Лишняя жена дракона. Газетная империя попаданки - Нина Новак

— Я убью Бернара Саршара, прежде, чем он окрепнет, — ментальный голос Эдриана оглушает, а я осматриваю землю с высоты.

Рейси-Саршары и их приспешники где-то поблизости, но почему-то кажется, что они разрознены. У папаши возникли проблемы?

66.

Бернар Саршар

Семья Рейси собралась на крыше. Немногочисленная, почти исчезнувшая, похожая на затухающие угли — усилиями врагов их осталось лишь несколько человек. Старейшина, тот самый, кто когда-то решал судьбу Мари, не дожил всего нескольких часов. А старшие братья Бернара погибли еще в юности.

Теперь здесь стоят лишь сыновья. Его гордость — Александр, и его страх — Натан. Младшего он не понимает и опасается, догадываясь, что мальчишка затаил в душе ненависть.

За мать, за младшую сестру…

Бернар шагает к самому краю крыши и молча смотрит вниз, на город. Его гнетет письмо, полученное пару дней назад:

"Твой первенец ущербен. Он не обратится, Рейси."

Эдриан-Шейн даже не пытался скрыть, что послание вылетело из его тайной канцелярии. Без подписи, но на гербовой бумаге, оно через карман пиджака жжет грудь. Издевка, оскорбление, вызов.

После он казнит их всех. В первую очередь Шарсо и Грэхемов. Ларшисов же поставит на колени. Деймон и его родственница Виола откроют порталы и дадут новые клятвы.

Бернар медленно поворачивается к сыновьям. Его взгляд — тяжёлый, полный гордости и боли. Александр стоит чуть в стороне, хищно улыбается… он так похож на него. Сердце пронзает болью, и сразу же — ненавистью к врагам.

Не может быть. Бог Всех Миров обещал поддержку, чудом вернул ему исцелившуюся дочь, что послужит жертвенной овцой. И как же так, почему тогда он позволил его сыну родиться пустым? Это немыслимо, это жестоко.

Но Бернар чувствует. Ощущает всем своим существом: что-то с Александром все-таки творится.

Именно поэтому Бернар написал второе завещание — возможно, он не переживет эту ночь, но знамя Рейси понесет один из сыновей.

Взгляд на Натана — в глазах младшего снова вызов. Впрочем, мальчишка слишком горд и предан клану, он не подведет, если вопреки чаяниям придется отдавать ему власть и имущество.

В жилах Рейси течет много редкой крови, в том числе крови водных драконов, исчезнувших много веков назад. Вот почему Рашборны держат Натана во флоте, отсекая от семьи.

А Мари…

Бернара не мучает совесть. Он мог достать артефакт для дочери, мог помочь ей справиться с больным сердцем, не запечатывая драконью суть. Но он не захотел. Мари не должна была достаться Рашборну. Пророчество подписало ей смертнй приговор, но что-то пошло не по плану и девочка попала в приют, а затем к Идалям. Все это он выяснил лишь сейчас.

Хотя, если бог Всех Миров спас ее, чтобы она послужила величию Рейси, то пусть. Пусть послужит и уйдет в вечность вместе со своим проклятым мужем.

Он понимает, что долгожданный момент настал, когда над городом проносится волна силы. Ненавистная магия Рашборна ударяет в грудь и Бернар рычит. На месте императора Дургара должен был быть он сам, а не этот щенок.

Но мальчишка действительно силен и это бесит его еще больше.

Только бы выдержало сердце. Артефакт вроде мощный, но если вдруг… до этого Мари успеет убить истинного. Хитрый божок обещал, что поспособствует разладу между супругами. Она сама говорила, что ненавидит мужа, да и в газетах пишут разное.

Он раскачивается на носках и ступает в пустоту, чтобы затем взлететь вверх огромным зверем. Вскоре к нему присоединяется Натан, и Бернар вздрагивает, всей своей хищной сущностью почуяв более сильного самца. Соперника.

Бесы…

Александр же остается растерянно стоять на крыше и отцовское сердце пронзает болью. Рейси не терпят слабаков, а это значит — Алу не место среди них.

Наполнившись болезненной ненавистью, Бернар запрокидывает голову и издаёт Зов. Он не так мощен, как мог бы быть, и подтверждением этому служит ответ Рашборна. Его рык перекрывает Зов Бернара.

С двух сторон появляются присягнувшие Рейси драконы, но среди них разлад. Они тянутся к более сильному и молодому владыке и Бернар выдыхает пламя, усмиряя непокорных.

Не так, все не так, как он ожидал.

Как этот щенок Рашборн получил столько силы? Откуда взялась эта ипостась — гигантская, сокрушительная?

Бернар обводит взглядом небо, своё воинство, собранное из мелких кланов. Белые Сайены отрываются от него и летят навстречу Рашборну. Предатели.

Лишь Ласко и несколько опальных представителей других родов остаются верны.

Натан держится рядом, но Бернар не может достучаться до него, поскольку сын какого-то беса наглухо закрыл сознание.

А потом они сталкиваются с Рашборном нос к носу.

Бернар повторяет Зов, приказывая дочери кинуться на мужа.

“Под подбородком слабое место. Вцепись туда зубами, дочь”.

Мари дергается, ее мощные крылья трепещут, но она сопротивляется. Глаза горят бездным огнем и его обжигает ненавистью, которую дочка не скрывает.

“Убей этого ублюдка, дочь”!

Бернар рвётся к ней, давит, усиливает влияние.

Она не сможет отказаться. Она часть клана и не давала клятвы мужу.

Истинность — глупость.

“Имей гордость, тварь”! — выкрикивает он ей и Мари пронизывает конвульсией. Ее разрывает между Зовом отца и истинностью.

Еще немного надавить… хм, у девчонки мозги поджарятся? Ну, и пусть. Хотя бы какой-то толк от этой недоделки, копии своей безвольной и тупой матери. Надо же было умудриться, погибнуть от тоски!

“Ты заигрался, Рейси”! — рык Эдриана настолько страшен, что даже Натан и Ласко замедляются, их тянет к земле.

А Эдриан приближается и одним быстрым и точным движением вырывает артефакт, хранящий сердце.

Издав предсмертный крик, Бернар летит вниз, некрасиво кувыркаясь.

Битву он уже не видит. Не видит, как Натан кидается на Рашборна, но все тщетно. Короткое сражение заканчивается победой молодого владыки.

Рейси проиграли.

67.

Слабый поначалу Зов отца усиливается, когда он подлетает ближе. В его лагере раздор, от коалиции опальных драконов откалывается целый клан и летит в нашу сторону. Их вожак издает клич, который я понимаю на инстинктивном уровне — это как выбросить белый флаг.

Но Зов бесова Саршара усиливается и отец, рискуя жизнью, приближается. Только чтобы сломать меня, понимаю с ужасом.

Если я неожиданно кинусь на Эдриана, он не даст отпор, не сможет причинить вред истинной. Ведомая чужой волей, я совершу то, за что никогда не смогу себя простить и погибну.

Бернар Саршар же получит шанс, так как после Рашборна единственная императорская ветвь — это Рейси.

Сердце опаляет яростью и я борюсь, смотря прямо в пылающие красным пламенем глаза старого психопата.