Тайна герцога - Сабрина Джеффрис

Она подошла, обхватила его голову руками и крепко поцеловала в губы. Когда она отстранилась, то сказала:

– Я не хочу говорить о мистере Джанкере, или о Хелен, или даже об убийствах. – Она развязала его галстук и отбросила в сторону. – Я вообще не хочу говорить. – Затем потянула его сюртук, и он послушно сбросил его. – Может быть, это самое близкое к медовому месяцу, что у нас будет, и мы одни. – Она принялась расстегивать пуговицы на его жилете. – Я бы предпочла заняться чем-то гораздо более… приятным.

Взяв его руку, она положила ее себе на грудь. Шеридан, не отрываясь, смотрел на нее, словно не мог поверить, что она может быть такой дерзкой. Она и сама не могла в это поверить. Но как иначе отвлечь его от мыслей о мистере Джанкере, если не соблазнить? Она не совсем понимала, как к этому подступиться, но решила, что разберется по ходу дела.

Ванесса снова поцеловала его, на этот раз задержавшись на губах. Он застыл примерно на полсекунды. Затем сбросил с себя жилет и, обняв ее за талию, крепко притянул к себе для поцелуя, столь же страстного, сколь и восхитительного.

– Черт возьми, Ванесса, – прошептал он в ее губы. – С вами так… трудно.

Она очень на это надеялась. Ведь она никак не собиралась выходить замуж за святого, каким все его считали. Ей был нужен грешник, та его сторона, которую он показывал только ей. Грешный Шеридан был, по крайней мере, способен любить.

– Я думаю, – прошептала она в ответ, – что у вас вот тут что-то твердое. – И она положила руку на его брюки, как раз на то место, где образовалась чрезвычайно приятная выпуклость.

Со стоном он схватил ее руку и крепче прижал к свидетельству своего возбуждения.

Затем, двигая руку вверх-вниз, он начал прокладывать дорожку из поцелуев вниз по ее шее к глубокому вырезу лифа.

– Повернитесь, моя соблазнительница, – произнес он хриплым голосом, от которого по ее телу пробежала дрожь.

Она сделала, как он велел, и ее пульс участился в предвкушении.

Шеридан быстро расстегнул застежки ее платья, затем развязал корсет и стянул все это, оставив ее в сорочке и чулках. Когда он снова оказался перед ней, она развязала свою рубашку. Прежде чем Ванесса успела ее снять, он распахнул вырез и, ослабив завязки, потянул вниз, обнажая ее груди.

– Я никогда не устаю от них, – прорычал он.

Застигнув ее врасплох, он поднял ее на стол, затем подвинул свой стул так, чтобы можно было сидеть и наслаждаться ее грудью. Было нечто невероятно чувственное в том, как он сосал, лизал и дразнил ее соски, непринужденно сидя за столом.

– Мне нравится, как вы… лакомитесь мной, – сказала она с легким смешком, зарываясь пальцами в его шелковистые кудри.

– Мне нравится иметь вас на ужин, – прошептал он в ее грудь. – Ты приятно пахнешь. Ты вкусная. Ты вызываешь во мне такой… сильный… голод…

То, как хрипло он это произнес, вызвало у нее трепет.

– Вы… льстец.

Возможно, путь к сердцу мужчины и правда лежит через его желудок. Эта мысль заставила ее хихикнуть, и он остановился, чтобы посмотреть на нее, вопросительно приподняв бровь. Не желая объяснять, она сказала:

– Ну, когда же вы снимете их? – и потянула за пояс его брюк.

Он сразу же откинулся на спинку стула и сбросил сапоги.

– Потрогай себя, – сказал он.

– Ч-что? Где?

– Твои груди. Потрогай их. Ты никогда не трогала себя?

– Только когда купаюсь. А зачем?

Он застонал, вставая, чтобы расстегнуть брюки.

– Представь, будто ты купаешься. А еще лучше, представь, что я купаю тебя.

– О-о-о. – Почему одна только мысль об этом заставляла ее дрожать?

Чувствуя себя немного неловко, девушка начала растирать свою грудь. Это казалось очень неприличным, особенно учитывая, что он все еще был наполовину одет.

Но ненадолго. Пока она бесстыдно ласкала свою грудь через вырез сорочки, он продолжал раздеваться, пожирая ее взглядом.

– Вы – наслаждение для глаз мужчины, моя распутная жена.

Она осмотрела его обнаженную грудь с рельефными мышцами, затем его нижние брюки, или как там они называются.

– Так же, как и вы, мой распутный муж.

Только оставшись полностью обнаженным, он снова уселся перед ней. Раздвинув ее ноги, он хрипло произнес:

– И я уверен, что готов к десерту. – Он задрал ее рубашку ровно настолько, чтобы просунуть под нее голову. Затем поцеловал ее прямо в промежность, в то место, которое она и представить себе не могла, что кто-то захочет целовать. Когда она притянула его голову к себе, он начал поглаживать ее там языком. Сначала это было щекотно, но чем больше он ласкал ее языком, тем больше это возбуждало ее и без того обостренные чувства. И это было… чудесно. Он заставил ее трепетать.

«О небо. Как изумительно! Этот мужчина – мастер в искусстве любви».

Пока она извивалась под прикосновениями его языка, его большие пальцы выводили круги на внутренней стороне ее бедер, которые внезапно стали очень чувствительными.

– Это… кажется очень… порочным, – выдавила она.

Он остановился ровно настолько, чтобы спросить с едва заметной улыбкой:

– Тебе не нравится быть порочной?

– С вами? Нет.

– Хорошо, – выдавил он и снова принялся дразнить ее там, внизу, губами, языком и зубами, пока ей не показалось, что она вот-вот взорвется.

– Шеридан… я хочу… я хочу…

– Чего ты хочешь, моя порочная жена?

– Вас… во мне…

Он еще немного помучил ее своим ловким языком, а затем спросил:

– Ты уверена, что хочешь именно этого?

– О да… пожалуйста…

– Очень хорошо, – сказал он и вытер рот ее сорочкой.

Затем стащил ее со стола и усадил на себя, так что она оказалась верхом на нем, а ее колени встали по обе стороны его узких бедер на сиденье широкого стула.

– Что вы делаете? – спросила она.

– Если хочешь, чтобы я был внутри тебя, тогда садись на меня верхом.

Она заморгала, сначала не понимая. Потом ее осенило. Он хотел сделать то, что они делали прошлой ночью, только наоборот. Как это… интригующе.

И, таким образом, вся эта мужская красота окажется перед ней, когда она «оседлает» его.

– Ну? – спросил он, приподняв одну бровь, и ухмыльнулся.

– Похоже, это может мне понравиться.

– Может? Я позабочусь о том, чтобы тебе понравилось. – Он схватил подол ее сорочки, которая уже была задрана на бедрах. – Но сначала давай избавимся вот от этого. – И быстрым движением рук снял с нее сорочку. – Так лучше, – сказал он, и глаза его заблестели.

– Вам нравится видеть