ИльРиса. Обрести себя - Ольга Кобзева

— Конечно. Не беспокойся, Иль, мы найдем этого малыша, непременно.

— Я знаю. Ты замечательный, — выдохнула, потянувшись за поцелуем.

— Да, я такой, — с улыбкой подтвердил муж через несколько минут. — Ты всех отпустила?

— Аминара останется, а остальные служащие получили несколько выходных и по десять монет к празднику.

— Не знаю больше никого, кто так заботился бы о наемных работниках. Но мне это нравится. Все, кто у нас служит, преданы нашей семье, думаю, ждать ножа в спину нам не нужно.

— Откуда такие мрачные мысли? — удивилась.

— Вчера погиб лиар Вордер, — мрачно сообщил РикШенс. — Лестиция имела с ним близкую связь долгое время, но лет пять назад они расстались. Лиара убил собственный страж.

— Какой ужас!

— Именно так. Имел место как раз нож в спину. Вордер арисов никогда не считал равными лиарам, а служащих, пусть даже и лиаров приравнивал к арисам. Обращался с ними отвратительно. И вот итог.

— В прошлый визит во дворец я его видела. Он был с лиарией Фисай, такой молоденькой, но ее родители всерьез обсуждали возможность союза.

Это было летом. РикШенсу нужно было присутствовать на важных переговорах во дворце, а мне не хотелось расставаться с мужем даже на несколько дней. Тогда же, гуляя по Луидору, мы с РикШенсом наткнулись на лиара Никриша, рисовальника, изобразившего когда-то давно для меня браслет. Я вспомнила, что хотела заказать ему портрет мамы, да так этого и не сделала.

Дар лиара Никриша заключается в считывании эмоций, образов. Ему не нужно видеть того, кого он рисует, заказчику не нужно даже на словах описывать лиара, достаточно на него настроиться, подумать, представить. РикШенс пригласил мастера во дворец, мы закрылись в уединенной комнате, где никто не мог помешать. Представляя маму, невольно рядом с ней возникал образ отца. Я представляла, как он смотрит на нее с любовью, как нежно сжимает пальцы, как прижимается губами к виску. Эта картинка так ярко встала перед глазами, хотя я никогда не могла ее видеть, не могла видеть родителей вместе. Однако лиар Никриш передал все в точности. И мамину красоту и нежность, и папину любовь. Оба были на холсте словно живые. Счастливые, родные, мои.

Картину подарили папе, он повесил ее в спальне. Слишком личная, чтобы показывать всем. Никриша отблагодарили, не скупясь. Одарённый лиар, редкий талант воспринять эмоции, ощущения и перенести их на холст.

Помню в те дни, гуляя по улицам Луидора я мечтала о моменте, когда Боги подарят нам с РикШенсом ребенка. В истинных парах дети обычно появляются едва ли не сразу же после обряда, но не у нас. Наверное, со мной что-то не так. Возможно, взросление на Земле оставило отпечаток. Мысль о том, что я не смогу иметь детей… нет, даже думать об этом не хочу!

В Тиллиорку мы тогда вернулись стационарным порталом. Его как раз нужно было опробовать, а мне выступать в роли подопытного кролика очевидно безопаснее всего. Все прошло успешно, так что теперь в наших планах распространить их на весь Рашиис.

Только совсем недавно мы с Эрием сумели осуществить грандиозную задумку — строительство большого стационарного портала. Тут, конечно, не обошлось без моего дара, после обряда ставшего просто феноменально сильным. Первый портал соединил Житец и Луидор. Пользоваться им могут все желающие, но конечно не бесплатно. Заряжать портал требуется ежемесячно. И делать это могу пока только я. В этом и заключается самая большая сложность использования такого артефакта.

Маленькие стационарные порталы, установленные в коробах сбора обращений, подпитываются от любой циани, только в начале требуется мое участие. А вот большой артефакт оказался более требовательным. Половина артефакторов нашей мастерской сейчас трудятся над разработкой зарядной станции для переходов, которые работали бы от любой циани.

Мастерская наша с Эрием разрослась за эти годы. Производим кроме стиральных артефактов еще множество других. В большинстве случаев мое участие ограничивается лишь подачей идей.

Глиняный карьер тоже работает на всю. Кирпич стали использовать в строительстве повсеместно. В других наместничествах, при посредничестве РикШенса, тоже стали разрабатывать такие карьеры и открывать производства. Наши мастера охотно делятся опытом.

Живем мы с мужем большую часть года в Житеце, но в Тиллиорку я наведываюсь регулярно. Никоса с Дизарой не забываю, навещаю так часто, как просит душа.

У Марси подрастают двое сыновей и дочь. Анлейке уже седьмой год, его брату Джави пять, а сестренке Лилис всего несколько месяцев от роду. Зинара так и не открыла, где она была несколько месяцев, вернувшись в тягости. Возможно, Марси и знал, но тоже молчал. Однако все это неважно, ведь их семья обрела, наконец, счастье. Марси смотрит на жену влюбленными глазами, различий между детьми не делает, а Зинара обрела, наконец, душевный покой. Я с ними редко общаюсь, но вот Дизара иногда рассказывает о счастье сына.

Глава 47

В дворцовом саду мы оказались, все еще целуясь. К счастью, поблизости никого не было, так что свидетелей смущаться не пришлось. Через какое-то время проследовали ко входу. Сюда доносилась музыка из зала приемов — огромного, способного вместить около пятисот лиаров, а может и больше.

— Побудем немного и уйдем, — уже у входа предложил РикШенс, крепче сжимая мою ладонь.

— Я в порядке, — тут же возразила, вымучивая улыбку. — Устала просто. Но это ничего, пройдет.

РикШенс остановился и полностью повернулся ко мне.

— Иль, покажешься целителю по возвращении, ладно?

— Для твоего спокойствия все, что угодно!

Муж удовлетворенно кивнул и сделал знак стражам распахнуть для нас двери залы. Если у входа во дворец музыка была слышна, то здесь буквально оглушала. Первым делом прошли через весь зал к небольшому возвышению, на котором были установлены диваны для четы Сохар и важных гостей. Сегодня это владыка Хорианы — Рейстрир Дорреш с женой — лиарией Софили и дочерью Мариали — обворожительной светловолосой лиарией, в причудливом платье. РикШенс остался в их компании, а я увидела входящих в зал бабушку с дедом, они, очевидно, только прибыли и, извинившись, поспешила к ним. Бабушка стала чаще выбираться на такие вот мероприятия. Ее дружба с Ниотой Сохар возобновилась.

Обменявшись парой фраз с бабушкой, заметила отца и брата. Они, только войдя, разделились. Отец направился в сторону владыки, а Деризари пошел к компании молодых лиаров. Оглянулся, заметил меня с бабушкой и тут же изменил направление.

— ИльРиса, — кивнул мне приветственно. — Лиария Эндлерон.

— Деризари, — при виде