Последний призыв - Лисса Рин

– Да что ж ты такая упрямая! – вдруг отчаянно воскликнула Мирейна, и я ощутила болезненный толчок в грудь.

Но сдавливающее ощущение быстро исчезло, и я снова погрузилась в ритуальный морок.

– Не так быстро, инферия, – рыкнул Андор, и я услышала болезненный стон Мирейны.

– Это немного чересчур, приятель, не думаешь? – глухо, словно из-за плотной стены, раздался недовольный голос Ареса. – Оставь их, пускай сами разбираются.

– Не вмешивайся! – рявкнул цербер.

– Не могу, – мрачно ответил Арес. – Сами ведь позвали.

Я сделала усилие и впилась в морок изумрудными ветвями лозы. В тот же миг меня ослепила жуткая багровая вспышка.

Будь ты проклята…

– Ну же, покажись, – сквозь зубы процедила я, ощущая странную тягучую боль в груди.

Еще одно усилие принесло новую порцию боли и череду мутных, разъедающих нос и глаза картинок. Попытка вдохнуть тут же сжала горло острым раскаленным спазмом – и я зашлась в раздирающем легкие кашле.

Зажав рот и нос ладонью, я с опаской приоткрыла охваченные болезненным жаром глаза.

Растрескавшийся грязный и обжигающе горячий асфальт впивается в нежную кожу ладоней острыми каменьями. Груда покореженного металла, объятая багровыми пиками ревущего пламени, издает жуткий протяжный стон. Затем меня оглушает громкий крик.

Что это за видения? Воспоминания Мелис? Или твари, наложившей помор? Никак не разобрать. Как вообще прикажете управлять этим сумбуром?

Я раздраженно трясу головой и пробую сделать шаг вперед, под ногами что-то жалобно звякает, и я опускаю взгляд. Рядом с ногой в дорожной грязи лежит уродливый камень, зазубрины которого в ярком сиянии огня то и дело поблескивают золотым светом и алыми искрами.

– Виновата…

Грудь сдавило, и меня снова увлекло в огненно-красную пелену.

Мое воспоминание располагается на заднем сиденье салона нового автомобиля. Сидящая впереди молодая пара о чем-то весело беседует. Я смеюсь, глядя на себя в зеркало заднего вида. Губы в зеркале что-то шепчут… Ru immitamm… Мою руку подхватывает неведомая сила, и я протягиваю вперед керамическую фигурку ангелочка с золотистыми крылышками, которую мне любезно преподнесла в дар мама… нет, добрая женщина на шумной ярмарке. Женщина с рваным черным эфиром и до боли знакомым прищуром…

Я попыталась проникнуть глубже, докопаться до истинного воспоминания, но меня неодолимо влекло дальше по мороку.

Удивленный мамин возглас… Мамин? Отец тоже поворачивается, чтобы повнимательнее изучить красивую статуэтку, – и застывает, словно изваяние. Мама тоже не двигается. Даже я не могу пошевелиться, оцепенев с протянутой, словно в последней мольбе, рукой. Но я все еще вижу. Вижу в зеркале заднего вида свое мертвенно-бледное, испуганное лицо и рваные клубы эфира позади себя. Но вовсе не это меня пугает. Я бросаю отчаянный взгляд вперед, на лобовое стекло. На огромной скорости на нас несется неуправляемая сила металла и жестокого стечения обстоятельств. Я пытаюсь кричать, но лишь хрипло дышу, с ужасом взирая на стремительно приближающуюся навстречу огромную грузовую фуру…

Больно! Я снова лежу на горячем асфальте, бестолково рассматривая охваченный пламенем автомобиль.

– Виновата!

Так, ну все! Достаточно с меня видений смертной! Они теперь совершенно ни к чему! Все дело ведь в этой статуэтке, не так ли? И осталось узнать, кто преподнес этой счастливой невинной семье саму смерть.

– Ты во всем виновата.

