(не)покоренная для Монстра из Бездны - Инесса Голд

Мы добрались до подножия Дворца.

Вход в туннель, ведущий к Ядру, был завален ледяными глыбами.

А на вершине этого завала стояла она.

Ксилия.

Она была великолепна в своем безумии. Ее белая броня была разбита, платиновые волосы развевались на ветру, превратившись в гриву медузы. Ее глаза были сплошными бельмами, из которых текли ледяные слезы.

Она сошла с ума. Разрушение города, крах ее идеалов, предательство Морвана — все это сломало ее рассудок, оставив только голую, кристально чистую идею.

«Стой!» — ее голос, усиленный магией, перекрыл грохот землетрясения. — «Не смей, предатель! Не смей спасать их!»

Она подняла руки. Воздух вокруг нее превратился в вихрь лезвий.

«Пусть рушится!» — визжала она, и ее смех был похож на звон бьющегося стекла. — «Мы умрем чистыми! Мы умрем гордыми! Лучше смерть в Бездне, чем жизнь с грязью!»

Она атаковала.

Но она ударила не по нам. Она ударила по куполу Морвана.

Сотни ледяных копий врезались в теневой щит.

Морван пошатнулся. Он застонал, упав на одно колено. Камень, который он держал над нашими головами, дрогнул и начал опускаться.

«Она нас раздавит!» — заорал Рис, вскидывая огнемет.

Зеленая струя ударила в Ксилию, но перед ней выросла ледяная стена. Огонь бессильно стек по ней.

«Мне нужна секунда!» — крикнула я.

Я вышла вперед, выходя за пределы слабеющего щита Морвана.

«Ксилия!» — позвала я.

Она перевела на меня безумный взгляд.

«Ты…» — прошипела она. — «Корень всех бед. Паразит».

«Посмотри наверх, дура!» — крикнула я, указывая на расколотый свод пещеры. — «Ты убиваешь свой народ! Ты убиваешь себя!»

«Я и есть народ!» — взревела она, формируя в руках гигантский ледяной молот. — «Я — чистота! И я очищу этот мир от тебя!»

Она замахнулась.

Вся ее концентрация, вся ее ненависть была сфокусирована на мне. Она не слушала Город. Она отрезала себя от него в своей гордыне.

Но я слышала.

Я слышала скрежет металла высоко над нами. Я чувствовала, как огромная масса, чуждая этому миру, отрывается от падающего свода.

Это был кусок Поверхности. Огромная, ржавая железная шестерня — часть механизма шлюзов Веридиана, которую затянуло в провал. Тонны мертвого, холодного железа.

Она падала прямо на Ксилию.

Я могла бы предупредить ее. Я могла бы попытаться оттолкнуть ее телекинезом.

Я посмотрела в ее белые, полные ненависти глаза.

И я промолчала.

Ксилия метнула в меня ледяной молот. Я уклонилась, но ударная волна сбила меня с ног.

Она торжествующе рассмеялась, поднимая руки для финального удара.

Тень накрыла ее.

Она подняла голову, но было слишком поздно.

Железная шестерня, символ человеческого мира, который она так презирала, рухнула на нее с небес.

Не было ни крика, ни последних слов. Раздался только влажный, отвратительный звук удара металла о плоть и камень.

Ксилия исчезла. Там, где она стояла, осталась только груда ржавого железа и растекающаяся лужа голубой крови, смешанной со льдом.

Леди Льда была мертва. Раздавлена той самой грязью, от которой пыталась отгородиться.

«Вперед!» — прохрипел Морван.

Он не смотрел на останки своей кузины. Он поднялся, шатаясь, и двинулся ко входу в туннель, который теперь был свободен.

Мы нырнули в темноту прохода.

Гул машины Корвина здесь, в замкнутом пространстве, был оглушительным. Он бил по ушам, по нервам, по костям.

Морван опустил руки. Теневой купол над нами рассеялся. Внутри туннеля своды были крепче, они пока держались.

Он рухнул на стену, сползая вниз. Его грудь ходила ходуном, кровь из носа текла непрерывным потоком.

«Дальше я не смогу держать щит», — сказал он, глядя на меня мутнеющим взором. — «Мои резервы пусты. Мы идем в эпицентр шторма без кожи, Лира».

Я подошла к нему и вытерла кровь с его лица краем своего платья.

«Значит, мы отрастим новую», — сказала я.

Я повернулась к Рису. Он проверял уровень топлива в огнемете. Его лицо было серым, но руки не дрожали.

«Осталось немного», — сказал он, глядя в темноту туннеля, откуда лился болезненный фиолетовый свет. — «Давайте закончим это».

Глава 52. Путь к Ядру

Мы нырнули в темноту служебного туннеля, и мир сжался до размеров узкой, пульсирующей кишки из черного камня.

Гул машины Корвина здесь, в замкнутом пространстве, перестал быть звуком. Он превратился в физическую пытку. Вибрация «Экстрактора» проходила сквозь подошвы сапог, дробила кости, заставляла зубы стучать друг о друга в болезненном ритме. Стены туннеля, пронизанные жилами магической руды, пульсировали в такт этому ритму, как воспаленные артерии в теле умирающего гиганта.

«Быстрее!» — прохрипел Морван. Он бежал впереди, но я видела, как его шатает. Тень, обычно окутывающая его плотным плащом, истончилась, став похожей на рваную паутину.

Внезапно пол ушел из-под ног.

Это была не яма. Это была аномалия.

Сырая магия, вытекающая из поврежденного Ядра, извратила физику этого места. Гравитационный вектор сместился на девяносто градусов. Стена стала полом.

Я вскрикнула, чувствуя, как желудок подкатывает к горлу. Меня швырнуло в сторону, к каменной кладке, которая теперь была «низом».

Рис среагировал мгновенно. Он ударил пятками друг о друга, активируя магнитные захваты в подошвах штурмовых ботинок. Металл лязгнул о камень, насыщенный железом, и Изыскатель удержался, повиснув перпендикулярно горизонту.

Морван не нуждался в технике. Тени выстрелили из его сапог, впиваясь в поверхность, как кошки когтями.

А я… Я просто захотела.

Мое тело, переписанное Бездной, адаптировалось быстрее мысли. Я изменила свой личный центр тяжести. Для меня стена стала полом совершенно естественно.

Мы бежали по спирали, вращаясь внутри гигантской трубы, как пули