Пепел на моих крыльях - Рина Белая

Я на мгновение остолбенела, ярость все еще пульсировала в крови, но смысл его слов постепенно доходил до меня.

— Мог бы и сразу сказать, — процедила я, отпуская форму дракона.

— Ты не дала мне договорить, — усмехнулся он, поморщившись от боли.

Позже, уже когда ярость улеглась, я сидела рядом с ним, аккуратно обрабатывая его раны эльфийскими мазями.

Он не усмехался, не шутил, не дразнил меня, как обычно.

Просто смотрел.

В его глазах было столько тепла и нежности, что я едва не отвела взгляд.

Как будто вместо боли он чувствовал что-то совсем иное.

* * *

Не знаю, как у людей или эльфов, но наша семейная жизнь была полна приключений.

Мы летали в самые разные уголки планеты, но особенно часто возвращались к эльфам.

Я любила проводить время с Нимариэн. Теперь на ее запястье красовался браслет с моей чешуйкой — тонкий, элегантный, с вплетенной в узор моей магией. Я гордилась тем, что она приняла чувства Ваэринэля, и была искренне счастлива за них.

Мы много гуляли по лесу. Правда, говорила в эти моменты всегда только она — рассказывала истории, делилась переживаниями, смеялась. А я шла рядом, величественная и молчаливая, в облике дракона, позволяя магии свободно струиться в пространство.

Аш'Шарракс тоже полюбил бывать у эльфов.

Его день проходил по строгому расписанию: поединки, поединки, поединки, перекус — и снова поединки. Он наслаждался каждым мгновением боя, не уставал бросать вызовы лучшим эльфийским воинам и получать ответные удары с их стороны.

А потом, как-то незаметно, он начал их обучать.

Сначала это выглядело, как просто обмен ударами, но с каждой новой схваткой он все больше объяснял, показывал, направлял. Я не сразу это поняла, но однажды заметила, как эльфы теперь не просто защищаются, а перенимают его технику, его тактику, его стиль.

Эльфийские дети дали ему прозвище — Аш'Шарракс Всемогущий.

Они смотрели на моего дракона с искренним восхищением, словно он был воплощением древней легенды, божеством, сошедшим с небес. Они окружали его, тянулись маленькими ладошками к нему, восхищенно слушали каждое слово.

И божеству это все больше начинало нравиться.

Я замечала, как он все охотнее отвечал на их вопросы, как снисходительно кивал, когда они восторженно выкрикивали его имя, как его взгляд становился чуть более самодовольным.

И пока он не зазнался окончательно, я решила, что пора принимать меры.

В один из моментов, когда он снова оказался в центре толпы эльфийских малышей, я, не выдержав, протянула ему флейту.

— Играй, Всемогущий.

Он нахмурился, принимая инструмент и внимательно изучая его.

— Куда дуть? — спросил он.

Дети попадали со смеху.

Даже взрослые эльфы не сдержали улыбок, наблюдая, как величественный дракон с божественным прозвищем беспомощно вертит в руках обычную флейту.

В общем, мой Аш'Шарракс Всемогущий снова стал просто Аш'Шарраксом. Чему я была безмерно рада.

Поздним вечером, когда теплый пар стелился над водой, Аш'Шарракс сидел в горячих источниках, позволив напряженным мышцам расслабиться. Вода окутывала его тело, отражая тусклый свет луны, и наполняя влажный воздух легким туманом.

Я остановилась на краю, держа в руках мягкую накидку, ожидая, пока он закончит купание.

Он поднял на меня взгляд, и в его глазах мелькнул знакомый огонек.

— Альтана, иди ко мне.

Я улыбнулась, покачала головой.

— Зачем? — спросила я, чувствуя, как живот начинает тянуть, напоминая, что мне лучше не стоять слишком долго.

— Буду обучать тебя магии.

Он произнес это спокойно, но уголки его губ дрогнули в сдержанной усмешке.

Я замерла.

Слишком хорошо помнила его методы обучения. Вспомнилась бессонная ночь, когда я, доверившись, осталась в его руках — и на утро с трудом могла даже перевернуться в постели.

Я выпрямилась и гордо вскинула подбородок, но не выдержала и засмеялась:

— Нет… Я больше никогда на эту уловку не поддамся!

Как вдруг… сердце пропустило удар.

А потом забилось с удвоенной скоростью.

Резкая, неожиданная волна ощущения прошла по телу, и я судорожно вдохнула, обхватив живот. Теплая накидка выпала из моих рук, бесшумно упав на каменный пол.

Аш'Шарракс мгновенно подобрался.

Ночью родилась наша малышка.

Мы дали ей имя Наэ'Арэль.

* * *

Через пару месяцев мы наконец вернулись домой.

Я едва успела насладиться ощущением знакомых стен, как к нам начали прилетать пепельные драконы.

Они приземлялись на уступ, складывали крылья и, один за другим, меняли ипостась на человеческую. Их голоса звучали ровно и уважительно, когда они приветствовали меня, и нежно, когда они приветствовали малышку, что мирно спала на моих руках.

Я видела, как их взгляды цеплялись за ее крошечное лицо, как в их глазах вспыхивал интерес, восхищение… и что-то еще.

Решив, что лучшего момента расставить все точки над «и» не будет, я подняла голову, обвела собравшихся взглядом и спокойно, но твердо сказала:

— Никакой ментальной связи с драконицей. Если она захочет, она выстроит ее сама.

Некоторые мужчины переглянулись, но никто не осмелился возразить.

— Никаких битв над моей долиной, — я прищурилась. — Сейчас весна, и я хочу видеть цветочки, а не выжженную кровью землю.

В толпе кто-то нервно кашлянул.

— И самое главное, — я чуть крепче прижала малышку, чувствуя, как тепло ее крохотного тела наполняет меня уверенностью. — Никаких попыток привязать ее к себе, пока она не примет свою истинную форму.

Я выдержала паузу, вглядываясь в лица драконов.

— Выбор партнера будет только за ней. Если она откажет каждому из вас, вы отступите. И примете ее выбор.

Тишина повисла на уступе.

Я не дрогнула.

Они долго смотрели на меня.

А потом, один за другим, склонили головы в знак согласия.

Глава 36

Шли годы.

Малышка росла, и с каждым днем я все больше осознавала, насколько она особенная.

Она была нежной, тихой, задумчивой. В ней не было пылкости, свойственной пепельным драконам, не было стремления к власти или жажды превосходства. Она не искала конфликтов, не стремилась к сражениям. Напротив, она предпочитала слушать, размышлять, смотреть на мир с той глубиной, которую я редко встречала даже среди мудрых существ.

Она любила воду.

Могла часами сидеть на берегу, наблюдая за тем, как волны накатывают на песок, или как капли дождя создают на поверхности воды бесконечные круги, исчезающие в следующее мгновение.

Когда мы бывали у эльфов, ее часто можно было найти у рек или озер. Она просто смотрела, думая о чем-то своем, не замечая, как проходят часы.

В такие моменты ее лицо становилось таким спокойным, таким глубоким, что мне казалось