Альфа Тео - Си Джей Праймер

— Конечно, — рычу я, мои губы прижимаются к ее губам.

Она отстраняется, глядя на меня снизу вверх с чертовски милой улыбкой на лице. — Пойдем, — шепчет она.

О да, детка. Давай. Блять. Пойдем.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ

Брук

Не знаю, что побудило меня пригласить Тео переночевать в моей комнате сегодня вечером. Я была потеряна в тот момент, не думая о последствиях того, что могло произойти, или что бы это значило. Ослепленная связью пары и моим собственным безрассудным желанием. Это то, чего я хочу, и на этот раз я не переусердствую и не действую осторожно; я позволяю себе быть смелой, свободной. Жить настоящим моментом. Быть тем человеком, которым я всегда хотела быть, но слишком боялась стать, пока Тео не вошел в мою жизнь и не начал рушить мои стены.

Я знаю, что сейчас мы находимся в подвешенном состоянии реальности. Это случилось, когда мы были в Денвере в последний раз, как будто мы были в нашем собственном маленьком пузыре. Как будто все, что у нас было, — это мы друг у друга. И сегодняшний день только усилил эти чувства, потому что, когда я вошла в тот хаос, разворачивающийся в Улье, когда я почувствовала, как страх скручивается у меня в животе, первое, о чем я подумала, был Тео. А потом он был рядом, и, несмотря на это безумие, единственное, в чем я нуждалась, был Тео. Его присутствие успокаивало меня, удерживало в центре внимания. Давало мне чувствовать себя в безопасности.

Астрид не шутила насчет огромного количества блюд, которые они готовят на ужин в доме стаи. Там, должно быть, проживает много людей, потому что весь кухонный стол заставлен большими сервировочными подносами с разнообразными подношениями, которых достаточно, чтобы прокормить небольшую армию. Мы с Тео накладываем в тарелки всего понемногу и устраиваемся за одним из четырех больших кухонных столов, чтобы поесть. Кажется немного невежливым набрасываться на еду в отсутствие хозяев, но я даже не осознавала, насколько проголодалась, пока не почувствовала запах еды, а я никогда в жизни не ела так быстро. Тео ставит вторую тарелку, прежде чем мы направляемся в гостевые покои.

Мое сердце бешено колотится, когда мы идем бок о бок по темному коридору, над головой последовательно мигают лампы, активирующие движение, пока мы направляемся к тем же номерам, в которых останавливались во время нашего последнего визита. Подойдя к ним, мы останавливаемся, и я поднимаю взгляд на Тео, наши взгляды встречаются, сцепляются.

— Наверное, я просто… э-э… захвачу свои вещи? — Спрашивает Тео, указывая большим пальцем через плечо на комнату напротив по коридору.

Я просто молча киваю, берясь за ручку двери в свою комнату. Я поворачиваю её и открываю, не потрудившись закрыть за собой, включаю свет и пересекаю комнату, где на стуле лежит моя сумка. Я расстегиваю молнию на сумке и начинаю рыться в ней, когда слышу шаги в коридоре, оборачиваюсь и смотрю через плечо.

У меня перехватывает дыхание. Тео стоит в дверном проеме, заполняя его своим огромным ростом. Его энергия такая доминирующая, такая хищная, но я не боюсь. Он великолепен. Все мои инстинкты говорят мне доверять себе в этот момент — доверять своему сердцу, а не голове. Отпустить.

Я выпрямляюсь, мои губы сами по себе растягиваются в улыбке. — Чего ты ждешь? — Спрашиваю я, кладя руку на бедро. — Еще одно приглашение?

Тео ухмыляется, заходит внутрь и бросает мой рюкзак и свою сумку на землю рядом с дверью, закрывая ее за собой.

Он слегка кивает головой, подзывая меня. — Иди сюда, красавица.

Я даже не уверена, что принимаю решение пошевелиться, прежде чем ноги сами несут меня через комнату к нему, магнетическое притяжение супружеских уз тянет меня в его направлении.

Он не ждет, пока я подойду к нему — он крадется ко мне, врезается в меня, подхватывает за талию. Как только мои ноги отрываются от пола, я обвиваю ногами его торс, руками — шею. Его губы прижимаются к моим в жестком, оставляющем синяки поцелуе. Я стону ему в рот, тереблю его волосы, чувствую его твердость у вершины моих бедер.

Я отпускаю. Потому что я доверяю себе и потому что доверяю Тео. Он не просто хочет секса; он хочет чего-то большего — чего-то постоянного. Что-то, что мы можем дать только друг другу.

Я прерываю поцелуй, прижимаюсь лбом ко лбу Тео и смотрю ему в глаза. Его волк проявляется, и я уверена, что мой смотрит в ответ. Мы оба затаили дыхание.

— Не хочу показаться самонадеянным, но… может, мне захватить презерватив? — Спрашивает Тео хриплым голосом, его грудь прижимается к моему телу.

— Фу! — Я извиваюсь в его объятиях, опуская ноги на пол. — Способ испортить настроение, — ворчу я, закатывая глаза.

Тео смеется, крепко прижимая меня к себе, пока я пытаюсь прижаться к его груди. — Эй, я просто спросил! Нельзя винить парня за то, что он пытается.

Я вздыхаю, качая головой, хотя не могу стереть улыбку со своего лица. Я озорно смотрю на него сквозь ресницы. — Ага, — шепчу я, поводя бровями. — Возьми один.

Его собственные брови взлетают вверх. — Неужели?

Я прикусываю нижнюю губу и киваю.

Тео убирает руки с моей талии, я чуть не спотыкаюсь о его ноги, когда он поворачивается, чтобы схватить свою сумку, лежащую на земле. Я хихикаю, наблюдая, как он начинает рыться в ней, стаскивая носки с моих кроссовок. Я подхожу к нему как раз в тот момент, когда он бросает свою сумку обратно на землю, держа в руке пакет из фольги.

Я тянусь к нему, засовываю руки под подол его черной футболки, провожу кончиками пальцев по его крепкому прессу. Такое ощущение, что электричество течет от его тела к моим рукам, раскаленное добела и подстегивающие меня. Я провожу ладонями по его твердой груди, останавливаясь на широких грудных мышцах. С ним так хорошо — таким твердым, неотесанным и мужественным. Все это время он просто смотрит на меня сверху вниз, прерывисто дыша.

— Сними это, — шепчу я, и в порыве движений и черной ткани Тео одной рукой срывает рубашку над головой, бросая ее на землю.

Затем он снова набрасывается на меня, обнимает за талию, крепко прижимает к себе и наклоняется, чтобы впиться в мой рот голодным, собственническим поцелуем. Мои губы приоткрываются, наши языки сплетаются. Он вцепляется в мою футболку, и я прерываю поцелуй, чтобы отстраниться и помочь ему сдернуть ее.

— Твою мать, — рычит он, обводя взглядом