А мой парень татарин - Валерия Блэк

и пытаюсь понять, как этот человек умудрился за одни сутки дважды назначить нас парой.

Первый раз хотя бы с моего разрешения.

Лера медленно кладёт вилку на тарелку.

Руслан переводит взгляд с меня на Тимура и обратно.

— Что? — спрашивает он первым.

Я очень аккуратно ставлю эчпочмак на свою тарелку.

Потому что еда ни в чём не виновата.

— Вот и мне хотелось бы уточнить, — произношу я с максимально спокойным лицом.

Тимур едва заметно улыбается.

Вот сейчас вижу это совершенно отчётливо.

Развлекается.

— Мы не собирались пока рассказывать, — сообщает он.

Ах ты...

Я сцепляю пальцы под столом.

Нет, Алина.

Ты в гостях.

Его мама сидит напротив.

Никто никого не бьёт.

— Видимо, мы вообще многое не собирались, — мягко замечаю я.

Тимур выдерживает мой взгляд.

— Бывает.

Разиля Ринатовна смотрит на сына уже совсем иначе.

— Тимур.

— Мам.

— Ты встречаешься с Алиной?

Вот сейчас у него ещё есть шанс.

Маленький.

Но есть.

— Да.

Всё.

Шанс умер.

Я открываю рот, но Тимур переводит на меня глаза.

Спокойные.

Уверенные.

И в них очень ясно читается: вчера ты сама придумала эти отношения.

Вот зараза.

— Недавно, — добавляю я, пока кто-нибудь не попросил показать совместные фотографии за последний отпуск.

— Очень недавно, — подтверждает Тимур.

Руслан коротко смеётся.

Лера тут же пихает его локтем.

— Что?

— Ничего.

Он всё равно улыбается и смотрит на двоюродного брата.

— Ты же говорил, что на свадьбу придёшь один.

Вот так логичнее.

Неважно, когда именно они это обсуждали.

Тимур даже не меняется в лице.

— Планы изменились.

— Быстро.

— Быстро принимаю решения.

Руслан смотрит на него ещё секунду.

Потом переводит взгляд на меня.

Мне приходится сделать то единственное, что остаётся.

Улыбнуться.

— Я уже заметила эту особенность, — говорю я.

Лера резко опускает голову, скрывая смех.

Разиля Ринатовна тоже улыбается, но продолжает внимательно рассматривать сына.

— Так вот почему ты сегодня в таком хорошем настроении.

— Я всегда в хорошем настроении.

— Конечно.

— Мам.

— Всё. Я вообще ничего не спрашиваю.

Она поднимает обе ладони, потом смотрит на меня уже мягче.

— Алина, не переживай. Я не из тех мам, которые после первого знакомства спрашивают дату свадьбы.

— Спасибо, — отвечаю я искренне.

Вот за это действительно спасибо.

Альфия Наилевна улыбается сестре.

— Зато теперь ты перестанешь жаловаться, что Тимур всё время приходит один.

— Я не жаловалась.

— Каждый второй семейный праздник.

Разиля Ринатовна качает головой.

— Я просто говорила, что человеку иногда полезно приходить с кем-нибудь.

— Вот, — произносит Тимур. — Пришёл.

Я медленно поворачиваюсь к нему.

Он смотрит совершенно невинно.

Нет.

Я его точно когда-нибудь ударю.

В этот раз уже осознанно.

— Мы вообще-то приехали отдельно, — напоминаю я.

— Исправим.

Я прикусываю щёку изнутри.

Лера рядом делает очень заинтересованное лицо.

Разиля Ринатовна, к счастью, решает меня спасти.

— Не обращай на него внимания. Он иногда специально разговаривает так, чтобы все вокруг нервничали.

— Мам.

— А что? Неправда?

Тимур молчит.

Вот и ответ.

— Всё хорошо, — вежливо говорю я и беру стакан с морсом. — Я уже начинаю привыкать.

Он смотрит на меня поверх своего бокала.

Долго.

И я внезапно понимаю, что сказала лишнее.

