Школа драконьих жен, или Мама, вас здесь не стояло! - Дарина Ромм

достойных служить в его ведомстве. И Женезин (опять совершенно неожиданно!) попала в число счастливчиков, оказавшись чуть ли не единственной девушкой в этой спецгруппе. Что же, думаю, учёба у моей подруги будет нескучной во всех смыслах, а Стауру пожелаем удачи.

Самым сложным для Нарра оказалось решить вопрос с королевой Лукрелией. От своего признания в планах свергнуть короля женщина вскоре открестилась. Заявила, что наговорила на себя, оказавшись под воздействием со стороны Трюфлешнабель. А так-то она невинное создание, обожающее своего пасынка, желающее ему огромного счастья, а стране – процветания под его мудрым руководством.

Как сказал Нарр, такое вполне могло быть. Шнобель работала на науфа Доротею, охотящуюся на Артефакт. По приказу науфа директриса могла воздействовать на Лукрелию, чтобы через севшего на трон Саргана добраться до Артефакта. Свою племянницу Шнобель пыталась пристроить в жены принцу, чтобы добывать нужную науфу информацию.

Когда о желании выбрать в пансионе жену объявил король, планы заговорщиков резко поменялись. Теперь целью Шнобель и Доротеи стало выдать Элоди за правителя. А вот бедолагу Саргана опоили чем-то особо ядрёным, чтобы у него проснулась тёмная магия, обработали ментально и отправили ко мне. Доротея давно догадалась, что Аполинария Милославич – это её сестра Марша. Про меня-подселенку она понятия не имела и хотела, чтобы Сарган пришиб ее “сестру”. Если бы не Нарр, то от меня точно остались бы ножки да рожки.

В общем, так это или нет, уже не узнаешь – Доротея что-то с собой сотворила и после первого же допроса просто развеялась. Туда ей и дорога, если честно! Я до сих пор вздрагиваю, когда вспоминаю, как она дубасила меня на чердаке концертного зала!

У Трюфлешнабель же оказалась стерта часть памяти – исчезло все, что касалось ее дел с Доротеей. Похоже, это науф постаралась, и ни подтвердить, ни опровергнуть слова Лукрелии уже не было возможности. Без железных доказательств Нарр не решился наказывать мачеху. Только припугнул как следует и выселил в дальнее крыло дворца.

Сейчас королева ведёт себя тише снежинки на подоконнике. Все силы отдаёт пансиону и поиску супруги для Саргана. От меня старается держаться подальше, при наших редких встречах называет не иначе как «доченька», иногда добавляет «любимая». Правда при этом слегка морщится, но ладно, я не привередливая. Главное, чтобы она помнила: «Мама, вас здесь не стояло!».

С Сарганом мы стали добрыми друзьями. За его покушение на меня зла я, конечно же, не держала. Он ведь совершенно не виноват! Его темную магию закупорили, и сейчас он был тем же милым немного рассеянным братом короля, которого я знала.

А буквально вчера на связь с нами вышла Марша и принесла две новости. Первая была про моих петушков. Повздыхав и помявшись, старший офицер Федерации призналась:

— Не положено, конечно, гражданским такие вещи рассказывать… Но ладно, тебе Полетина можно доверить информацию. Тем более, ты во всём этом была замешана…

В общем, по ее словам, дело было так: при последней передаче ключей новым Хранителям в Федерации что-то напутали, и оба они оказались у одного и того же человека. Вернее, у дракона, королевы Иридиары, моей родной бабушки. Когда бабуля ушла вместе со мной на Землю, петушков она взяла с собой и там передала мне.

Вот так, все очень просто – даже магические органы правопорядка не застрахованы от обыкновенного разгильдяйства. Второго петушка Марша отыскала в моей квартире, и сейчас ключи по всем правилам хранятся в разных мирах и в разных руках.

Ну, а сама Марша вполне довольна жизнью на моём месте и, кажется, планирует задержаться на Земле подольше. Уже прощаясь, науф вдруг спохватилась:

— Да, принцессочка, последние новости про твоего бывшего муженька и свекровушку хочешь узнать?

Я, честно говоря, не очень хотела – неинтересно, а Нарр совсем не желал слышать про моего бывшего. Но Маршу разве остановишь?!

— Да ладно вам, это прикольно! — хитро прищурилась она. — В общем, денег я эту парочку лишила, как вы знаете. А недавно и последнее жильё у них забрала: по закону им ничего не принадлежит, так что ничего личного, только бизнес! На работу в приличные компании Костика не берут – я постаралась! Публично обвинила его в воровстве активов моей компании, репутацию ему убила, и теперь ему одна дорога – в дворники. Но туда он идти брезгует, поэтому сейчас Костик и его маман Аполлинария Прокофьевна живут в квартире Костиковой любовницы и на её же деньги. И скажу вам, ве-е-есело у них! Хотите подробностей?

— Нет, нам неинтересно! — рявкнул Нарр.

— Скучные вы какие-то, — фыркнула Марша и исчезла из зеркала, через которое мы общались…

— Возвращаемся? — вывел меня из задумчивости вопрос мужа. — Или передумала, и мы откроем дворец твоей семьи?

Но я снова покачала головой: нет, не готова… Почесала за ухом лежащего у ног Снежка, словно ища поддержки своему решению. Он согласно фыркнул, лизнул меня в руку и завилял своим скорпионьим хвостом – дескать, одобряю. Как я могла когда-то думать, что он страшилище?! Он лапочка и дружелюбный, как щенок, правда не со всеми. Лукрелию, например, Снежок на дух не переносит, и она отвечает ему полной взаимностью. Но мы с мантикором живем душа в душу.

Нарр еще раз поцеловал меня в макушку и хитреньким тоном предложил:

— Может, отдадим этот дворец нашей старшей дочери? Лет через двадцать, когда вырастет и выйдет замуж, конечно. И, думаю, пора начинать присматриваться к мальчикам-драконятам – мы же не отдадим свою девочку за кого попало?!

— Как дочь? Ты же говорил, у нас будет сын?! — ахнула я, поворачиваясь к Нарру лицом. — Обманул?

— Что ты, любовь моя, как я могу! Сын будет, всё по-честному… Просто их двое за один раз, я сразу не стал тебе говорить, чтобы не пугать. — И ладонь мужа легла мне на живот в нежной ласке, а губы в жадном поцелуе прижались к моим губам.

И я, как обычно, с радостью подалась навстречу, забыв, что сердилась. Ведь целуется Нарр так виртуозно, что мой ум мгновенно отлетает и возвращаться не хочет! Или дело вовсе не в поцелуйном мастерстве? Может, в том, что наши поцелуи – это разговор на языке, забытом всеми, кроме душ влюблённых?