Тайна герцога - Сабрина Джеффрис

Лидия надула губы.

– Я узнала, что Гвин здесь, вот и все. Я хотела спросить, не слышала ли она, родился ли уже ребенок у Грея и Би.

– Нет, не родился, – сказала Ванесса, не отрываясь от гроссбуха. – Они все еще ждут.

Шеридан удивленно посмотрел на нее.

– А ты откуда знаешь?

– Бриджет слышала от служанки из дома Грея. Она в очень хороших отношениях с его слугами.

– Это меня не удивляет, – пробормотал герцог. – Твоя горничная очень находчивая девушка.

Не обращая на него внимания, Гвин обратилась к матери:

– Мама, я потеряла леди Хорнсби, и никто не может сказать мне, где она.

– О! Я как раз хотела тебе сказать, у нее есть маленький романтический коттедж недалеко от Ричмонд-парка. Я совсем забыла о нем. Это место, где она уединяется для свиданий с женатым любовником. Вот, я напишу адрес. – Она подошла к столу Шеридана и взяла карандаш и бумагу. Когда герцогиня заметила удивленные лица своих детей, она сказала: – Что? Я однажды ездила туда, чтобы составить ей компанию, когда ее… э-э… тогдашний любовник задержался на севере.

– Я думаю, ты права, Ванесса. – Гвин встала и подошла к матери, чтобы взять у нее листок бумаги. – У нас действительно очень много секретов. И кажется, я знаю, чем буду заниматься остаток утра.

Шеридан нахмурился.

– Ты же не собираешься ехать в Ричмонд-парк одна?

– Я возьму лакея, – беззаботно ответила Гвин.

– Черта с два ты это сделаешь. – Герцог вскочил на ноги. – Ты возьмешь меня, а я, на всякий случай, возьму с собой пистолет. Джошуа не простит мне, если я позволю его беременной жене ехать с единственным слугой в гнездо прелюбодеяния. Может случиться все что угодно.

– О-о, да, – саркастически воскликнула Гвин. – Я же могу увидеть какого-нибудь маркиза – или судью – голым.

– А если ты это увидишь, – сказал Шеридан, – то можешь не дожить до того, чтобы рассказать эту историю. Поэтому на всякий случай я возьму вот это. – Он выдвинул ящик стола и достал футляр с пистолетами, затем повернулся к Ванессе.

Однако прежде, чем он успел что-то вымолвить, она сказала:

– Идите, идите. Я просто посижу здесь, просматривая бухгалтерские книги. А если ты не вернешься домой до прихода мистера Бонэма, я передам ему твои извинения.

– Спасибо, милая. – Он наклонился, чтобы поцеловать ее, и направился к двери. – Мама? Вы едете?

– Нет, дорогой, – ответила она. – Завтра я снова уезжаю, так что последнее, чего я хочу, это трястись в карете по часу в один конец до Ричмонд-парка.

– Очень хорошо. Мы сильно не задержимся. Если повезет, мы вернемся задолго до приезда Бонэма.

Ванесса уже почти не обращала внимания на разговор. Когда Гвин и Шеридан ушли, она была полностью поглощена бухгалтерскими книгами. В них не было никакого смысла. Может, Шеридан и винил себя в этой проблеме, но это только потому, что он с опаской относился к тому, как воспринимает цифры.

А вот она прекрасно разбиралась в цифрах, и они вообще никак не сходились. Ей нужен упорядоченный взгляд на все, так как у нее мало времени, чтобы разобраться во всем до приезда Бонэма.

– Моя дорогая, – прозвучал тихий голос, и девушка чуть не подпрыгнула.

Тут она осознала, что вдовствующая герцогиня на самом деле никуда не ушла.

– Простите меня, герцогиня, – сказала Ванесса с улыбкой. – Разговоры Шеридана о гнездах прелюбодеев, пистолетах и тому подобном заставили меня немного понервничать.

– В последнее время мы все такие. И, пожалуйста, зовите меня «мама». Все остальные жены моих сыновей так делают.

– Для меня это честь, – ответила Ванесса.

– В любом случае, я не задержу вас надолго. Я хотела спросить вас кое о чем, прежде чем вернусь к себе наверх.

Юная герцогиня настороженно выпрямилась.

– О чем же?

– Мой негодник-сын рассказывал вам о Хелен?

– Да. Он объяснил, что для него это было очень трудное время.

– Да, очень.

Ванесса сглотнула.

– Насколько я понимаю, она была замечательным человеком.

Ее свекровь фыркнула.

– Не такой уж и замечательной, какой считал ее мой сын. Я считала ее взбалмошной и легкомысленной… пока трагическое состояние здоровья не придало ей некоторой аристократической хрупкости.

У Ванессы вырвался вздох.

– Боюсь, все, что осталось от ее характера в памяти Шеридана, это «аристократическая хрупкость».

– Не поймите меня неправильно. Ее смерть действительно стала трагедией. Я знала ее родителей, они прекрасные люди и не заслужили потери такой юной дочери. Если бы это была Гвин… – Она покачала головой. – Я бы уже никогда не стала прежней.

– Я очень хорошо понимаю это.

– Проблема в том, что Шеридан очень похож на своего отца. Когда он привязывается к человеку, то он слепо предан ему. Морис женился на мне, так как я была женой его друга и мне был нужен муж. Это прекрасное качество для хозяина поместья. Я всегда могу быть уверена, что слуги, арендаторы и прочие работники Шеридана никогда не останутся без помощи, если это зависит от него. Он будет бороться изо всех сил, чтобы убедиться, что все, о ком он заботится, обеспечены.

– Я заметила это в нем. Он кажется очень преданным.

Ее свекровь вздохнула.

– Но почему-то, когда дело касается Хелен, это качество начинает искажаться в его сознании. Ему кажется, будто признание в том, что он больше не любит ее так, как раньше, станет предательством.

– Я думаю, в этом вы правы. – От этого ее сердце упало еще сильнее. – Честно говоря, на мне он женился из чувства долга, которое мало чем отличается от верности. По его мнению, он погубил мою репутацию, и должен был исправить ситуацию. Но меня это не слишком беспокоило. Я просто хотела – очень хотела, – чтобы он любил меня. Что, если он никогда этого не сможет?

Лидия обошла стол и обняла невестку за плечи.

– Думаю, он уже очень любит вас. Просто не хочет признаваться в этом самому себе, упрямец. Он так долго держал зажженный факел над ее могилой и теперь не знает, как его погасить. Боюсь, потребуется нечто очень мощное, чтобы изменить такое положение дел. Нам остается только надеяться, что это произойдет до того, как вы проведете в браке тридцать лет. Столько я была замужем за его отцом.

– Тридцать лет! Я не хочу ждать тридцать лет, чтобы почувствовать любовь мужчины, которого я люблю.

– Я всего лишь пошутила, моя дорогая. – Вдовствующая герцогиня направилась к двери и пробормотала: – По крайней мере, в основном.

Ванесса застонала. Она, конечно, надеялась, что свекровь шутит. «И как может этот