Тайна герцога - Сабрина Джеффрис

со мной. Я все пыталась и пыталась привлечь ваше внимание, а вы после нашего поцелуя в театре даже не погладили меня по щеке. Поэтому да, когда мистер Джанкер попросил разрешения поцеловать меня, я согласилась. Я подумала, а почему нет? Если я не могла заполучить вас, то какая уже разница?

– Мне жаль. – Он как будто смотрел на нее другими глазами. – Я понятия не имел, что ты все это время пыталась привлечь мое внимание.

– А если бы знали это, вы бы стали проводить время со мной?

Шеридан запустил пальцы в свои волосы.

– Возможно. Точно не знаю.

– Между тем, после того, как мы поженились, я охотно делила с вами постель. Дважды. И во второй раз это было уже после того, как я узнала, что вы проявляли ко мне интерес, только чтобы получить информацию от моей матери. Это было задолго до того, как вы отправились к Джанкеру и поверили в его бредни. Сколько еще доказательств вам нужно, чтобы убедиться, что вы мне небезразличны?

Он поймал ее за талию.

– Ты права. Мне надо было доверять тебе. Я просто…

– Ревновали?

– Да. – Он наклонил голову и поцеловал жену в висок. – Мысль о том, что твое сердце может принадлежать ему, сводила меня с ума.

– Значит, нормально, если ваша покойная невеста навсегда завладела вашим сердцем, – прошептала она, – но совершенно неправильно, что я могла бы выбрать другого мужчину вместо вас?

– Ванесса… – произнес он тем умиротворяющим голосом, который она ненавидела.

– Я всегда хотела тебя, Шеридан Вулф. Не из-за титула и не из-за родства с Греем, хотя это, безусловно, важная деталь. Но потому что ты – это ты. И если тебе этого недостаточно…

– Достаточно, моя милая герцогиня. Клянусь тебе. Я счастлив, что мы поженились. Я знаю, тебе трудно в это поверить, но это правда.

Он заключил ее в объятия и начал целовать.

Она прервала поцелуй, еще не совсем готовая простить его.

– Слуги ожидают нас к ужину в назначенное время.

– Неужели? – прошептал он и продолжил пытаться поцеловать ее.

– Шеридан! Я только что оделась!

– Я помогу тебе одеться снова, – ответил он хриплым голосом. – Но я отчаянно хочу заняться любовью с моей женой.

Честно говоря, она отчаянно хотела того же самого.

– Хорошо, – прошептала она.

Смеясь, он подтолкнул ее к кровати, и она позволила ему это. Когда дело касалось Шеридана, Ванесса совершенно теряла самообладание.

Он все еще не сказал, что любит ее, но ведь и она тоже не говорила ему этого.

Любила ли она его? Ванесса боялась, что да. Он был единственным мужчиной, которого она когда-либо по-настоящему хотела, и ей потребовались годы, чтобы найти его. Он был единственным, кто заступался за нее, кто делил ее страсть к книгам и понимал ее увлечение садоводством. Единственным, кто заставлял ее кровь кипеть и сердце – бешено биться. Он уже говорил, что больше не хочет влюбляться, и теперь она боялась услышать эти слова снова, раскрыв ему свое сердце.

Ей просто нужно будет показать ему свои чувства и надеяться, что однажды он ответит взаимностью.

Глава 20

Два дня спустя Шеридан сидел в своем кабинете в лондонском особняке, изучая счета поместья перед наводящей ужас предстоящей встречей с Бонэмом сегодня днем. Он и так уже откладывал ее дольше, чем следовало.

Вчера остальные члены его семьи вернулись в Лондон, включая Лидию, которая еще какое-то время будет жить с ними. Но она, вероятно, будет нечасто находиться рядом. Завтра она планировала отправиться в Каримонт, чтобы узнать, как поживают Беатрис и Грей, поскольку Беатрис все еще не родила. Нет сомнений, что и остальных герцогиня будет часто навещать.

Шеридан нисколько не возражал против этого. Жить вместе с матерью, когда приспосабливаешься к семейной жизни, очень тяжело. Но как только маменька уехала, а встреча с Бонэмом закончилась, он мог с удовольствием проводить время с Ванессой. Он может даже заняться с ней чем-то, кроме секса. Не то чтобы он возражал против секса. Откинувшись на спинку кресла, он улыбнулся сам себе.

– Чему это ты так загадочно улыбаешься, мой дорогой? – спросила Ванесса, влетая в его кабинет.

– Я просто думал о прошлой ночи. И о позапрошлой. О да, и о ночи до нее. И о…

– Я знаю, что ты пытаешься сделать, Шеридан Вулф, и ты не уговоришь меня сказать Бонэму, будто ты нездоров или что-нибудь в этом роде. Когда он придет сегодня днем, тебе нужно быть готовым.

– Вот черт! Сам того не ведая, я женился на сварливой женщине, – сказал он с притворной тревогой. – Ай, ну что ж, полагаю, теперь я застрял тут с тобой.

– Очень смешно. – Приподняв свою равнодушную и очень красивую бровь, она обошла стол с его стороны, чтобы выглянуть из окна в сад во внутреннем дворе. – Теперь я понимаю, почему тебе нравится этот кабинет. В саду позади тебя открывается прекрасный вид.

– Да, это так, – согласился он, поворачиваясь в кресле, чтобы тоже посмотреть в окно.

– Это будет первое, чем я займусь как хозяйка дома. Твоему прелестному садику явно не помешает небольшой уход, и я с удовольствием возьму это на себя.

Шеридан притянул ее к себе.

– Я могу придумать и другие занятия, которые ты можешь «с удовольствием взять на себя».

Она рассмеялась.

– Сэр, вы ненасытны. И сейчас не время и не место для этого.

– Ничего об этом не знаю, – сказал он, водя рукой по ее бедрам.

Округлив глаза, Ванесса повернулась и посмотрела на его стол.

– Так это и есть бухгалтерские книги?

Это напоминание тут же испортило его настроение.

– Да, они. – Герцог уронил руку с ее очаровательного тела. – Понимаю, что все ведут счета по-разному, но я никак не могу разобраться в системе Бонэма. Каждый раз, когда мне кажется, будто я все понял, возникает еще что-то, доказывающее обратное.

Она взяла одну из книг и посмотрела в нее.

– Ну, неудивительно. В этом же нет никакого смысла.

– Только не говори мне, что у тебя тоже цифры плывут перед глазами.

– Нет. – Она странно посмотрела на него. – Что ты имеешь в виду?

«Черт возьми, не следовало этого говорить».

– Ничего.

– Это не ничего. У некоторых людей есть проблемы с цифрами. У моего двоюродного деда когда-то были ужасные времена. Моя двоюродная бабушка жаловалась тогда, что он сводил ее с ума всякий раз, когда ему приходилось встречаться с управляющим поместьем. – Она указала на цифру. – Вот это что?

– Семьсот двадцать шесть фунтов.

– Нет, мой дорогой. Это семьсот шестьдесят