Пять минут до грома - Мария Горная

— А более приличного наряда твои люди не могли для нее найти?

— Простите Андрей Викторович, было мало времени. Парни не успели. — послушно ответил охранник.

— А лицо почему красное, вы что ее били? — строго произнес Зуй.

— Нет, что вы. Мои люди… — запнулся низкорослый подбирая слова. — сказали ей что пацан мертв, а она начала биться в истерике.

— Какой пацан? — уточнил Андрей Викторович.

— Военный. Как там его... Громов.

Услышав знакомую фамилию я оживилась. Внутри все сжалось, потому что я поняла, что слова охранника не однозначны и возможно надежда на то, что с Пашей все в порядке, есть.

— Так он мертв? — настойчиво и раздраженно спросил Зуй старший.

— Нет. Жив. Ушел на свою службу. Вокруг дома остались мои ребята, дадут знать, когда появится на горизонте.

— Жив. Паша жив. На душе стало легче и груз тоски и скорби тут же улетучился. Осталось только отвращение к моим собеседникам.

— Очень жаль, что жив. — подал свой голос Андрей, который ещё недавно был бывшем парнем. — я бы этому щенку с удовольствием шею скрутил.

Зуй младший смотрел на меня и ждал реакции, но я лишь улыбнулась в ответ, потому что знала, что лично он ничего не сможет сделать Паше. Все в этой семьйке делается только по приказу главы.

— Машенька. — начал Андрей Викторович скрепляя руки в замок и кладя их перед собой. — ты меня очень сильно разочаровала. Сбегаешь с семейного ужина, бросаешь моего сына, а после и вовсе со своим новым дружком его колечите. Нельзя так относится к семье, которая к тебе со всей душой.

— Что вы от меня хотите? — уверенно спросила я.

— Благодарности. — спокойно ответил Зуй старший.

— Я вам благодарна. Могу быть свободна? — не знаю что на меня нашло, но видимо я выпила эликсир храбрости, либо информация о том, что с Пашей все хорошо, меня окрылила. В любом случае, моя смелость явно не нравится присутствующим в зале и чтобы попытаться меня усмирить, Андрей встал со своего места, быстрым шагом направился ко мне, положил руку на мое плечо и со всей силы сжал, заставив меня поддаться вперёд, чтобы не завершить от боли.

— Видишь как получается, Машенька. — продолжил Зуй старший. — после гибели твоих родителей, ты стала для меня обузой.

— Вы могли меня не брать жить к себе. И не обещать отцу, что присмотрите за мной. — парировала я.

— Мог. И я бы с удовольствием. Но твой отец, перед самой смерть, устроил мне подлянку не предупредив. Часть своих активов он переписал на горячо любимую дочурку. И ты, на данный момент, являешься владельцем половины компании, которая полностью должна принадлежать мне.

В ушах вновь начал стоять звон, только уже не от клофелина а от слов, которые произносил несостоявшийся зять.

— Я хотел устроить все тихо, но с шикарной свадьбой между тобой и моим сыном. Чтобы вы составили брачный договор, где в случае развода твоя доля в компании уходит моему сыну и мы с ним становимся полноправными владельцами. Ты бы даже не узнала о таком пункте.

Зуй так спокойно все это рассказывал, что от его меркантильности начало сводить живот. Теперь он показал свое истинное лицо. Мерзкий, подлый, отвратительный бизнесмен, готовый пойти по головам, лишь бы добиться своей цели.

— Но ты, упертая как и твой отец. Поэтому, предлагаю тебе добровольно подписать документы о дарение и я тебя оставлю в покое. Будешь жить спокойно, учиться, трахаться со своим солдатиком и воспитывать детишек. — все также холодно проговорил Зуй старший.

— А что если я откажусь? — набравшись смелости спросила я. Но ответ поступил нет от отца, а от сына, который все это время сжимал мое плечо, но не так сильно как первый раз.

Т-огда я испорчу тебе жизнь и твоему солдатику. Одной гаупвахтой он не отделается. Сядет за избиение, а ты забудешь о своем гранте, потому что спонсором является мой отец. Проучишься ещё месяц и там тебя попрут за неуплату обучения. А дальше, тебе некуда идти. И в дело вступят мои ребята, которые тебя найдут и сделают все, чтобы ты не успевала дышать между тем, как они будут тебя насиловать и накачивать наркотой. Тебе никто не поможет. Ты останешься одна. И сдохнешь в подворотне, безымянная, с исколотыми руками.

Солгу, если скажу, что слова Зуя младшего меня меня не испугали. Находясь с ними столько времени, я точно знала, что они сделают все, чтобы именно такой исход меня ждал. Но если быть честной, я была бы готова к этому и просто вернулась к Польке, потому что Андрей прав. Я осталась бы одна. Но во всей ситуации, мне жаль лишь одного человека, того самого, который за последние пару месяцев сделал для меня больше, чем эта неадекватная семейка за несколько лет жизни в их семье. Только ради Паши я готова отказаться от всего.

— Я согласна. — тихо произнесла я опустив взгляд на свои руки.

— Хорошая девочка. — ответил Андрей вернувшись на место рядом с отцом.

Андрей Викторович, не изменяя своего выражения лица, оставаясь таким же безразличным, подозвал к себе низкорослого, чтобы он принес папку с документами. Тот, получив приказ быстро исчез за дверью и также быстро появился неся черную кожаную папку в своих маленьких пухлых руках. Положив передо мной бумаги, стал позади.

— Где надо расписаться? — уставше спросила я.

— Там везде стоят галочки. — ответил Зуй старший, отрезая кусок стайка на своей тарелке с ужином, которую пару секунд назад занесли официанты, чего я не сразу заметила.

Открыв нужную страницу, я взяла серебряную ручку в руку, крепко ее сжала и на секунду задумалась. Назад пути не будет. Именно сейчас я оборву все нити с семьёй Зуев, и с последним прошлым, которое напоминало мне о родителях и тех днях, когда мы были счастливы. Я это делаю не ради себя. А только ради него. Ради Паши Громова.

Поставив ручку напротив места где должна быть подпись, я медленно начала выводить первый завиток. Но что-то меня остановило, и я подняла