Дикий принц - Сиенна Кросс

Ну, черт возьми, может быть, я не так уж много знаю о Санти. — Уже четыре месяца, — бормочу я. Это единственный ответ, который у меня есть.

— Мы останемся с Валерио.

Отлично. Я беру телефон и просматриваю самые последние сообщения, легко находя Валерио. Антонио не связался ни с одной живой душой, кроме него. Я, с другой стороны, сгораю от желания отправить еще несколько сообщений Белле, Мэтти и всей команде кузенов, не говоря уже о моей маме. Даже несмотря на то, что Papà ведет себя как чрезмерно заботливый мудак, я знаю, мама бы поняла.

— Скажи Валерио, что мы будем через двадцать минут.

— И это все? Ты даже не собираешься спросить, можем ли мы остаться?

Он качает головой. — Он поймет, что это срочно.

Я печатаю сообщение и жду ответа. Несмотря на поздний час, оно приходит почти мгновенно в виде двух букв. ОК. Я думаю, этот Валерио немногословен. С другой стороны, я была бы довольно раздражена, если бы кто-нибудь разбудил меня посреди ночи и сказал, что они придут.

Вскоре мы заезжаем в подземный гараж современной квартиры в центре Милана. Он очень похож на мой, только на несколько этажей короче, полностью сделан из тонированного стекла и усиленной охраны по периметру.

Чем именно этот парень Валерио зарабатывает на жизнь?

Я собираюсь спросить, когда мы останавливаемся у ворот, и устрашающего вида татуированный парень наклоняется над окном со стороны водителя и заглядывает в машину. — Удостоверение личности, — рявкает он, прижимая планшет к своей бочкообразной груди.

Антонио качает головой, в его глазах светится стальная решимость. — Меня зовут Джованни. Я здесь, чтобы увидеть Валерио Палермо. — Его темные брови хмурятся, но прежде чем он успевает открыть рот, Тони снова рявкает: — Просто проверь чертов список на наличие Signor Палермо.

— Послушай...

Тони поднимает руку, двигаясь так быстро, что у меня кружится голова. Он хватает парня за галстук, используя его как петлю на горле. Он толкает его к окну со стороны водителя и усиливает хватку. — Не заставляй меня убивать тебя без причины. Просто поищи в списке, stronzo. Ты найдешь мое имя вместе с подробными инструкциями.

Он пытается кивнуть, но из-за того, что Антонио душит его, его голова едва двигается. Наконец он отпускает охранника, и мужчина кашляет и отплевывается, переводя дыхание, прежде чем просмотреть планшет. — А, вот и вы, Signor.

Он нажимает кнопку на экране, и ворота открываются. Антонио натянуто улыбается, прежде чем проехать. — Coglione, — бормочет он.

Я чуть не давлюсь смехом. — Он? Он просто пытается выполнять свою работу. Ты был мудаком, который пытался задушить его за это.

Он пожимает плечами. — Я никому не покажу свое удостоверение личности, пока ты не будешь в целости и сохранности, улетая за тысячи миль отсюда.

Я даже не хочу рассматривать очевидное... Антонио может быть мертв задолго до этого. Мой отец — непредсказуемый человек, и никто не знает, что он сделает теперь, когда знает, с кем я. Он мог бы быть на пути сюда прямо сейчас, готовый сжечь Милан дотла, только чтобы найти меня. И Антонио будет его целью номер один.

Как бы мне ни хотелось верить, что Papà не убьет его, если я вежливо попрошу, я не дура. И мысль о смерти Антонио затягивает невидимую петлю у меня на горле. Я настолько погрузилась в жуткую картину, что не выныриваю из мрачных мыслей, пока двигатель не глохнет и Антонио не наклоняется ко мне, пытаясь открыть дверцу.

— Я сама могу открыть свою дверь, — поддразниваю я.

— Просто хотел доказать, что рыцарство не умерло.

Но это может случиться скоро.

Глупая мысль проносится у меня в голове, прежде чем я успеваю ее остановить, и жар покалывает уголки моих глаз. Dio, что со мной не так? Должно быть, у меня ПМС или что-то в этом роде. Наконец открыв дверь, я обнаруживаю Антонио, ожидающего с нашими скудными пожитками. Оглядывая тихий гараж, я замечаю изящный лифт, перед которым мы припаркованы. В отличие от других в этом просторном помещении, здесь нет кнопок, только какой-то биометрический сканер.

Антонио тяжело дышит, как будто он бежал несколько дней, и намек на страх пронзает мою грудь. Черт. Это был секс, не так ли? Для него это было слишком... — Ты в порядке? — Я придвигаюсь ближе, и моя ладонь инстинктивно перемещается к его груди, но недостаточно близко к ране, чтобы коснуться ее.

— Да, я в порядке. Рана в порядке.

— Слишком много «в порядке»...

Кривая усмешка приподнимает уголки его рта. — Кажется, я часто это говорю в последнее время, не так ли?

Я киваю, но могу сказать то же самое и о себе. И все же почему-то я не думаю, что у кого-то из нас когда-нибудь снова будет все хорошо.

— Я хочу поговорить о том, что произошло в машине...

Я прижимаю пальцы к его губам, прерывая его. Потому что к тому, что он собирается сказать, я не готова. Особенно не прямо сейчас, в этом гараже. — Тут нечего сказать, — Выпаливаю я. — Это было просто весело, верно?

— Ммм. — Его голова опускается, на напряженно сжатой челюсти появляется непонятное выражение. — Я только хотел сказать, что, если ты захочешь поговорить об этом, мы можем.

— Я в порядке, но спасибо. — Я не в порядке. Не думаю, что я когда-нибудь выкину этот оргазм из головы. Самое безумное, что это было совершенно ванильно... Секс в машине — это не то, что обычно потрясает мой мир. И все же с Антонио это было самое горячее в жизни.

Двери лифта открываются прежде, чем я говорю какую-нибудь глупость, и мужчина в пижаме и очках прислоняется к металлической стене. Он проводит рукой по взъерошенным каштановым локонам, печально улыбаясь. — После стольких лет, когда ты не отвечал на звонки, я получаю экстренное сообщение, а затем ты появляешься у моей двери в три часа ночи, amico?

Антонио пожимает плечами, самое близкое к смущению выражение, которое я когда-либо видела, промелькнуло на его лице. — Мне жаль. Надеюсь, ты знаешь, что я бы не стал этого делать, если бы был какой-то другой выбор.

— Я так и понял. — Его пристальный взгляд встречается с моим, медленно, пристально изучая. — Я предполагаю, что она и есть причина всего этого.

Антонио опускает голову, и теперь это я почти краснею. Требуется многое, чтобы смутить меня, но в его взгляде есть что-то слишком личное. Как будто он что-то знает обо мне...