Причал её надежды - Ольга Ивановна Маслюкова

— Да, Олечку я тоже уже люблю. Только София до сих пор не дала согласие, хотя я сделал ей предложение.

— Почему?

— Не знаю.

Иван замолчал.

Выйдя из машины у своего дома, он глянул на окна. В них горел свет.

— Кира уже приехала, — сказал Иван и зашагал к двери.

Николай вернулся поздно. Оленька спала. София весь вечер смотрела в окно. Она выходила на улицу, кружила вокруг дома, прислушивалась к каждому звуку. А когда увидела въезжающую во двор машину — побежала навстречу.

— Что там случилось? — с тревогой спросила София.

— Сонечка, дела плохи. Сейчас идет операция, но надежды почти нет. Завтра нужно узнать адрес родных Вадима и сообщить им.

— Это ужасно… Совсем недавно с ним все было в порядке… Что-то здесь не так… — рассуждала вслух София.

— Да. Я думаю, это дело рук Киры. Но как? Что она могла сделать одна, без чьей-либо помощи? И что их так крепко связывало? Вопросов много, а ответов пока нет…

— По-видимому, многое их связывало, — перебила София. — Он же намекнул на их отношения, но доказательств нет. Одни слова. А это, сам понимаешь, пшик.

— София, у меня есть флешка.

— Что за флешка?

— Знакомый высокопоставленный человек позвонил главному врачу, и мне разрешили зайти в реанимацию. Мне повезло — в тот момент Вадим был в сознании. Он успел сказать всего несколько слов: «Это она… Флешка в кармане пиджака…» — кажется, так. И тут же потерял сознание. «Она» — это наверняка Кира. Я выпросил эту флешку у медсестры. Пойдем, посмотрим, что на ней.

Они просидели всю ночь не сомкнув глаз. Несколько раз прослушивали записи разговоров, которые хранились на флешке. Да разве можно было уснуть от услышанного? К утру, они разложили всю информацию по полочкам — и все стало понятно. Кира предала компанию: передавала конфиденциальные сведения третьим лицам и получила за это немалую сумму. Они догадались и о том, что авария была подстроена. Кире нужно было избавиться от свидетеля любой ценой. Но как с ней поступить после всего этого?

— Мы вычислим, кто помог ей убрать Вадима, — решительно сказал Николай. — Сначала этим займется моя служба безопасности. Я догадываюсь, кто ей помогал и кому она передавала информацию.

— Иван получит сильнейший удар…

— Но и оставить ее безнаказанной нельзя. Жить рядом с преступницей — тоже. Мне нужно уволить ее немедленно. Буду говорить с Иваном.

В понедельник утром в офисе уже все знали, что Вадим попал в аварию.

Иван всю ночь добивался от Киры, как она узнала о случившемся. В этот раз она не успела придумать новую историю: спотыкалась в словах, которые не стыковались с действиями, потом начинала объяснять заново — и Иван поймал ее на лжи.

На работу он пришел раздраженным. Зашел в свой кабинет и не выходил оттуда, пока его не вызвал отчим.

— Иван, нужно серьезно поговорить.

— Слушаю, отец, — произнес он, опустив голову.

— У тебя что-то случилось с Кирой?

— Она мне лжет. Я не добился вчера от нее, как она узнала об аварии. Думаю, она была с ним. Но почему он разбился, а она цела? Говорит, ехали на разных машинах. Куда? К кому? Ничего не понятно.

— А мне уже все понятно.

— Откуда? — встрепенулся Иван.

— Ты многого не знаешь. Да и я не знал. Если грубо — мы пригрели змею, которая больно нас всех ужалила.

— О чем ты?

— Твоя жена изменяла тебе с Вадимом. Они передали нашим конкурентам всю информацию по многомиллионной сделке с китайцами, со всеми расчетами. Помнишь?

— Конечно, помню. Но как? Как они могли?

— Алчность, жадность, зависть. Желание заработать много денег.

Иван схватился за голову.

— Не переживай. Это уже в прошлом. Мы все пережили, и, слава Богу, у нас почти сразу появились другие инвесторы.

— Как она могла… как могла… Я ей доверял… Чего ей не хватало?

— По-видимому, денег. Кира их получила от других, но не поделилась с Вадимом, который ее прикрывал. Могла ему наобещать золотые горы, вскружила парню голову. А когда он потребовал свое — решила избавиться.

— Неужели она его убила? Да нет… она бы не смогла…

— Конечно, не сама. Она заплатила тем, кто смог.

— Господи, как это возможно? Вчера она не могла ничего толком объяснить. Теперь я понял почему.

— Главное, сын, ты не замешан в этом — меня это радует. В остальном разберемся. Я дам поручение нашей службе безопасности. А сейчас вот флешка — это будет доказательством. Посмотри. Услышишь многое и получишь ответы на все вопросы.

— Я хочу посмотреть у себя в кабинете. Можно скопировать?

— Нет. Флешка в компьютере, можешь подойти и посмотреть. У меня теперь есть сведения, которых я совсем не ожидал. Но они, к сожалению, слишком достоверны. Эта женщина тебя обманула. Мне противно разбираться в интимных подробностях — это нагромождение всевозможных мерзостей. Но чтобы это нигде не распространялось, не сомневайся: я сохраню флешку, и больше она никому не попадет в руки. Надеюсь, ты знаешь меня достаточно хорошо, чтобы поверить на слово и не требовать доказательств. Достаточно знать, что они есть и находятся у меня. Иван, не сомневайся. Я еще не принял решения. Мы об этом знаем — только мы. А аварией пусть занимается ГАИ. Все остальное — наша семья, и выносить сор из избы не стоит. Не будем давать пищу журналистам. Репутация компании должна оставаться безупречной.

Иван сел за компьютер и уставился в экран. Лицо его побагровело, на скулах заходили желваки. Он проводил ладонями по лицу, будто вытираясь от проливного дождя, — особенно когда слышал отрывистое дыхание Киры и ее нежные слова, обращенные к Вадиму.

Когда просмотр закончился, Иван встал и уже хотел направиться к выходу, но остановился: зазвонил телефон отчима. Тот взял трубку, выслушал сообщение и отключился.

— Из больницы сообщили: Вадим умер, — с прискорбием сказал отчим и замолчал. — Не могу поверить… Молодой перспективный парень… хоть и был мерзавцем, но все равно жаль. Как умело Кира им манипулировала. Что происходит? — в недоумении посмотрел он на Ивана. — Ты должен сообщить родителям Вадима о его смерти. Это случилось в одиннадцать часов вечера, во время операции. Нужно, чтобы Кира узнала о его смерти. Этого достаточно, чтобы увидеть ее реакцию и еще раз убедиться. Флешка не понадобится — сам по ее лицу поймешь: от этой новости она успокоится. Ведь умер свидетель ее преступлений.

— Да, да, ты прав…

— Иван, — окликнул его Николай, когда тот открыл дверь. — Будь сдержан, не натвори дел. Думаю, ты разумный человек,