– Что? – Я резко обернулась в поисках источника голоса, но позади никого не было, а вокруг стояла багровая пелена жаркого пламени да густой, опаленный алыми всполохами сизый дым.

Совсем рядом раздалось мерзкое хихиканье, переходящее в протяжный рыдающий вой.

– Это все ты. – Зловещий девичий голос раздался у самого уха, и я, нелепо взмахнув руками, испуганно отшатнулась.

– Мелис! – воскликнула я, теперь уже полностью уверенная в том, чей голос слышу. – Мелис, где ты?

Выходит, все это время я была не в теле Мелис? Впрочем, это не имело значения. Потому что я наконец-то знала, где искать.

– Мелис, ты слышишь меня? – снова позвала я ее, слепо пошарив ладонью перед собой. – Покажи мне ее! Покажи мне ту, кто это сделал с тобой!

– Ты знаешь.

Знаю?

Под ногами снова что-то хрупнуло. Я опустилась на корточки и принялась слепо шарить по земле. В ладонь, словно повинуясь беззвучному зову, послушно скользнул крупный неровный камень. Я выпрямилась и, подслеповато прищурившись, поднесла кусок бесформенной породы к глазам.

Ангелочек! Сдавленный беспощадной силой, изуродованный и треснувший, но это, несомненно, та самая статуэтка из видения. А еще… Мои глаза расширились – да это же тот самый ангелочек с золотыми крылышками, что мне показал Торен в нашу первую встречу! И как я проглядела?

Но сейчас он в моих руках.

– Показывай, – зло приказала я, сжав в руках увитый моими изумрудными нитями кусок проклятой керамики. – Веди к своему истинному владельцу.

Повинуясь моей воле, нити вспыхнули и устремились куда-то вперед. Ни секунды не раздумывая, я поспешила следом. Буквально через пару шагов заметила невысокий человеческий силуэт, укутанный моей лозой. Нити высветили стройное девичье тело и изящную тонкую шейку, но лицо по-прежнему было скрыто в непроглядном мраке густого дыма.

Резко остановившись, я встала на изготовку и крутанула кистью по часовой стрелке. Плети изумрудной лозы, обвивавшие хрупкую фигурку, полыхнули, и только сейчас я заметила в зеленоватом отблеске нитей жуткие ссадины и кровоподтеки на теле застывшей в безмолвии фигуры совсем юной девушки.

– Ты владелица? – Я протянула ладонь вперед и сжала руку в кулак, уплотняя лозу вокруг фигуры.

Незнакомка не ответила. Качнувшись, она медленно подняла левую руку перед собой, словно пытаясь указать мне что-то незримое, но для нее крайне важное. В ее кулаке что-то сверкнуло.

Я принюхалась, силясь уловить хоть что-то мне известное в эфире незнакомки, но в нос снова ударил горячий, царапающий нёбо и горло серный смрад. Я скривилась и отступила.

Этот эфир…

– Прояви себя! – приказала я, скрещивая вытянутые руки на уровне груди.

Плети полыхнули изумрудным огнем и осыпали незнакомку яркими искрами, высветившими лицо девушки.

Я изумленно ахнула.

– Мелис? – Я шагнула к ее изможденной хрупкой фигурке, ради спасения которой меня угораздило связаться с помором, по силе превосходящим любое известное мне воздействие. – Что ты здесь делаешь?

Глаза Мелис полыхнули ледяным блеском. Она тоже шагнула вперед и разжала поднятую ладонь, в которой покоилась абсолютно целая фигурка злосчастного ангелочка.

Вдруг она замахнулась.

– Будь ты проклята! – крикнула Мелис и швырнула фигурку прямо в меня.

– Hurenas ogre Viro! – Я рубанула руками воздух и, когда плети обвили Мелис плотным коконом, резко потянула на себя.

Все произошло одновременно. Статуэтка ударилась о невидимую преграду между нами, расколов фигурку