Наследница поместья "Соколиная башня" - Александра Воронцова

— Он уже работает? Хорошо…

— Что работает? — напряглась я. — Это как-то связано с силой, полученной во время ритуала?

— Нет. Это другое, — Бладсворд явно не горел желанием раскрывать карты, но сейчас я не готова была входить в его положение, верить словам, ждать ответов на свои вопросы.

— Какое другое? — я всем видом демонстрировала, что на этот раз я не удовлетворюсь отговорками.

— Это узы, связавшие нас на время.

— На какое время? Почему мне приходится вытаскивать правду будто клещами!

— До Дженингейма.

Так. И третья ступень церемонии должна быть проведена тоже на Дженингейм.

— И что делают эти узы? Милорд, вы заставляете меня терять терпение!

— Лучше бы я заставлял тебя испытывать желание, — с досадой отозвался Райан.

— Несомненно я испытываю желание применить к вам допрос с пристрастием, — шипела я разбуженной по весне змеей. Эмоции брали верх, и я снова не удержала свою силу. Одна из вазочек, украшавших холл, лопнула, расколовшись на мелкие черепки. — Я жду, милорд. Проявите уважение к своей невесте.

Бладсворд пристально посмотрел мне в глаза и признался:

— Это вассальные узы.

— И в чем выражается их действие? — я уже предчувствовала, что ответ мне не понравится.

— Если я тебе прикажу, ты не сможешь меня ослушаться.

Внутри словно взметнулся огненный столб, испепеливший выдержку, но спустя секунду сырую силу во мне удержало накатившее спокойствие, принесенное знакомым голосом в голове: «Это было бы слишком скучно. Правда, Энн Констанция?».

— Это мы еще посмотрим, милорд, — взяв себя в руки, ответила я и отступила от Бладсворда на несколько шагов. — Вы сейчас мне все расскажете.

Огонек насмешливого любопытства мелькнул в глазах владетеля. Кажется, он собрался продемонстрировать недоверчивой мне силу уз.

— Подойди ко мне, Энни, — позвал Райан.

Я почувствовала, как сгустилась атмосфера, воздух словно уплотнился и подталкивал меня в спину, наращивая мощь, но… прошла минута, а я все стояла на месте, упрямо взирая на Бладсворда. И давление схлынуло.

— Что ты сделала? — похоже, мне удалось шокировать жениха. Вместо покладистой временной невесты он получил кота в мешке, причем своенравного.

— Сначала ваша исповедь, милорд, — сладко пропела я, чувствуя невероятное удовольствие от того, что смогла утереть Райану нос.

И ему пришлось смириться:

— Ладно. Слушай.

Глава 67. Трудный разговор

Голоса гостей стали слышны громче. Видимо, обед закончился.

— Не здесь, — поморщился Райан, и я уже было решила, что эта очередная отговорка, но он взял меня за руку и повел за собой. — В кабинете нам не помешают.

Пришлось смириться с промедлением.

Я шла за Бладсвордом и старалась не обращать внимания на то, как он поглаживает подушечкой пальца мою ладонь. Да и когда мы оказались в кабинете наедине, Райан не спешил выпустить мою руку из своей. Пришлось самой освободиться, хотя прикосновения владетеля мне не были неприятны, но предательская метка по-прежнему странно реагировала.

Я уверенно села напротив хозяйского кресла, расправила юбки, чинно сложила руки на коленях и выжидающе уставилась на Бладсворда, всем своим видом демонстрируя, что внимаю со всем тщанием.

Райан же вместо того, чтобы занять свое место, встал за спинкой моего стула и положил руки мне на плечи. Казалось, его тянет ко мне как магнитом.

Я покосилась на длинные пальцы, перебирающие кружева моего воротничка.

— Это лишнее. Я точно никуда не уйду, пока вы мне все не расскажете.

— Придется тебе потерпеть, Энни, — хмыкнул Райан. — Я знаешь ли, сейчас себя не очень хорошо контролирую.

Я смолчала, хотя узнать, отчего владетеля обуяла несдержанность очень хотелось. Однако я подозревала, что со стороны Бладсворда это была попытка увести меня от интересующей темы.

— Итак, с чего ты хочешь, чтобы я начал? — прозвучало весьма двусмысленно, потому что Райан не отказал себе в том, чтобы, заправив мне за ухо выбившуюся из прически прядь, погладить шею.

— Начнем с того, что за ритуал вы затеяли, почему именно я и какие-такие узы вдруг образовались между нами, — твердо ответила я.

Я не поддамся этим ласковым касаниям, жару его тела, который я чувствовала даже на расстоянии. Меня будоражил мужской запах, навевающий непристойные воспоминания. Да и метка сладко пульсировала на плече, подсказывая, что правильнее всего было бы упасть в объятья владетеля и ни о чем не спрашивать.

Подобный дурман, обволакивающий здравые мысли, в «Колдовской страсти» приписывали влюбленности, но я вовсе не была уверена, что он не наведен чарами.

— Строго говоря, это затеяла ты, — огорошил меня Бладсворд. От неожиданности я даже задрала лицо, чтобы посмотреть в глаза наглецу, утверждавшему такую чушь, и вздрогнула. Такой голод плескался в его обжигающем взгляде.

— Я ничего не сделала…

— Ошибаешься, Энни, — хрипло опроверг Райан. — Ты очень неосторожная маленькая леди. Ты разбудила жажду Истока. Тогда в гроте, когда пришла провести обряд. В любое другое время ты могла бы безнаказанно баловаться у источника, но не на Старфайр.

— Что? — я облизнула в раз пересохшие губы. — О чем вы?

— Как же меня раздражает, когда ты называешь меня на «вы», особенно теперь, когда…

— Не уклоняйтесь от ответа! — я быстренько перебила Райана, не готовая слушать из его уст о том, что между нами произошло. Достаточно того, что я до сих пор смущена тем, что Бладсворд стал свидетелем обряда. А уж от подробностей ритуала, в котором он участвовал, я вообще провалюсь сквозь землю. К моему сожалению, я слишком хорошо помнила, что вместо жертвенности и отчужденности проявляла непристойные эмоции, а уж что я говорила…

— А я исключительно по существу. Не просто так заведено не беспокоить источник в дни Старфайра. Я догадываюсь, что ты не знала, но это ничего не меняет. Ты поманила мою суть, пообещала неземное блаженство, соблазнила, и я не устоял. До Старфайра или после него, я бы мог только насладиться зрелищем, но нашел бы в себе силы не принять твой дар.

Я краснела и бледнела, воскрешая воспоминания Райана, которые я прочитала, коснувшись шпильки, поселившейся на его камзоле. Меня бросало изо льда в пламя, но я не могла отвести взгляда от потемневших глаз.

— И чем же Старфайр особенный? — неожиданно сипло спросила я, чувствуя, как грудь стискивают стальные обручи, а одежда становится невыносимо неудобной.

— В эту неделю, точнее, в эти восемь дней, что идет праздник, я и есть Исток. Чтобы продолжать обладать властью над этими землями, мне нужна поддержка магии источника. Я не люблю это время. Самое темное, самое звериное, самое жадное всплывает на поверхность. Я бы с удовольствием не проходил этот ежегодный обряд, но скоро время Мора, и ни одна из капель силы