Поймать Уинтер - Айви Торн

через заднюю дверь и садимся на его мотоцикл. Наступила настоящая зима, воздух холодный, и мы выдыхаем пар, который клубится перед нами. Но как только двигатель мотоцикла оживает, я начинаю согреваться. Нет ничего лучше, чем сидеть на мотоцикле Гейба, крепко обхватив его ногами за бёдра и прижавшись руками к его сильной талии.

Мы объезжаем здание клуба и выезжаем на дорогу, ведущую к окраине города, и моё сердце трепещет от волнения. Я люблю ночные поездки с Гейбом. Кажется, он едет с какой-то целью, и вскоре я начинаю задаваться вопросом, что же мы на самом деле делаем?

Он сворачивает на длинную подъездную дорожку, ведущую к огромному дому вдалеке, и мне становится любопытно, к кому мы едем. Но когда он останавливает мотоцикл, не доезжая до конца дорожки, и убирает подножку, у меня закрадывается подозрение.

— Где мы, Гейб? — Шепчу я, чувствуя, что мы оказались там, где нам не следовало быть.

Он помогает мне слезть с мотоцикла и вешает наши шлемы на руль, а затем поворачивается ко мне с выражением глубоких чувств на лице.

— Я хочу тебе кое-что показать.

Он берет меня за руку и ведёт по подъездной дорожке к большому дому. Из окон просторной столовой льётся тёплый жёлтый свет. Длинный стол из красного дерева занимает все пространство, а вокруг него стоят стулья. Я ловлю себя на мысли, что, возможно, это единственный стол в мире, за которым вся семья «Сынов дьявола» могла бы собраться на праздник.

Затем мой взгляд падает на противоположный конец стола, где сидят четверо. Они кажутся вполне довольными, хотя здесь слишком тихо по сравнению с шумным весельем, которое мы с Гейбом только что покинули. Джексон сидит во главе стола, справа от него — Афина, а рядом с ней — Кейд. Дин сидит напротив неё, спиной к окну, но я всё равно узнаю его идеально уложенные волосы, виднеющиеся над высокой спинкой стула.

Габриэль подходит ко мне сзади и обнимает меня, защищая от пронизывающего холода.

— У них здесь нет семьи. У них нет никого, кроме друг друга, потому что вся их семья мертва. Они потеряли всех. Разве этого недостаточно? — Шепчет он мне на ухо, и по моей шее бегут мурашки.

Я молчу и несколько минут наблюдаю за происходящим, наслаждаясь тихим праздничным настроением. Затем я поворачиваюсь в объятиях Габриэля и смотрю в его напряжённое красивое лицо.

— Я тоже всех потеряла, — шепчу я, и моё сердце сжимается от эмоций.

В мягком свете, льющемся из окон, я вижу, как падают первые снежинки, бесшумно оседая на волосах и плечах Габриэля. Это прекрасно, и нежные белые хлопья на мгновение приковывают моё внимание, пока я любуюсь их изящным падением. Когда я снова встречаюсь взглядом с бледно-голубыми глазами Габриэля, я вижу в них печаль.

— Я всё ещё могу быть с тобой, — выдыхает он. — Если ты хочешь меня. Но рано или поздно тебе придётся сделать выбор. — Он притягивает меня к себе, вдыхая мой запах и прижимаясь ко мне всем телом. Затем он наклоняется, чтобы поцеловать меня.

От электрического разряда у меня перехватывает дыхание, когда его губы встречаются с моими, а холодный снег мягко ложится на мои щёки, пока он целует меня с новой для него страстью. Этот поцелуй не яростный и не требовательный, а скорее наполненный эмоциями, как будто он пытается выразить все слова, которые не может произнести. Это невероятно интимный и самый романтичный поцелуй в моей жизни. Мне кажется, что моё сердце остановилось. Или, может быть, оно забилось так сильно, что выпрыгнуло из груди. Я не знаю, и мне всё равно. Я не хочу, чтобы этот поцелуй заканчивался.

Но в конце концов он должен закончиться, и Габриэль прижимается лбом к моему лбу, пока мы восстанавливаем дыхание.

— Пойдём. Я отвезу тебя домой, — вздыхает он. Затем он снова берёт меня за руку и ведёт в темноте к своему мотоциклу.

31

ГАБРИЭЛЬ

Когда мы вернулись с ночной прогулки, вечеринка уже подходила к концу. Семьи спешили вернуться домой до того, как выпадет снег и им придётся ехать на мотоциклах по льду в темноте. В целом это был замечательный день. Мне всегда нравилось семейное настроение Рождества, когда дети бегают вокруг, а взрослые готовят еду. И было так приятно видеть, что Уинтер теперь лучше ладит с женщинами из клуба. Я знал, что ей будет нелегко, ведь она была чужой в этом мире, но она покорила сердца людей так же, как покорила моё.

Но вместо того, чтобы отвести Уинтер обратно на вечеринку, я веду её через чёрный ход в гостиную клуба и направляюсь к нашей комнате. Я не уверен, что после нашей поездки в поместье Кинга она готова к общению. Она молчала всю дорогу до дома, и выражение её лица говорит мне, что она всё ещё думает об этом. Кроме того, у меня есть кое-что, что я хочу ей подарить.

Закрыв за нами дверь, я включаю свет и притягиваю Уинтер к себе, чтобы снова поцеловать. Сегодняшняя искра между нами ощущается как-то иначе, как будто она стала ещё сильнее из-за нашей борьбы за понимание того, где мы оба находимся. Когда мы расстаёмся, зелёные глаза Уинтер снова устремляются на меня, и в груди у меня разливается приятное волнение. Я хочу, чтобы она всегда так на меня смотрела. Я готов сделать всё, чтобы это произошло. Если бы только она могла принять решение и выбрать меня.

— У меня есть кое-что для тебя, — шепчет она, и её и без того румяные от холода щёки слегка краснеют.

— О? — Я заинтригованно поднимаю бровь.

— Рождественский подарок, — объясняет она.

Я тепло улыбаюсь. Не знаю почему, но для меня очень важно знать, что она подумала обо мне и купила мне что-то.

— Не могу дождаться, когда увижу его.

Застенчивая улыбка на её губах говорит мне, что она вложила в этот подарок много сил.

— Иди сюда, — приказывает она, подталкивая меня к кровати.

Я безропотно подчиняюсь и, опустившись на матрас, поворачиваюсь, чтобы посмотреть, как она роется в ящике комода. Пока я жду, я любуюсь тем, как джинсы облегают её фигуру, и хотя мне всегда нравились её облегающие платья, мне приятно видеть, что она больше похожа на байкершу. Она выглядит более грубой и дикой, чем раньше, потому что дополнила свой скудный гардероб одеждой, которую ей одалживает Старла. Я благодарен Старле