Дикий принц - Сиенна Кросс

комнате, и впервые на моей памяти, когда я был с женщиной, я все время не сводил с нее глаз. Я вхожу в нее глубже, дольше, медленнее, каждой частичкой своего существа. Пока я больше не могу сказать, где заканчиваюсь я и начинается она.

И чем дольше это длится, тем больше мне становится страшно.

Потому что внезапно я не хочу умирать, и я не хочу, чтобы это был последний раз с Сереной. Я хочу провести остаток своей жизни, трахая ее, заявляя на нее права, может быть, однажды даже полюбив ее.

Наступает рассвет, проливая свет в темную комнату, и всепоглощающий ужас наполняет мою грудь. Серена лежит на мне сверху, ее тихое дыхание вырывается в такт с подъемом и опусканием моей груди. Наше время вышло. Я не спал всю ночь, вернее, то немногое, что от нее осталось после того, как мы насытились друг другом. Ну, это не совсем так, потому что я не думаю, что мне когда-нибудь будет достаточно Серены.

Четыре раза, и мы выдохлись. Она была слишком сонной, чтобы держать глаза открытыми, но все равно держалась за мой член так, словно он принадлежал ей. И я думаю, что так оно и есть.

Пока она лежит на мне всю ночь, я уже готов к пятому раунду, несмотря на усталость. Мне не нужен сон, мне не нужно ничего, кроме этой горячей, влажной киски, приветствующей меня дома. Хуже того, это больше, чем просто мое физическое желание к ней. Она — это все, о чем я думаю, ее безопасность, ее счастье, все то дерьмо, через которое я ее заставил пройти. Я не могу выкинуть все это из головы.

Я в полной заднице.

Что, если я не отвезу ее в аэропорт? Что, если я заставлю ее бежать со мной? В любом случае, все началось как похищение. Насколько еще сильно она может меня ненавидеть?

Она шевелится надо мной, как будто услышала мои мысли или, может быть, почувствовала, как моя бушующая эрекция упирается ей в живот. Она поднимает голову, и прикрытые веки встречаются с моими, когда ее губы растягиваются в улыбке. — Доброе утро.

— Buongiorno, tesoro. — Только в этом утре нет ничего хорошего.

— Не пора ли просыпаться? — Она зевает и растягивается на мне, задевая мой член. Ее глаза проясняются, и на лице появляется намек на улыбку. — Или у нас есть время еще на один быстрый секс?

Я не могу сдержать смешок, который сотрясает мою грудь. — Я бы хотел, чтобы мы это сделали, но, к сожалению, нам скоро выезжать, и если ты останешься со мной еще хоть раз, я не уверен, что когда-нибудь отпущу тебя снова.

Легкая морщинка между ее бровями становится глубже. — Это не обязательно должно быть в последний раз, Тони. Я скоро вернусь в Милан и, возможно...

Я качаю головой. — Давай просто действовать по обстоятельствам, хорошо?

Она, должно быть, неправильно поняла мое нежелание, и ее губы поджимаются, когда она скатывается с меня. Я хочу объяснить, сказать ей, что это не потому, что я не хочу видеть ее снова, просто я не могу вынести, что разочаровал ее. Как я могу вселить в нее надежду на воссоединение, которого, я уверен, никогда не произойдет? В тот момент, когда она окажется в безопасности на борту самолета со своим кузеном, я буду покойником.

With love, Mafia World

ГЛАВА 43

Под разными звездами

Серена

Уставившись на свое усталое отражение в зеркале, я тяжело вздыхаю и достаю телефон. Все кончено, Серена, пришло время двигаться дальше. Конечно, похищение было забавным и все такое, и секс был потрясающим, но очевидно, что из этого с Антонио больше ничего не выйдет. И я сумасшедшая, раз хочу большего.

Несмотря на то, что я все это знаю, есть еще кое-что, что я должна сделать.

Я набираю сообщение Papà прежде чем теряю самообладание. Насколько я знаю, он может прямо сейчас быть на пути сюда с Алессандро. Белла поклялась нашему кузену хранить тайну, но я знаю, что у Papà есть свои способы.

Я: Мне нужно, чтобы ты пообещал мне кое-что.

Па: Все, что угодно, Cuore mio.

Я удивлена, что ответ приходит так быстро, и теперь яма страха в моем животе увеличивается вдвое. Он уже здесь, в Милане? Мои пальцы порхают по клавиатуре.

Я: Поклянись мне, что ты не убьешь Антонио, когда все закончится.

Эти маленькие голубые пузырьки танцуют по экрану бесконечное мгновение, мой пульс учащается с каждой проходящей секундой.

Па: Я не могу этого обещать.

Я смотрю на слова, мое сердце застряло в горле. Я не позволю Антонио умереть из-за меня. Он по-королевски облажался, похитив меня? Да. Но мысль о том, что звездный свет в этих пронзительных радужках навсегда потемнеет, душит.

Я: Ты можешь, ты просто не хочешь.

Па: Он украл тебя у меня, Серена!

Мое единственное дитя!

Как я могу позволить ему жить после этого?

Я практически вижу, как он злится на другом конце провода, слышу, как он выкрикивает проклятия в трубку.

Па: Я не буду давать обещаний, которые не смогу сдержать.

Мы можем обсудить это при личной встрече.

Я: Нет, сначала мне нужно обещание.

Звонит телефон, на экране высвечивается его номер. Я отправляю это на голосовую почту, потому что не в настроении слушать, как он на меня кричит.

Па: Возьми трубку.

Я: Нет.

Пока ты не поклянешься жизнью мамы, что не убьешь его.

Па: Ты не можешь говорить серьезно.

Я смертельно серьезна, вот почему я упоминаю маму.

Я: Антонио спас мне жизнь.

Я в долгу перед ним.

Проходит еще одна долгая минута, и я уверена, что он выбросил свой телефон в окно в приступе ярости.

Па: Прекрасно...

Я: Спасибо. Увидимся вечером дома.

Еще пузырьки, потом ничего. Стеснение в моей груди немного спадает, и я делаю еще один вдох. По крайней мере, я знаю, что Антонио будет в безопасности, как только я сяду в самолет. И пока этого достаточно.

Бросив последний взгляд в зеркало, я провожу рукой по волосам и поворачиваюсь к двери. Пора отправляться в аэропорт.

Когда я захожу в гостевую спальню, Антонио уже одет, как мне кажется, в одежду Валерио. Она немного тесновата на нем, облегая широкую грудь и подчеркивая мускулистый пресс. Dio, он прекрасен в своем мучительном, диком смысле.