Жертва - Шанталь Тессье

Я гадаю, как ее тело борется с веревкой.

— В этом-то и дело, Лэйк.

Тихий стон срывается с ее приоткрытых губ, и мой член становится чертовски твердым. Я готов преподать жене урок.

— Чтобы ты была в моей власти. Чтобы я мог поступить с тобой по-своему.

Встав, я возвращаюсь на кровать и устраиваюсь между ее ног. Провожу руками по внутренней стороне ее бедер, и она выгибает спину, разочарованно вздыхая.

Я расстегиваю молнию на брюках и достаю свой твердый член. Даже не утруждая себя предварительными ласками, наклоняюсь вперед и вгоняю в нее головку своего члена.

— Ты такая мокрая, Лэйк. Такая изголодавшаяся.

— Черт, — едва слышно шепчет она, выгибая шею.

Я наклоняюсь к ней, проникая глубже, скользя руками по ее телу. Нависаю над ней всем своим весом, зарываясь руками ей в волосы, и прижимаюсь губами к ее шее.

— Каково это, малышка?

Я выхожу и резко врезаюсь в нее, зная, что каждый мой толчок напоминает ей о пробке в заднице.

— Так... хорошо, — выдыхает она.

Ее киска сжимается на моем члене, и я впиваюсь зубами в ее шею, прежде чем пососать ее. Отстранившись, я вижу засос, который только что оставил, и улыбаюсь. Если Лэйк собирается вести себя так, будто она свободна, то я покажу всему миру, что она занята.

Все так просто.

Мысль о том, что какой-то мужчина всего лишь подумает, что может ею обладать, заставляет меня ускорить темп. Я врезаюсь в нее, превращая ее стоны во вздохи и всхлипывания.

— Скажи мне, Лэйк.

Я подаюсь вперед, зная, что это натягивает веревки на ее запястьях. Мне хочется, чтобы ожоги от веревки тоже стали напоминанием.

— Кому ты принадлежишь?

— Т-тебе, — выкрикивает она.

— А кто я, блядь? — рычу я, крепче сжимая в кулаке ее волосы.

— Мой муж, — хнычет она, сжимая мой член своим мокрым влагалищем.

— Верно, черт возьми, — выдыхаю я. — Помнишь, я сказал, что сделаю с тобой, если ты позволишь другому мужчине прикоснуться к тебе?

— Прости, — делает глубокий вдох Лэйк. — Пожалуйста, не останавливайся.

— Тебе нравится, когда я использую твою пизду, малышка? Когда делаю тебя своей шлюхой?

Ее губы приоткрываются, веки тяжелеют. Она близка к тому, чтобы кончить на мой член.

— Бляяяяяядддь, — произносит она своими идеально надутыми губками.

Я улыбаюсь, зная, что она уже близко. Поэтому выхожу из нее, хватаю свой член и кончаю Лэйк на живот. Она рычит, понимая, что не кончит.

Взяв игрушку, которую достал, я обмакиваю ее в сперму, а затем провожу ею по пизде Лэйк и осторожно ввожу в нее.

— Тайсон... что?.. — Лэйк поднимает голову, чтобы посмотреть на меня.

Ее мокрая киска всасывает игрушку, умоляя о большем.

— Пожалуйста… — она опускается на матрас.

Я встаю с кровати и подхожу к изножью, снова становясь на колени.

Лэйк следит за мной своими красивыми глазами, и сквозь длинные ресницы в них проступают слезы. Она расстроена и, вероятно, все еще злится. Лэйк возненавидит меня, когда я закончу с ней.

— Открой рот, — приказываю я.

Лэйк прищуривает глаза, сжимая челюсть, что говорит о том, что она стискивает зубы и отказывается подчиняться. Я ожидал этого, но у меня есть способы заставить ее передумать.

Достав из кармана зажим, надеваю его ей на нос, чтобы она не могла дышать через него. Лэйк распахивает глаза.

— Как долго ты решишь ждать, зависит только от тебя, — говорю ей.

Лэйк качает головой, ее грудь вздымается, ей не хватает воздуха. Я действительно начинаю нервничать, когда ее веки тяжелеют, что она скорее покончит с собой, чем откроет свой чертов рот. Но, наконец, ее губы разжимаются, и она делает глубокий вдох.

— Вот так, Лэйк, — говорю я, снимая зажим с ее носа. — Глубокий вдох.

Она закрывает рот, чтобы сглотнуть, а затем снова открывает его, чтобы сделать глубокий вдох. Тут же пользуюсь возможностью вставить ей в рот кляп. Лэйк начинает бормотать что-то неразборчивое, а я приподнимаю ее голову ровно настолько, чтобы обернуть кожаный ремешок вокруг ее головы и застегнуть пряжку. Потом кладу ее на матрас, и Лэйк мотает головой из стороны в сторону.

— Это не самый привлекательный вариант, но он делает свое дело, — говорю ей, глядя на большой черный кляп, который закрывает ее рот, щеки и подбородок. Он толстый и громоздкий.

— Его называют глушителем, — продолжаю я. — Потому что как бы громко ты ни кричала, тебя все равно не услышат.

Она моргает, и по ее лицу текут слезы. Ее макияж начинает растекаться.

Я поднимаю шарик, прикрепленный к концу кляпа, и сжимаю, заталкивая кляп ей в рот. Лэйк бьется всем телом, и я делаю это снова. Ее широко раскрытые глаза встречаются с моими, и я делаю это еще раз.

— Это надувной кляп-шар, — говорю я, и она крепко зажмуривает глаза. — Каково это, когда все твои дырочки заполнены, малышка?

Я достаю из кармана последний предмет и подношу его к ее лицу. Нажав на кнопку, включаю вибратор, который поместил в ее киску.

— Я оставлю это здесь.

Устанавливаю его на самую низкую настройку и кладу ей на грудь. Затем целую ее в лоб и встаю, снимая ремень со своих брюк. Я надеваю его ей на шею и говорю:

— На потом.

Затем я ухожу.

ЛЭЙКИН

Боль, удовольствие и разочарование — вот, что я сейчас чувствую. Я не могу двигаться, не могу говорить и едва дышу. Крепко зажмуриваю глаза и пытаюсь успокоить бешено колотящееся сердце и не обращать внимания на жужжание в моей киске. Это просто сводит меня с ума. Этого недостаточно, чтобы я кончила, но достаточно, чтобы заставить мои бедра двигаться, требуя большего.

Открыв глаза, выгибаю шею, чтобы увидеть Тайсона, входящего в смежную ванную комнату, хотя и в перевернутом виде. Он оставил дверь открытой настежь. Вероятно, нарочно. Ублюдок раздевается и встает под душ.

Лежа на спине, я пытаюсь сглотнуть через резиновый шарик, который у меня во рту. Связанные руки немеют от того, что они под тяжестью моего тела. Мои плечи ноют, а бедра болят от напряжения. Я поднимаю голову и вижу на животе сперму Тайсона, но вынуждена опустить голову обратно, потому что это сильнее тянет мои руки и плечи.

«Дыши, Лейк», — говорю себе, стараясь не паниковать. Кляп такой большой, что, даже если бы Тайсон не закрепил его у меня на затылке, я все равно не смогла бы его выплюнуть. А мне бы не хотелось умереть вот так. Это был бы самый унизительный способ из всех возможных.

Я двигаю бедрами, и вибратор