Жертва - Шанталь Тессье

В моей заднице уже шесть часов стоит пробка (разве это полезно для здоровья?), и меня вот-вот трахнет мой муж, которого я оскорбила, сказав, что у него маленький член. Что, конечно же, было ложью. Он отнюдь не маленький. Я достаточно хорошо знаю Тайсона, чтобы понять, что он сделает это как можно больнее. У Маргарет пошла кровь, когда она сделала это в первый раз. Полагаю, что и у меня будет такой же опыт.

Направляясь к лифту, я отряхиваю руки и делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться. Лифт поднимается все выше, но это не помогает. Поднявшись на четвертый этаж, вхожу в нашу квартиру. Там тихо, свет выключен. Я иду по коридору в спальню с бьющимся в горле сердцем.

Открыв дверь, вижу, что свет горит, и Тайсон уже здесь, стоит у длинного комода спиной ко мне.

— Раздевайся, — приказывает он, даже не взглянув на меня в зеркало.

Его слова мгновенно выводят меня из себя.

— Я иду в душ.

И я вытащу эту чертову пробку, нравится ему это или нет.

Тайсон поворачивается ко мне лицом, в его руках куски веревки, такие длинные, что они стелются у его ног. Он бросает их на кровать. У меня замирает сердце, но я расправляю плечи, не позволяя ему думать, что я напугана. И неважно, насколько сильно я волнуюсь.

Повернувшись к нему спиной, я направляюсь в ванную, но падаю на колени, когда по моему телу проходит электричество.

Я задыхаюсь, стоя на четвереньках, и вижу перед собой его ботинки. Откинувшись назад, смотрю на него сквозь влажные ресницы и делаю глубокий вдох. Дернув за ошейник, издаю крик разочарования.

«Он долбанул меня током».

— Я отдал тебе приказ, Лэйк, — спокойно говорит Тайсон. — Я ожидаю, что он будет выполнен.

Я встаю на трясущиеся ноги и свирепо смотрю на него. Сжимаю кулаки, чтобы не выбить из него всю дурь. Скорее всего, это приведет к тому, что мне просто сильно влетит. Но я, честно говоря, не думаю, что он когда-нибудь ударит меня. У Тайсона есть другие способы заставить делать то, что он хочет. В качестве примера можно привести ошейник у меня на шее.

Схватив шорты, я стягиваю их с ног. Потом сбрасываю туфли и расстегиваю купальник, а затем спускаю по ногам чулки. Дергаю купальник вверх по телу, а затем отбрасываю его через всю комнату и встаю перед ним, обнаженная, с вздымающейся грудью. Я так зла на него за то, что он сделал меня своей Леди. И злюсь на себя за то, что позволила этому случиться.

Я ненавижу тот факт, что он полностью одет — в слаксы и рубашку на пуговицах. Это заставляет меня чувствовать себя более уязвимой. Тайсон всегда так делает. Это напоминание о том, что он главный, а я — его рабыня.

Я снимаю обручальное кольцо с пальца и поднимаю руку перед его лицом, а затем бросаю кольцо на пол, не заботясь о том, куда оно отлетит.

Уголки губ Тайсона приподнимаются в улыбке, и от того, что должно было бы повергнуть меня в ужас, у меня в животе порхают бабочки. Тай уже решил, как заставить меня заплатить за то, что я устроила ранее. И сейчас только усугубляю ситуацию.

Тайсон подходит ко мне, и я съеживаюсь, меня одолевает страх. Опускаю голову, не в силах встретиться с ним взглядом. Тай мягко касается моей щеки и нежно поднимает мою голову, заставляя меня посмотреть на него. С моих приоткрытых губ срывается стон.

Тайсон скользит другой рукой по моей вздымающейся груди и талии, затем опускает ее мне между ног. Он нежно проводит пальцами по моей киске и подносит их к губам.

— Ты мокрая, Лэйк, — он облизывает пальцы, пробуя вкус, и у меня тяжелеют веки. — Ты можешь ненавидеть меня за то, что я собираюсь с тобой сделать, но обещаю, что твоему телу это понравится.

От его слов мой пульс учащается. Но мне удается проглотить комок в горле и прошептать:

— Я уже ненавижу тебя.

ТРИДЦАТЬ СЕМЬ

ТАЙСОН

Тяжелое дыхание Лэйк наполняет комнату, и я не могу не улыбнуться, когда беру в руки кусок лежащей на кровати веревки.

Я связываю ее запястья за спиной и оставляю на полу излишки веревки. Потом подхожу к жене, становлюсь рядом, одной рукой подхватываю ее за ноги, другой — за спину и поднимаю. Лэйк удивленно ахает, но не сопротивляется.

Оказавшись на кровати, она собирается перевернуться на живот, но я шлепаю ее по бедру.

— Оставайся на спине. Я хочу, чтобы ты лежала на руках.

Укладываю Лэйк так, чтобы ее голова была в изножье кровати. Я не хочу, чтобы она свисала с края, но была как можно ближе.

Лэйк всхлипывает, приподнимая бедра с матраса, пытаясь ослабить давление, которое ее тело оказывает на связанные под ней руки. Я возвращаюсь на кровать и хватаюсь за излишек веревки, привязанной к ее запястьям. Затем протягиваю ее вдоль кровати и, просунув руку под изголовье, продеваю ее через веревочный зажим. Именно по этой причине я закрепил их вокруг каркаса кровати. Я могу связать ее самыми разными способами.

Я туго натягиваю веревку, завязываю ее, чтобы убедиться, что она не поддается.

— Тайсон, — стонет Лэйк, и я вижу, как она натягивает веревку. Упирается пятками в кровать и раскачивается из стороны в сторону.

Схватив следующий кусок веревки, я сажусь рядом с ее левой ногой и начинаю завязывать простой узел вокруг ее лодыжки. Затем подтягиваю ее лодыжку к бедру и несколько раз обматываю их, закрепляя вместе. Таким образом, Лэйк не может вытянуть ногу. Я стараюсь не обматывать веревку слишком высоко, чтобы она не соскользнула с ее колена.

Как только все закончено, я встаю у изножья кровати и смотрю на Лэйк сверху вниз. Ее грудь и живот открыты для меня, обе лодыжки привязаны к бедрам, ноги согнуты. Наклонившись, я беру излишек веревки с ее левой ноги и натягиваю ее на левый столбик изножья кровати. Я проделываю то же самое с другой ногой, заставляя Лэйк широко раздвинуть ноги.

— Пожалуйста, — шепчет она.

Я опускаюсь на колени в изножье кровати, приподнимаю с простыни голову Лэйк и осторожно вытаскиваю из-под нее волосы, чтобы они свисали с края.

— Что «пожалуйста», малышка? — спрашиваю я, наблюдая за тем, как вздымается ее грудь.

— Я... я не могу... — она закрывает глаза.

— Что не можешь? — я протягиваю руку и массирую ее грудь, что вызывает у меня стон. — Не можешь