Моя тьма, его правила - Светлана Тимина

- Ты всегда умел красиво говорить… С ней сработало, видимо. – в ее голосе холод. – Я спустилась сказать тебе, что больше не хочу видеть. Никогда. Ты и отношения с тобой… то, от чего мне надо было бежать. Ты страшнее Хьюго. Я едва не стала твоей бесправной игрушкой, которой ты бы рано или поздно оторвал голову.

—Ты не моя игрушка. Ты моя жизнь. – голос Майкла не меняется.

Возможно, ему надо было быть нежнее, окутать ее теплом, не резать холодной сталью слов. Но он не в образе. Он такой, какой есть.

- Похоже, теперь твоя жизнь больше тебе не подчиняется… - ее голос внезапно вздрагивает. Блейк отворачивает голову. Но Бейн готов покляться, что на ее щеках вовсе не капли дождя.

Она уходит. А пустота начинает пульсировать невидимым маяком внутри.

Только что ее дрогнувший голос и слеза по щеке дали ему знак, что не все потеряно.

Блейк не дрогнула. И больше не отвечала на его звонки.

Букеты цветов и колье «Ван Клифф» возвращались обратно по адресу доставки. В офисе, где Блейк Райан заняла кресло правой руки босса и постепенно входила в статус партнера, сначала говорили, что она на деловых встречах. А потом ему ясно сказали, что приказ сверху его не пускать.

К этому он был готов. Как и ждать. Ненавидеть себя за то, что пришлось стать сталкером и изучать каждый его шаг.

К концу третьей недели с разрыва отношений он уже выделил для себя два варианта, которые могут подтолкнуть их к хотя бы разговору без отторжения, с перспективой продолжить отношения.

Оба ему не подходили. Пережить патовую ситуацию вместе не предоставлялось возможным. Блейк ясно дала ему понять, что не хочет видеть. А при всем своем желании он не имел ни малейшего права нарушать ее права. Это будет неминуемый конец.

Спасти Блейк снова из ситуации, угрожающей жизни… Бейн все рано незаметно следил за той, без кого уже не мыслил своей жизни. И если он увидит, что ей что-то угрожает – он не допустит этого.

Пусть даже не узнает, что он отвел вероятную угрозу. Он никогда ей не скажет. Он будет ждать, в надежде, что ее сердце однажды оттает. А если нет…

Боль разрывала на части при одной мысли. Но ни разу, даже в мыслях, он не допустил того, что сможет сам создать для нее такую ситуацию.

С Дреа он увиделся еще несколько раз. Чувствовал себя куратором, который жаждал направлять ее новые отношения с определенной целью – чтобы никто больше не причинил ей вреда даже словом.

У избранника талантливой фотохудожницы репутация оказалась безупречной. Майкл не успокоился, пока не проверил ее по всем источникам, включая ФБР, несколько раз. Взяв с Дреа обещание держать его в курсе дела и обращаться по любым спорным вопросам, Майкл отошел в тень. Отчасти – чтобы лишний раз не напоминать девушке о том, что она пережила.

Но Дреа справилась на удивление быстро. Чего нельзя было сказать о Блейк…

Глава 71

Блейк

Я больше не знаю, кто я.

День, который разделил мою жизнь на части, запустил таймер до неминуемого апокалипсиса.

В зеркале — мешки под глазами, растрёпанные волосы, взгляд, который будто проваливается в пустоту. Иногда я касаюсь шрама на спине, просто чтобы убедиться, что всё это было. Что я жива.

Но разве это — жизнь?

Комната тонет в темноте. Я сижу на полу, прижав колени к груди, будто так легче дышать. Телефон отключён. Даже Дреа не пишет больше.

Может, и правильно. Я сама от всех ушла. Потому что не могу выносить себя. Потому что если ещё хоть раз кто-то скажет: "Он изменился, он любит тебя", я закричу.

Эти приступы тьмы сменяются накатами жара, отзывающегося сладостью внутри, неуемным желанием поставить все на кон, только бы вырваться их этого кошмара.

Несколько раз я была в критической точке от рокового шага.

От шага – наконец взять себя в руки. Надеть красивое белье, которое не жалко, что на мне неминуемо разорвут. Вызвать такси, потому что еда смогу сама вести авто в таком состоянии, и поехать без предупреждения туда, где уже е важно – рай или ад.

Сдаться. Позволить ему себя растерзать, чтобы унять бурлящий в крови голод, выбить кнутом боль, от которой не спасают никакие таблетки, просто упасть к ногам.

Пусть решает за меня. Как с Дреа, черт с ним. Мое сердце разрывается от разлуки, я спасаюсь только в работе.

Ухожу домой за полночь. Падаю с ног от усталости. Линда даже хотела отменить отпуск, чтобы дать мне отдых, я категорически отказалась.

Я забываю о том, что произошло. Мои чувства к Майклу гаснут, когда я тону в работе.

Почему я так и не научилась выбирать тех самых мужчин?

О, я пыталась. Несколько раз. Обычные «ванильные» кандидаты, которые смотрели не в глаза, а на мою грудь и ноги. Я чувствовала себя объектом животной похоти куда сильнее, чем когда была с Майклом… и даже Хьюго.

Мне становилось скучно. При мысли провести с кем-то вечер, чтобы выбить Бейна из головы – вообще противно.

С каждой минутой я понимала все отчетливее: мужчины, подобные Майклу, встречаются раз на сто лет. И с большой долей вероятности у них будут скелеты в шкафу, с которыми будет трудно смириться. А то и вовсе невозможно.

Сколько раз я просыпалась в невероятном возбуждении и в слезах. Его слова – «если ты не сможешь решиться, я сымитирую твое похищение» - играли новыми красками.

Это бы решило так много проблем. Забрало бы всю мою ответственность за поступки и право его ненавидеть.

Закрадывалась крамольная мысль – я ведь не причинила зло никому из его близких, меня не за что терзать так, как он поступил с Дреа. Я презирала себя за это. Даже несмотря на то, что Дреа относилась к Бейну теперь, как… как к хорошему другу.

И нет. Это не было ее стокгольмским синдромом. Молодая девочка обладала суперсилой пережить, проанализировать, включив не только эмоции, а и голову. Она не сошла с ума, она нашла в себе силы с этим справиться. Чего нельзя было сказать обо мне.

Мне казалось кощунством ее намеки на то, что Майкл