Потому что в его глазах мгновенно появляется интерес.

Будто фраза «начинаю привыкать» ему особенно понравилась.

Нет.

Никакого привыкания.

Сейчас разберёмся.

Под столом я достаю телефон и быстро набираю Лере:

Уведи меня отсюда на минуту.

Сообщение доставлено.

Телефон у неё лежит возле тарелки.

Экран загорается.

Лера опускает глаза, читает.

Потом спокойно берёт телефон и что-то печатает.

Через несколько секунд мой экран загорается.

Нет. Мне интересно.

Я медленно поворачиваю голову.

Подруга смотрит на меня с таким ангельским выражением лица, что хочется проверить наличие нимба.

Убью.

После Тимура.

Глава 6

Шанс поговорить с Тимуром появляется только через сорок минут.

Сорок долгих минут, за которые тётя Динара успевает выяснить, откуда я родом, Альфия Наилевна — какую музыку Лера всё-таки выбрала для первого танца, Разиля Ринатовна — сколько дней я проведу в Казани, а Руслан с отцом три раза меняют схему машин на день свадьбы.

Я отвечаю вежливо.

Улыбаюсь.

Поддерживаю разговор.

Никого не душу.

По-моему, это очень много говорит о моей выдержке.

Особенно если учесть, что Тимур сидит напротив и ведёт себя так, словно за последние полчаса не объявил собственной семье о наших отношениях без моего согласия.

Несколько раз наши взгляды встречаются.

В первый я смотрю на него с обещанием скорой расправы.

Во второй — ещё выразительнее.

В третий Тимур просто берёт стакан с водой и едва заметно улыбается.

Вот это уже откровенное издевательство.

Когда основная часть обеда заканчивается, мужчины начинают собирать пустые блюда и тарелки. Альфия Наилевна вместе с Лерой и Разилей Ринатовной уходит на кухню за десертом, Амира собирает со стола салатницы.

Я тоже поднимаюсь.

Сидеть гостем, пока вокруг все носят посуду, мне неудобно.

Складываю две небольшие тарелки одну на другую и тянусь за третьей.

— Оставь.

Голос Тимура раздаётся совсем рядом.

Я выпрямляюсь.

Он стоит с другой стороны стула с большим подносом в руке.

— Я могу донести три тарелки.

— Вижу.

— Тогда зачем забираешь?

Тимур ставит поднос на край стола и спокойно снимает посуду с моих рук.

Его пальцы на секунду касаются моих.

Я тут же поднимаю глаза.

— Тебе надо со мной поговорить, — произносит он.

— Очень.

— Значит, выйди на улицу.

Вот опять.

Ни вопроса.

Ни «если хочешь».

Человек просто сообщает мне следующий пункт моей собственной программы.

Я складываю руки на груди.

— Я сначала помогу убрать.

Тимур бросает взгляд в сторону распахнутой двери, за которой слышны женские голоса и звон посуды.

— Мама или тётя Альфия через две минуты сами тебя оттуда выгонят. Ты гость.

— Мне всё равно неудобно сидеть, пока остальные работают.

— Поэтому не сиди.

— А что делать?

— Пойдём со мной.

Я смотрю на него.

Он на меня.

И ни малейшего сомнения на лице.

— Ты всегда разговариваешь так, будто окружающие уже согласились?

— Когда знаю, что согласятся.

— Очень раздражающая привычка.

— Ты мне уже говорила.

— Буду повторять, пока не дойдёт.

Тимур слегка наклоняет голову.

— Алина.

Голос становится тише.

Никакой грубости в нём нет. Он даже не меняет выражения лица. Но что-то в самой интонации заставляет меня вспомнить вчерашние слова Леры о том, что, если Тимур начинает разговаривать совсем спокойно, лучше не продолжать его злить.

Теперь понимаю.

Ему действительно не нужно повышать голос, чтобы начать давить одним своим спокойствием.

Я медленно ставлю последнюю тарелку на поднос.

— Хорошо. Отнеси это и выходи.

— Вот видишь.

— Не беси меня ещё больше.

В тёмных