Принц ненависти - Джаггер Коул

— Рад снова тебя видеть, мой друг.

Глава 38

Когда они готовились к отъезду, Оливер почти физически заставил меня сесть в машину с Ореном и Люсиль. То есть, пока я не стала так яростно сопротивляться, что половина мафиози снаружи забеспокоились.

— Мне нужно, чтобы ты была в безопасности! — рявкнул он.

— А где я в безопасности?! Снаружи, где мы не знаем, кто на чьей стороне и где люди Атласа? Или здесь, с тобой!?

После этого он уступил.

После того как Орен и Люсиль отправляются в лабораторию в Лондоне с жёстким диском, Вентворт готовит удивительно вкусный — и обильный — ужин для всех нас, включая всех людей Адриана снаружи. В доме царит тихая, гудящая энергия, пока мы ведём светскую беседу с Адрианом и его мрачным вторым человеком, Кейдом.

После этого Оливер уводит меня наверх, в свою комнату. Что, как ни странно, теперь чувствуется как наша комната.

Я сажусь на край кровати, наблюдая, как он опускается в одно из больших кресел у камина и закатывает рукав. Он хмурится с привычной сосредоточенностью, набирая лекарство из флакона шприцем. Он хмурится, поднося его к руке, выбирая вену.

— Позволь мне.

Я встаю и подхожу к нему, чувствуя напряжение, пульсирующее под его кожей, когда я касаюсь его.

— Оливер...

Он медленно выдыхает, глядя на меня.

— Позволь мне.

Я беру шприц и провожу пальцами по его коже, пока не нахожу хорошее место. Игла входит в кожу, и я ловко нажимаю на поршень, позволяя лекарству войти в кровоток.

— Спасибо, — тихо бормочет он.

— Итак, это лекарство...

— Означает, что мне больше не нужны будут уколы.

Я закусываю губу.

— Ты принимаешь их чаще, мне кажется. Уколы, я имею в виду.

Оливер молчит.

— Это значит, что тебе становится хуже?

— Я... — Он тихо улыбается и качает головой, его пронзительные голубые глаза находят мои. — Всё будет хорошо.

Его руки скользят по моим бёдрам, притягивая меня ближе. Его губы прижимаются к моему животу, целуя сквозь свитер. Я улыбаюсь шире, когда он целует снова, и когда он поднимает край моего свитера вместе с футболкой под ним, я вздрагиваю, когда его губы скользят по моей коже.

— Что тебе нужно? — шепчу я.

— Ты, — рычит он. — Всегда, мне нужна ты.

Его губы покусывают мою голую кожу, дразня пупок, затем скользя ниже. Я вздрагиваю, пульс учащается, когда он поднимает свитер и футболку ещё выше, всасывая мою кожу, пока не задирает одежду выше груди.

Я снимаю их до конца сама, мои длинные волосы падают на плечи и грудь, пока он расстёгивает молнию моей юбки. Когда она падает, я всхлипываю от дикого, тёмного и голодного стона, рвущегося из его горла.

Он прижимается ртом между моих бёдер, заставляя меня тихо вздрогнуть, когда он трётся лицом о мою киску. Он смотрит в мои глаза, когда его огромные руки сжимают мои бёдра, а его язык скользит по моим складкам.

— Оливер...

Я содрогаюсь от удовольствия, ноги дрожат, когда он медленно дразнит мою щель, всасывая мой клитор между губ. Электричество пронзает меня, когда он стонет в меня, всасывая мой ноющий бугорок и танцуя по нему языком.

Одна рука скользит по моим бёдрам, и я стону, когда он вонзает два пальца в меня. Другая рука дразнит моё тело, сжимая одну грудь, сжимая и выкручивая сосок, пока мои бёдра нетерпеливо не прижимаются к его рту.

Он гладит и покусывает мою киску, сводя с ума, так медленно подводя к разрядке, что, кажется, он никогда не позволит мне кончить. Мои ноги дрожат, голова кружится. Но он удерживает меня своими руками.

Своим ртом.

Моя реальность расплывается, всё моё существо качается на грани разрядки, но не может достичь её.

Он не позволяет.

— Оливер...

— Ты так сильно хочешь кончить, что это больно, не так ли, малышка?

— Да...

— Тогда умоляй.

Я вздрагиваю, задыхаясь, когда властный тон его голоса посылает удовольствие, пульсирующее в моём нутре.

— Пожалуйста!

— Пожалуйста что?

— Позволь мне кончить!

— Ещё.

Его руки отрываются от меня. Всё, на чём я могу сосредоточиться, — его язык, и я вскрикиваю, когда он кружит им по моему клитору.

— Позволь мне... О БОЖЕ...

Одним движением он притягивает меня к себе на колени, выстраивая над огромной набухшей головкой своего члена, а затем одним рывком вонзает его глубоко в мою киску.

Я кончаю мгновенно.

Дразнящий язык, огромный размер его члена, то, как он входит так глубоко, и как он касается стольких мест внутри меня... всего этого слишком много. Я опускаюсь на его пульсирующий член, кончая до того, как он входит до конца.

Я вскрикиваю, и мгновенно его рот прижимается к моему, глотая мои стоны, пока я содрогаюсь вокруг него. Я хватаю его лицо руками, начиная подниматься и опускаться, скача на его толстом члене, когда один оргазм перетекает в другой.

— Оливер!

— Скачи на моём члене, девочка, — стонет он, сжимая мою задницу и поднимая бёдра навстречу. — Дай мне увидеть, как ты берёшь каждый дюйм меня.

— Сделай меня своей, — стону я.

Я вздыхаю, когда его губы касаются моих, зубы покусывают нижнюю губу.

— Ты уже моя.

Я кричу от удовольствия. Комната расплывается вокруг, пока я не знаю только то место, где мы соединены, и то, как моё сердце вырывается из груди, будто ему нужно быть ещё ближе к его.

— Оливер, я...

— Я люблю тебя, Роза.

Мой мир взрывается. Удовольствие обрушивается на меня, и внезапно я кончаю ещё сильнее, вдавливая свой рот в его.

— Я тоже тебя люблю...

Я стону эти слова в его губы, когда он стонет и вонзается глубоко в меня. Он целует меня, когда его сперма изливается, член пульсирует снова и снова. Я цепляюсь за него, будто боюсь, что меня унесёт ветром.

Но я знаю, что ураган не сможет оторвать меня от него теперь.

Мои глаза мечутся к тумбочке, шприцу и флакону лекарства на ней.

Моя грудь сжимается.

Ничего.

Глава 39

Я уже полностью проснулся до того, как кулак заканчивает стучать в дверь спальни.

— Сэр!

Вентворт. Мои руки сжимаются вокруг Розы, я смотрю на часы на тумбочке — четыре утра.

Роза шевелится в моих объятиях, внезапно просыпаясь и вздрагивая, когда резко садится.

— Сэр! — ревёт Вентворт. — Они едут!

Она вздрагивает рядом со мной.

— Я иду, Вентворт. Скажи Адриану, чтобы готовил людей.