицу, вызвали такси и проехали через вечерний город. В машине Лера несколько раз открывала рот, но каждый раз натыкалась на мой предупреждающий взгляд и снова замолкала.

Я даже начала надеяться, что вопросы отменились.

Зря.

Мы поднимаемся на восьмой этаж, Лера первой заходит в квартиру и только после щелчка замка разворачивается ко мне.

— Всё, — добавляет она, снимая босоножки. — От момента, когда эта машина появилась, до момента, когда Тимур положил тебе руку на талию. Я хочу полную версию.

Я стягиваю туфли и ставлю их возле светлой тумбы.

После целого вечера на каблуках ступни благодарят меня так искренне, что ещё немного — и начнут писать отдельное письмо.

— Я тебе уже всё рассказала в кафе.

— Кусками.

— Там нечего рассказывать.

Лера подхватывает с пола сумку и идёт по длинному коридору в гостиную.

— Конечно. Тебя едва не сбил мужчина, ты ударила его сумкой, через двадцать минут назначила своим парнем, а потом выяснилось, что я его знаю. Совершенно рядовой вечер.

— Когда ты так формулируешь, звучит хуже.

— Оно и без формулировки звучит прекрасно.

Я иду следом и по пути включаю настенный светильник.

Квартира у них с Русланом новая. Переехали сюда они полгода назад, но жильё уже успело стать удивительно Лериным: семейные фотографии на стенах, мягкий плед на сером диване, несколько ароматических свечей на полке и огромный фикус в углу, который она каким-то чудом ещё не убила. На журнальном столике лежит стопка свадебных каталогов, рядом стоит открытая коробка с образцами лент.

Руслана сегодня нет. Он остался у родителей: завтра там семейный обед, а утром обещал помочь отцу с какими-то делами во дворе.

Честно говоря, это к лучшему.

Мне вполне хватает одного допроса.

Я опускаюсь на диван, вытягиваю ноги и прижимаюсь затылком к спинке.

— Хорошо. Полная версия. Я шла к тебе. Из арки выехала машина. Тимур успел затормозить, я не упала и ни обо что не ударилась. Он вышел, решил, что я должна ехать в больницу. Я отказалась. Он предложил ещё раз. Потом ещё. Потом захотел меня проводить. Потом попросил номер.

Лера, уже дошедшая до кухни, останавливается.

— Сразу номер?

— Чтобы вечером узнать, не стало ли мне плохо.

— Ну да.

Я прищуриваюсь.

— Я знаю этот тон.

— Какой?

— Тот самый, которым ты уже мысленно поженила нас и выбрала ресторан.

Подруга поворачивается ко мне.

— Я пока только оцениваю материал.

— Ничего не оценивай.

— Хорошо. Дальше.

Я вздыхаю.

— Дальше я пошла в кафе. Он снова остановил меня за локоть. После машины нервы были так себе, поэтому я развернулась и ударила его сумочкой.

Лера несколько секунд смотрит на меня.

— И он после этого всё равно согласился помочь?

— Да.

— Интересный мужчина.

— Вот это из всей истории тебя больше всего впечатлило?

— Нет. Больше всего меня впечатлило твоё выражение лица, когда я назвала его по имени.

Я вспоминаю этот момент и невольно морщусь.

— Я уже решила, что сейчас подойду к совершенно случайному человеку, постою с ним две минуты и больше никогда в жизни не увижу.

— У тебя потрясающая интуиция.

— Спасибо.

Лера скрывается на кухне.

— Чай будешь?

— Воду. И побольше.

— После двух бокалов вина?

— Именно поэтому.

Пока она открывает холодильник, я беру с журнального столика резинку и собираю длинные светлые волосы в низкий хвост. После влажной улицы и сегодняшних приключений от утренней укладки осталось одно воспоминание. Несколько прядей прилипли к шее, у висков всё пушится, и я уже не хочу думать, как выглядела к концу разговора с Кириллом.

Лера возвращается с двумя бутылками воды. Одну протягивает мне, вторую открывает сама и садится в кресло напротив.

— Так вот. Тимуру тридцать один.

Я откручиваю крышку.

— Хорошо.

— Двоюродный брат Руслана по матери. Альфия Наилевна и Разиля Ринатовна — родные сёстры.

— Вот это уже действительно полезная информация.

— Я тебе это рассказывала.

— Ты последние полгода рассказываешь мне о таком количестве родственников Руслана, что я начала хранить их в голове группами. Родители. Сестра. Бабушка. Остальные.