Дикий принц - Сиенна Кросс

к причалу, и Антонио умело привязывает ее к деревянной свае. — План состоит в том, чтобы найти машину и проделать остаток пути до города на машине. В этот ночной час мы должны вернуться в Милан чуть больше чем через час.

— И под "найти машину" ты подразумеваешь "угнать ее"?

Он кивает, и в его полуночных радужках появляется искорка. — Именно так, tesoro. — Затем он протягивает мне руку, и я сама удивляюсь тому, как легко мои пальцы обхватывают его ладонь. Он легко преодолевает пропасть, затем оборачивается, чтобы помочь мне.

Я так беспокоилась о его ране, что совсем забыла о своей лодыжке. Впервые за несколько дней мне не больно, когда я приземляюсь на нее. Как будто он вспомнил об этом, глаза Антонио встречаются с моими, в этих бездонных глазах тревога.

— Я в порядке. Я почти не чувствую растяжения.

— Grazie a Dio90.

Слава Богу, что Бог прав. Если я собираюсь добавить угон машины в свой послужной список, мне лучше быть готовой к побегу.

— Вот. — Антонио останавливает свой взгляд на двухдверной Alfa Romeo. Это спортивная, но не слишком эффектная и, безусловно, достаточно обычная машина, чтобы не привлекать ненужного внимания. Лучше всего то, что окно открыто ровно настолько, чтобы просунуть руку. — Не могли бы ты...

Прежде чем он заканчивает предложение, я просовываю руку в отверстие. Papà не только научил меня обращаться с оружием. А еще я чертовски хороша во вскрытии замков и знаю, как завести машину.

Я чувствую тяжелый взгляд Антонио через плечо, когда протягиваю пальцы, чтобы дотянуться до ручки внутренней двери. Еще несколько дюймов… Дверь со стороны водителя открывается, и я делаю шаг назад, предлагая место Антонио. — Ты хочешь оказать честь или это должна сделать я?

Он наблюдает за мной, кривя рот в усмешке. — Ты умеешь заводить машину?

— Конечно, умею. Только благодаря одному из моих многочисленных талантов. Может быть, когда-нибудь, если тебе повезет, я покажу тебе больше.

— Я очень хочу, чтобы мне так повезло. — Он ухмыляется, прежде чем взять меня за руку, подтянуть к пассажирскому сиденью и открыть дверь, как настоящий джентльмен. — Меньшее, что я могу сделать, это завести машину. Если я не буду полезен, то у тебя не будет никаких причин держать меня рядом.

— Это правда. — Глупая ухмылка мелькает на моем лице, прежде чем я успеваю ее остановить.

Когда я сажусь в машину, Тони принимается возиться с проводами под рулевым колесом. Не проходит и минуты, как гул двигателя нарушает тишину тихой улицы. Он поворачивается ко мне с непроницаемым выражением на лице, затем наклоняется, и его губы внезапно оказываются всего в нескольких дюймах от моих. Его взгляд опускается к моим губам, и напряжение сгущает воздух, когда предвкушение сжимает мое нутро. Медленно качая головой, он тяжело вздыхает и протягивает руку, потянувшись к моему ремню безопасности.

Я сижу там, едва дыша, пока он натягивает его на мои бедра и защелкивает на место.

Merda, что этот человек со мной делает?

With love, Mafia World

ГЛАВА 39

Бессильный

Антонио

Тишина в машине тревожная, всепроникающая, как темнота, прокрадывающаяся через окна вдоль тихой дороги. Я отваживаюсь взглянуть на Серену краем глаза и практически чувствую, как она прикусывает язык. На нее не похоже так долго молчать.

Хотя я уверен, что ее реакция вызвана моим плохим настроением, часть меня желает, чтобы она уже сдалась, чтобы ее игристый смех наполнил машину. Это, безусловно, сделало бы поездку гораздо более приятной и пролетела бы быстрее. Что касается моего мрачного настроения, я даже не могу его объяснить. Я должен быть рад покончить с этим делом, но мысль о том, что мое время с Сереной наконец подошло к концу, заставляет мое холодное, мертвое сердце бушевать.

Я не настолько глуп, чтобы думать, что влюбился в эту женщину за несколько недель, это невозможно. Верно? Конечно, нет, stronzo. Голос отца прерывает мои размышления, еще больше портя настроение. Просто сосредоточься на этой чертовой дороге. Я жму на газ, стремясь поскорее добраться до города. Мне нужно держаться подальше от этой опьяняющей женщины. В тот день, когда она вошла в мою жизнь, я потерял себя.

Или, может быть, все совсем наоборот, и она помогла мне найти прежнего себя. Того, кто был потерян во тьме. Смятение бушует у меня внутри, и я перевариваю прошедшие полторы недели с Сереной, затем бурные недели до этого. Гибель драгоценной территории Papà, похищение, выкуп, попытка изнасилования, сожжение виллы, потеря Мариуччи… Жгучий гнев и боль воюют у меня внутри, и моя нога сильнее давит на газ. Мы несемся по извилистому шоссе, набирая скорость. Все расплывается, когда необузданные эмоции наваливаются на меня, душат.

— Возможно, тебе стоит притормозить немного, приятель. — Голос Серены прорывается сквозь нисходящую спираль.

Я бросаю на нее взгляд краем глаза, и она натянуто улыбается. Я задерживаю дыхание и бросаю взгляд на спидометр. Merda. Двести километров в час. Мои руки сжимают руль так сильно, что костяшки пальцев белеют. Я отпускаю педаль газа как раз в тот момент, когда рядом с нами проносятся мигающие синие и красные огни.

— Porca miseria91, — бормочу я.

Серена ерзает на сиденье, выглядывая в окно заднего вида, когда сирена carabinieri92 становится все громче. — Ну, черт возьми, теперь у нас проблемы.

Я раздумываю всего мгновение, прежде чем снова ударить подошвой ботинка по педали газа. Моя шея выгибается назад от инерции, когда двигатель "Альфы" с ревом оживает.

— Что ты делаешь? — Серена визжит.

— Я не могу рисковать быть пойманным прямо сейчас.

— Что? Почему? Значит, ты получишь штраф за превышение скорости. Это гораздо лучше, чем попасть в тюрьму за сопротивление аресту.

Я приподнимаю темную бровь, качая головой. — О, поверь мне, tesoro, нас не поймают. — Стрелка спидометра дергается вправо, затем неуклонно поднимается.

— Но зачем так рисковать?

— Потому что, если за этим стоят Салерно или Сартори, они определят наше местоположение в течение нескольких минут. Обе семьи откупились от миланских carabinieri больше, чем я могу сосчитать. Быть пойманным — это не выход, по крайней мере, до тех пор, пока ты не окажешься в безопасности на борту самолета вместе со своим кузеном.

Двигатель Alfa Romeo взревел, когда я вдавил педаль газа до того, как она успела отреагировать, огни на приборной панели расплылись, когда мы мчались по тускло освещенной дороге в Милан. Прохладный воздух врывается в приоткрытое окно, смешиваясь с запахом