Моё бессонное лето - Яна Ланская

айфон и вижу на дисплее, что звонит Фара. Девочки сидят в полном шоке и с нетерпением ждут, когда я отвечу. Мне становится так неловко, что я даже не задумываюсь о том, зачем он звонит, и принимаю вызов.

— Да?

— Малая, привет! Это Федя.

— Привет, ты записан у меня.

— Слушай, чем занимаешься? Занята?

— Нет, кофе пью с одногруппницами.

— Какие планы на вечер?

— Никаких, а что?

— Выручишь меня? Мы клипак снимаем, чего-то не хватает, и мы решили добавить сцен. Ты мне для них нужна.

— Сейчас?

— Да. А Бес где?

— На студии с Акитой.

— А, ясно. Не смог до него дозвониться. Ну так чо? Подскочишь? Адрес сейчас скину. Это в центре. В районе Лубянки.

— Девочки, а Лубянка далеко отсюда? — Спрашиваю у своих новых знакомых. — Федь, мне говорят, что я в десяти минутах буквально от тебя. Мне удобно, я подойду.

— Рыба моя, от души! Обожаю!

Допиваю кофе, строю маршрут и решаю прогуляться пешком. Заодно и окрестности изучу. Навигатор меня уводит с красивых переулков в какие-то дебри, и я выхожу к спортивной площадке, которая выглядит, как в клипах у американских олдскульных рэперов.

Весь двор заставлен фургонами, и здесь настоящий съемочный процесс. На яхте было как-то попроще.

Замечаю Диму с камерой и подхожу к нему.

Он проводит меня на площадку, но Федя весь в съёмках, я его и не вижу за массовкой. На трибунах «коробки», как её назвал Дима, сидит куча народу, и все чем-то заняты. Знакомых лиц здесь нет вообще, и я скромно сажусь с краю.

— Крошка, привет! — Подходит ко мне высокий кучерявый парень в панаме и нагло пялится на мои открытые ноги.

— Крошка? Чувак, так знакомились с моей бабушкой, — отворачиваюсь, показывая, что мне не хочется знакомиться.

— Да ладно, чо ты? Я Макс Айпи. Ты тут с кем?

— Меня Федя на съёмки позвал, — отвечаю, не глядя на него.

— Макс, чо ты до Таты докопался? Это девочка Би Джи Эса, — подходит к нам Дима, видимо поняв, что мне некомфортно.

— Беса? — ржёт парень. — И какая по счёту на этой неделе?

Слова и пренебрежительный тон незнакомого парня режут, как бритвой.

— Мы вообще-то живём вместе, — зачем-то говорю.

Парень прыскает, закатывает глаза и отходит. Не знаю, что он хотел этим показать, но задеть меня ему удалось. Скисаю и не знаю, куда себя пристроить.

— Привет! Я Симба, — подходит следом другой парень в смешной шапке в виде верблюжьей морды.

— Привет, я Тата! — Протягиваю руку улыбчивому незнакомцу с пирсингом на губах.

— Видел тебя в «Беспределе». Точнее, приглядел, — парень садится рядом и с интересом меня рассматривает.

Какие-то они здесь все очень активные. Раньше я такого внимания к себе не наблюдала.

— Что значит «приглядел»?

— Ну, хотел пробить контакты, заобщаться. Всё такое. Телегу дашь?

Не успеваю ответить, как мне кричат, что ждут на грим.

— Прости, в другой раз! — Поднимаюсь и направляюсь к ожидающей меня девушке.

С удовольствием доверяю своё лицо визажисту и кайфую, когда меня умывают. За весь день нахождения вне дома кажется, что лицо покрылось пылью и выхлопными газами.

Прошу не делать мне яркий макияж и только сейчас с удовлетворением представляю перекошенное лицо сестры, когда она меня увидит во втором клипе.

— Малая, привет! Спасибо, что приехала! Очень выручила, — слышу голос Феди и открываю глаза.

— Ого, я тебя и не узнала! — С удивлением смотрю на Федю. Он сбрил свои дреды и теперь лысый. И ему это жутко идёт. Такой брутальный сразу и сексуальный…

— Да, смена имиджа. Как тебе?

— Круто, — выходит у меня тихо от смущения.

— Малая, расклады такие. Будем раскручивать с тобой любовную линию. Покачаемся на качельках, обнимашки, целовашки. Норм?

— У нас с тобой? Мы будем целоваться?

— Понарошку. Жэн же не против будет? Чисто творческий процесс. Он так и не отвечает, — достаёт свой телефон и быстро скроллит уведомления.

— Ну, раз понарошку…

Понимаю, что в этот раз у меня и близко нет того релакса, что на яхте. И азарта без Жени нет. Да ещё и Федя в новом образе меня действительно волнует, и я нервничаю не по-детски.

Меня усаживают к Феде на колени, и мы качаемся на качелях. Он прижимает меня к себе так крепко, что мне становится не по себе. Я привыкла к Жене и его прикосновениям, а здесь всё абсолютно иначе чувствуется. Но, несмотря на пятнадцать человек съёмочной площадки, я понимаю, что мне нравится.

Мне приятны его касания, мне по кайфу его трогать, и в какой-то момент складывается чёткое ощущение, что мы не играем.

— Так прикольно, — провожу кончиками пальцев по его лысой голове и кайфую от немного колючей кожи.

— Нравится? — Фара обхватывает моё лицо и притягивает его к своему, опаляя дыханием.

Моё сердцебиение становится учащённее, а когда мы понарошку целуемся, чувствую, как у меня разбегаются мурашки по телу. Мы соприкасаемся только носами, всё остальное прикрывают мои волосы, но я чувствую притяжение, а спустя три дубля и его отчётливое возбуждение.

— Стоп! Снято, — кричит режиссёр, и в этот момент Федя игриво мне подмигивает и многозначительно смотрит.

Встаю с него и чувствую, что даже ноги стали ватными. Меня размазала его энергетика. Женя такой опасно-зловещий, интригующий, а Федя будто мощный и жёсткий. Уверена, его расслабленная манера — лишь маска.

Он отходит к мониторам и подзывает меня посмотреть на кадры. Мы действительно хорошо смотримся, как-то не наигранно и естественно.

— Я свободна?

— Да, у нас ещё три дня съёмок, но с тобой достаточно дублей. Я скоро поеду домой, тебя подкинуть?

— Да, спасибо.

— Окей, полчаса-час, и погоним, или вызвать тебе такси?

— Я тебя подожду, — отхожу к трибунам и сажусь на первый ряд.

Девушка-ассистент угощает меня горячим чаем и приносит плед, уже стемнело и похолодало. В жарких объятиях снижение температуры так не ощущалось.

Съёмки затягиваются, Фара, видимо, устал и постоянно просит переснять. Я болтаю со своими соседями от делать нечего, ведь мой телефон давно сел. Парни зовут меня на концерты и тусовки, и все как на перебой просят мой телеграм.

Кажется, от Феди это не ускользает, и он постоянно смотрит на меня, а я на него. Никогда бы не подумала, что мне так понравится лысина. Но он будто примагнитил мой взгляд к себе.

Скорее всего, прошла вечность, и наконец он со всеми прощается и зовёт меня. Отпускает своих охранников и садится за руль «Роллс-Ройса». В салоне, несмотря на работу климат-контроля, становится душно, а звёздное небо, которым усыпан потолок, погружает меня в интимную и чарующую