Падай на меня - Хлоя Уолш

чуточку почувствовала, насколько Дерек сейчас не в себе, это бы её раздавило. Она, скорее всего, и так напугана тем тупым письмом. Нет. Её нужно держать подальше от всего этого.

— Ты читал сегодняшнюю газету? — спросила она взволнованным голосом.

Прижав телефон плечом, я пристегнул ремень и завёл мотор.

— Нет, — пробормотал я, сдавая назад из подъезда. — И надеюсь, ты тоже нет. — Чёрт, я едва держал руль — так тряслись руки. Если с Дереком что-то случилось, я себе этого никогда не прощу. Никогда.

— Твой отец дал интервью журналисту, — прошептала Ли.

Её слова заставили всё моё тело окаменеть.

Я резко съехал на обочину, заглушил двигатель и сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем заговорить.

— Что он сказал? — выдавил я сквозь стиснутые зубы. Слово «ярость» даже близко не описывало то, что я чувствовал.

— Я… э… это очень странно… — Она запнулась, и я понял, что она начинает паниковать.

— Что он сказал, Ли? — медленно повторил я. — Просто скажи мне, малышка.

— Я просто прочитаю вслух… — Она остановилась, и я услышал шелест бумаги, а потом её мягкий голос: — Это прямая цитата от… Дэвида, — сказала она, прежде чем продолжить. — «Я люблю своих двух сыновей всем сердцем. Я был потрясён и опустошён, когда узнал, что их девушек расстреляла эта чудовищная женщина. Для отца нет страшнее кошмара, чем узнать, что один из его детей стал жертвой такой продуманной жестокости, но узнать, что оба были обмануты этой мерзкой женщиной, заставляет мою кровь кипеть. Один из моих сыновей похоронил свою прекрасную девушку, Кэмрин — женщину, с которой он планировал провести всю жизнь…»

Голос Ли надломился, и я услышал, как она глубоко вдохнула, прежде чем продолжить:

«Девушка моего второго сына осталась не-дее… недееспособной,» — запнулась она. — «В результате действий той отвратительной женщины мой внук на месяцы остался без матери. Мы с женой старались как могли поддержать и Кайла, и Майкла в это тяжёлое время, но нашей семье было нелегко…»

— Хватит, — прошипел я. Проведя рукой по лицу, я попытался взять себя в руки. — Не читай больше ни слова, — выдохнул тихо. Что он замыслил? Кого он пытается из себя строить?

Оба моих сына.

Как отец…

Наша семья.

Да он понятия не имел, что значит быть отцом… У меня не было отца. У меня был, блядь, донор спермы.

— Где ты, Кайл? — тихо спросила Ли. — Ты не на встрече. Я слышу машины.

С тяжёлым стоном я наклонился вперёд и уткнулся лбом в руль.

— На Тринадцатой улице.

— Почему ты мне соврал? Мы же обещали друг другу… — прошептала она.

И я осел в кресле. Мы пообещали: никаких секретов. Никакой лжи. И я всё равно врал. Чёрт бы меня побрал.

— Я не могу найти Дерека, — признался я, чувствуя вину. Голос был хриплым. Всё тело горело. — Не хотел, чтобы ты переживала. — Я услышал, как её дыхание сбилось, и поморщился.

— Можешь заехать за мной? — быстро спросила она. На фоне зашуршало — наверняка одевалась. — Думаю, я знаю, где он.

ЛИ

Мне было ужасно неловко просить Линду прийти и присмотреть за Хоуп, когда ей самой явно было нехорошо, но другого выхода у меня не было.

— Спасибо большое, Линда, — пробормотала я, натягивая пальто, стараясь не обращать внимания на волну вины, подступившую из-за её бледного уставшего лица, и практически выбежала к двери. Кайл ждал меня снаружи в машине, и я не хотела брать с собой дочь. Ей незачем было видеть всё это безумие, а Кайл был слишком на взводе, чтобы ехать один. Нам нужно было поговорить. Ему нужно было перестать скрывать от меня правду. Я понимала, что он делает это из лучших побуждений, но он должен был понять: так нельзя. Тайны и ложь уже однажды разрушили наши отношения. Мы должны были разорвать этот порочный круг.

— Позаботься о нём, Ли, — окликнула меня Линда.

— Позабочусь, — ответила я, выскользнула за дверь и поспешила вниз по ступенькам к машине, где ждал Кайл.

— Прости, — были первые слова, которые он сказал, когда я плюхнулась в пассажирское сиденье его «Мерседеса». — Я запаниковал… Чёрт. — На его лице был написан такой шквал раскаяния, что у меня сердце сжалось. Я не злилась на него, но он должен был перестать всё скрывать. Я понимала, почему он так делает, но и он должен был понять, почему ему нужно перестать так делать.

Опустив капюшон, я смахнула снежинки с плеч и повернулась к нему, протягивая руку.

— Мы уже однажды всё испортили, потому что не говорили друг с другом. Давай больше не идти тем же путём. — Наклонившись вперёд, я мягко поцеловала его в губы и отстранилась. — Я не фарфоровая кукла, Кайл Картер. — Провела большим пальцем по его губе и увидела, как он закрывает глаза и тяжело выдыхает. — Мы команда, и я буду помогать тебе, когда тебе плохо. Понял? Считай меня своим Тейлз.

— Как в «Сонике-ёжике»? — Он усмехнулся и покачал головой. — Значит, я — Соник, а ты — Тейлз?

— Ну а что? — пожала я плечами, откинулась на своё сиденье и пристегнулась. — У Кэм была «Геймбой», когда мы были детьми. Лучшей аналогии я не нашла.

Кайл ухмыльнулся, завёл двигатель и сорвался с места.

— Ну что, Тейлз, — протянул он, когда мы въехали на холм. — Где наше золотое кольцо?

Ему это не понравится. Я вздохнула:

— Думаю, он у твоего отца.

Кайл резко врубил поворотники и сделал крайне опасный — и крайне незаконный — разворот.

— Да твою мать. Зачем ему туда?..

— Потому что он наверняка прочитал газету и сходит с ума из-за того, что Дэвид сказал о Кэм, — спокойно ответила я. Я сама едва не свалилась с дивана, когда впервые увидела статью. «Недееспособная». Больно. Очень больно… — Сделай глубокий вдох и сбавь скорость. Всё будет хорошо, Кайл.

Я не верила ни единому слову из того, что говорила.

У меня было очень плохое предчувствие.

Тяжёлое чувство тревоги сжимало грудь…

— Не знаю, смогу ли я это сделать, Ли, — пробормотал Кайл, остановившись перед самым величественным домом, который я когда-либо видела. Он был огромным