Триада - Ульяна Муратова

***

Я проснулась в полной темноте с тяжёлой головой. Болела скула, тело затекло. Я попыталась пошевелиться и с ужасом поняла, что сплю не одна. Тяжёлая мужская рука по-хозяйски расположилась на животе. Сердце забилось часто-часто, потому что я не смогла вспомнить, кто это. Как он тут оказался? В голове царил непроглядный туман. Я осторожно повернула голову и упёрлась взглядом в Драхира. Это же Драхир? Без усов, с остриженными волосами…

Какого чёрта он тут делает? Что вообще произошло?

Я подняла руку к лицу и в ужасе замерла — на запястье свился металлической змеёй браслет, а все руки были покрыты тёмно-фиолетовыми синяками. Я не помнила ничего! Словно кто-то просто стёр из памяти кусок. Последнее воспоминание — приход Лии. Да, это была она. Я так удивилась, увидев её. Видимо, она тоже не попала на отбор. Она пришла с тем страшным крылатым магом, но напуганной не выглядела.

А что дальше? Ничего…

Почему рядом со мной спит Драхир? Почему все руки в синяках? Низ живота тоже тянуло. Непривычно, странно… словно…

Я резко села и попыталась отползти от мага.

— Асали? — сонно отозвался он.

— Что ты сделал, Драхир? — дрожащим голосом спросила я.

— Асали, погоди делать выводы, сначала выслушай, — он попытался взять меня за руку, но я отпрянула в безотчётном страхе.

Казалось, что сердце бьётся в висках. Скулу заломило, я прижала к больному месту холодные пальцы.

— Асали, я бы никогда тебя не обидел. Хочешь воды? Тебе нужно успокоиться, тогда я расскажу, что произошло.

— Не надо воды. Говори! — я попыталась взять себя в руки, но меня трясло от испуга.

— Синяки — дело рук Фарая. Вчера он пришёл, пока нас не было, и взял тебя силой. Ты выпила зелье забвения, чтобы не помнить того, как всё произошло, — осторожно ответил он, наблюдая за моей реакцией. — Ты очень сильная, асали. Ты справишься.

— Он не врёт, это был Фарай, — раздался глухой голос Шуры. — Мы ничего не могли сделать, были заперты. И зелье ты сама решила выпить, это тоже правда…

— Драхир не обманывает, — тонким голосом отозвалась Алёнушка.

Осознание настигало неохотно.

— Какой сегодня день? — я потёрла виски.

— Двадцать четвёртый день Второго месяца 7026 года. Сегодня на совет собираются представители всех Домов.

— Сегодня нас казнят? — мой голос дрогнул.

— Асали, мы с братом будем просить фара Сонара об отсрочке. Возможно, он не откажет. Нам есть, что предложить взамен. Если нет, то Джас организует портал в Тингай. Мы уже говорили с отцом. Вы с Джасом и Шурой уйдёте, пока страсти не поутихнут.

— А ты?

Недоверие смешалось с неверием. А что если меня опоил он? А что если он лжёт?

— Я останусь, чтобы разобраться с Фараем и закончить дела Дома в Архтане.

Драхир предложил мне руку, но я её не взяла. Напряжённо замерла на дальнем краю постели и до боли в глазах всматривалась в его лицо. Он грустно улыбнулся и убрал руку.

— Расскажи, что было вчера! — потребовала я.

Он заговорил, подбирая слова. Чем больше он рассказывал, тем горше мне становилось.

— Асали, я понимаю, как ты себя сейчас ощущаешь. Проснулась избитая и лишённая воспоминаний. Но поверь, это лучше, чем помнить вчерашнее.

— Почему ты называешь меня асали? — тихо спросила я.

— Это старое слово. Означает «медовая». Если ты не против, то мне просто очень нравится так тебя называть.

Его голос и интонация успокоили. Не могут же они все вместе мне лгать. Да и с чувствами происходило что-то странное. Да, я не могла вспомнить, что произошло вчера. Но чувства говорили за себя: мысль о Фарае вызывала отвращение, а от взгляда Драхира становилось теплее и легче.

Я взглянула на запястья.

— А это что?

На обеих руках металлическими змейками блестели новые браслеты. Я свела руки, и браслеты с тихим лязгом обрели форму кандалов. Испугавшись, я резко развела руки в стороны, и странные оковы разомкнулись.

— Ты позволишь посмотреть? — мягко спросил он.

— Конечно, — я протянула запястья Раху.

Прикосновение его огненной магии согрело кожу. А затем горячие пальцы заботливо погладили мои холодеющие руки и странные оковы.

— Забавно. Это артефакт, наделённый волей. Сильные маги способны оживлять вещи, давая им частичный разум. Как правило, артефакты получаются вредные и своенравные, поэтому никто такими вещами не балуется. Это как змея в песке — страшно наступать. Видимо, вчера ты была на таком пике силы, что смогла обратить блокирующие магию кандалы в артефакт. Вообще, удивительно, я его даже не особенно ощущаю. Хотя обычно такие штуки разят силой издалека.

— Он опасен?

— Не знаю. Я бы его изучил. Ты можешь его снять?

Я попробовала. Шустрые металлические змейки скользнули под рукава и щекотно обвились вокруг плеча, сливаясь в единое целое. Под тканью ночной рубашки притаился невинно выглядящий армлет. Я коснулась матового бока графитового цвета и ощутила тепло металла. Змейка потёрлась о пальцы, требуя ласки. Я ошарашенно погладила это чудо.

— Не думаю, что артефакт опасен для тебя. Я попробую?

— Конечно.

Драхир протянул руку. Змейка оторвала голову от моей руки и повернулась к чужим пальцам. Сначала качнулась из стороны в сторону, словно настоящая рептилия, а затем раскрыла пасть, в которой клыков было в десяток раз больше двух. И даже заскрипела устрашающе.

— Не надо, тихо, — я погладила странную змейку по маленькой голове, и она тут же приняла вид безобидного ужика.

Драхар с любопытством провёл пальцами по металлическим чешуйкам.

— А ведь она — тёмная. А ты теперь огненная. Интересно, как она будет подпитываться? Не переживай, асали, это теперь твоя защитница. Не обижай её и будь с ней ласкова. Представь, что она живая. Старайся договориться. Все разумные артефакты крайне обидчивы, так что береги её. И лучше не снимай, если она тебе не мешает.

Я погладила по боку свою новую спутницу.

— И как тебя назвать? — задумчиво спросила я.

Она не ответила, только погладила меня чашуйчатым хвостиком и застыла.

— Как ты себя чувствуешь? — Драхир бережно взял мои ладони в свои и согрел.

—