(не)покоренная для Монстра из Бездны - Инесса Голд

Корвин рассмеялся. Это был сухой, лающий звук.

«Город?» — он презрительно махнул рукой в перчатке. — «Плевать мне на этот город. Это всего лишь скорлупа, Рис. Гнилой орех. Я здесь ради желтка».

Он похлопал по рычагу управления буром.

«Посмотри на это! Это чистая энергия. Первичная материя! Одна капля стоит больше, чем все твои жалкие вылазки за кристаллами за всю жизнь. Мы обеспечим энергией Веридиан на столетия вперед! Или продадим ее Империи и купим себе по острову».

«Ты не понимаешь…» — начала я, делая шаг вперед. Боль в груди становилась невыносимой. — «Это не просто энергия. Это жизнь. Это сознание».

«Это батарейка, милая», — отрезал Корвин. Его взгляд скользнул по мне с холодным равнодушием. — «Божественная батарейка. И я собираюсь выпить ее до дна. А вы… вы останетесь здесь. Как памятники моей удаче. У меня готов телепорт».

Он взялся за главный рычаг.

«Нет!» — крикнул Рис и выстрелил.

Пуля звякнула о металлические перила мостика, высекая искры, но Корвин даже не дрогнул.

«Слишком поздно».

Он рванул рычаг на себя.

Огромный бур, наконечник которого был сделан из украденного черного алмаза, завращался с визгом, от которого лопались капилляры в глазах.

И вонзился в оболочку Ядра.

Звук, который последовал за этим, нельзя было услышать ушами. Его можно было только пережить. Это был крик кита, умирающего под гарпуном, усиленный в миллион раз. Вопль вселенной, которую насилуют.

Я упала на пол, выгнувшись дугой.

Мне показалось, что бур вошел не в сферу, а в мое солнечное сплетение. Мои ребра затрещали от фантомного давления. Я закричала, но мой крик потонул в реве машины.

Оболочка Ядра треснула.

Из разлома под чудовищным давлением ударила струя жидкого света — чистая, нефильтрованная магия хаоса.

Она попала на одного из техников Корвина, который суетился у шлангов.

Человек не сгорел.

Его тело мгновенно раздулось. Плоть пошла буграми, превращаясь в полупрозрачный, светящийся кристалл. Он открыл рот в беззвучном вопле, и из его глотки вырвался луч света.

БАХ.

Техник взорвался, осыпав мостик дождем из кровавых рубинов и осколков кости.

«Да! Да!» — орал Корвин, глядя, как стрелки на приборах зашкаливают, уходя в красную зону. — «Качай! Качай все!»

«Он безумец», — прошептал Рис, помогая мне подняться.

Я смотрела на Ядро. Трещина, пробитая буром, не затягивалась. Она расширялась. По поверхности сферы побежали черные молнии — признаки нестабильности. Сфера начала пульсировать, сжимаясь и разжимаясь, как сердце в состоянии тахикардии.

«Оно не выдержит», — прохрипела я, сплевывая черную кровь. — «Оно взорвется. И заберет с собой половину континента».

Рис снова вскинул пистолет, целясь уже не в Корвина, а в механизмы машины.

«Стой!» — крикнула я, но он уже нажал на спуск.

Пуля полетела в гидравлический привод.

Но она не долетела.

Вокруг Корвина и его адской машины воздух сгустился. Дикая магия, хлещущая из раны Ядра, создала вокруг агрессора кокон хаоса. Свинец расплавился в полете, превратившись в каплю жидкого металла, которая шлепнулась на пол.

Корвин посмотрел на нас и ухмыльнулся. Его лицо светилось в фиолетовых отблесках, делая его похожим на демона индустриальной эры.

«Даже магия на моей стороне, Рис! Я неприкасаем!»

В этот момент пол под нашими ногами ушел вниз на полметра.

Стены зала пошли глубокими трещинами. С потолка упал кусок био-камня размером с лошадь, раздробив один из пустых контейнеров.

Где-то наверху, над нашими головами, свод гигантской пещеры, державшийся на магии Ядра, начал проседать. Миллионы тонн породы, которые сдерживала воля К'Тарр, пришли в движение.

Корвин посмотрел наверх. Его ухмылка дрогнула. Он увидел, как с потолка сыплется пыль, превращаясь в камнепад.

Он смотрел на заполняющиеся шкалы, не замечая, что сама реальность вокруг него начинает рваться по швам.

Я сжала руку Риса. Мои пальцы оставили на его броне вмятины.

«Оно проснулось», — прошептала я, глядя в пульсирующую трещину, из которой на нас смотрело око разгневанного бога. — «И оно в ярости».

Глава 50. Коллапс

«Оно проснулось», — прошептала я.

И в ту же секунду гравитация умерла.

Это не было падением. Это был рывок, от которого желудок подпрыгнул к горлу. Пол под ногами перестал быть опорой. Тяжелые каменные плиты, обломки оборудования, тела мертвых техников и мы с Рисом — всё это взмыло в воздух в едином, тошнотворном вихре.

Зал Ядра превратился в центрифугу хаоса.

Я перевернулась в воздухе, отчаянно хватаясь за пустоту. Мимо меня проплыл гаечный ключ размером с руку, вращаясь вокруг своей оси. Следом пролетел труп в синем комбинезоне, чье лицо застыло в маске вечного удивления.

«Лира!» — крик Риса донесся откуда-то сверху… или снизу? Понятия верха и низа исчезли.

Я увидела его. Рис барахтался в воздухе, пытаясь зацепиться за обломок трубы. Его тяжелая штурмовая броня, которая раньше защищала его, теперь превратилась в якорь, тянущий его в водоворот обломков, кружащийся вокруг «Экстрактора».

А в центре этого безумия, в эпицентре гравитационного шторма, стоял Корвин.

Он не парил. Он стоял на мостике, прочно, непоколебимо. Его ботинки, вероятно, были намагничены, или же сама дикая магия, хлещущая из раны Ядра, удерживала его.

Вокруг него ревел ураган из фиолетового пламени и искр. Контейнеры-накопители, подключенные к машине, наполнялись сияющей жижей с пугающей скоростью. Стрелки приборов лопались от напряжения.

Корвин хохотал. Он запрокинул голову, раскинул руки, купаясь в потоках сырой силы. Его смех не был слышен за грохотом разрушения, но я видела его лицо — искаженное, сияющее, безумное. Он пил кровь бога, и это опьяняло его сильнее любого вина.

«Держись!» — я оттолкнулась ногой от пролетающего мимо куска стены.

Магия К'Тарр во мне взвыла, пытаясь найти точку опоры. Я выбросила руку вперед, и теневой хлыст, сорвавшийся с моих пальцев, обвился вокруг