Девочка бандита - Дана Блэк

Я сглотнула, задрожала.

Знаю, как мама отреагирует. За сердце будет хвататься, плакать. Она не такого мне будущего желала. А отец…

Он же тогда в доме был. Готов был меня до последнего защищать. В драку бы ввязался, но меня не отдал. Если папа узнает с кем я хочу жить связать, он точно меня запрёт. Никуда не отпустит, и тогда Нил сам приедет.

А я не хочу, чтобы они ругались!

— Ты им не скажешь, — произнесла твердо, встретившись глазами с сестрой. — Ты вообще забудешь про то, что здесь слышала. И никому не расскажешь. Тем более не будешь использовать эту поездку как очередную историю для интервью.

Люба загорелась, словно за секунду забыла об опасности.

Улыбнулась мечтательно, а я выругалась.

Видимо, сама только что подала ей идею.

Уже вижу эти заголовки: Люба на отдых приехала, а влюбленный Хаз её поджидал. А учитывая, что сестра рассказала часть правды — роман припишут мне или Вере.

И снова никакого спокойствия.

Всё по кругу.

Из-за того, что сестра молчать не умеет.

— Ты всё забудешь, — повторила с нажимом, двинулась к сестре. — Тебе мало было ранения? Ты хочешь, чтобы Нил лично с тобой разбирался? Он же разберется, Люб. Прекрати вести себя так, будто ты бессмертная.

— Мелкая, ты кому угрожать собралась? Ты хоть знаешь…

— Это была не угроза.

Я смертельно устала от этого.

Пытаться Любу оправдать, помочь ей.

Последние минут десять мы с Верой наперегонки пытаемся её вытянуть, спасти. Защитить от ответки, которую сестра заслужила.

А она ведёт себя так, словно ей все должны.

Будто ничего страшного не происходит.

Будто Нил действительно в неё влюблён и ничего не сделает.

Только он сделает.

Уже людей нанял, чтобы Любу подстрелили.

Я надеялась, что хоть это её образумит.

Зря ждала от неё благоразумности.

— Я сейчас дверь открою. И Хаза позову, — сказала. И сестра тут же замолчала. — Вот это была угроза. Люба, прекращай вести себя как какая-то звезда. Начни думать. Потому что из-за тебя я больше не буду выгребать.

— Правда, Люб, — Вера меня поддержала, рядом стала. — Это давно не смешно. Там за дверью — три Хазова. И каждый мечтает с тобой разобраться за то, что ты на телеканалах рассказывала. Мы сейчас отсюда уйдём, а ты полетишь домой. Сразу, чтобы тебя никто не увидел.

— Я отдохнуть сюда прилетела. Не собираюсь бегать. Да и мама будет спрашивать…

— Придумаешь что-то. Ты хорошо истории сочиняешь. Но я тебе серьезно говорю. Если ты опять будешь по интервью бегать или попадешься на глаза Хазовым, то…

— Разбираться с ними будешь сама.

Закончила вместо Веры.

Быстро переоделась в темное платье в пол, влажные волосы стянула в пучок на затылке.

Руки дрожали, когда быстро всё собирала.

Я будто точку поставила в отношениях с Любой.

Но всё равно страшно, что Нил сюда войдёт.

Даже не из-за сестры боюсь.

Из-за того, как это на нас с мужчиной повлияет.

Я первой вылетела из раздевалки, налетела на широкую грудь Хаза.

Прижалась к нему, обнимая.

Без слов просила убедить меня, что всё будет хорошо.

— Что такое, куколка? — он весь напрягся, считал моё состояние. — Кто тебя расстроил?

— Никто. Пошли быстрее, — потянула его за собой. — Я очень голодная. А где Вадим и Лев?

— Отправил их в ресторан, нечего здесь ошиваться. Раз ты полуголая бегаешь.

— Они точно не на меня смотрели бы.

— Да, — Хаз хмыкнул, крепче сжимая мою ладонь. Выровнял шаг, рассматривая моё лицо. — Их другая девчонка интересует. Врачиха где гуляет?

— Я здесь.

Вера быстро нас догнала. Одна.

Господи, пусть у Любы хоть раз инстинкт самосохранения включится. Не станет лезть на рожон, а быстро улетит домой.

Я постоянно оборачиваюсь, напрягаюсь, когда слышу женский голос.

В ресторане сижу вся как на иголках.

Прошу Нила заказать вместо меня, строчки меню плывут перед глазами.

Молчу всё время, переглядываюсь с Верой.

Нас усадили спиной ко входу, теперь никак не отследить!

Божечки, что же делать?

— Ага, — сестра отвечает невпопад, вся напряжена как струна. Сжимает мою ладонь под столом. Мы обе чувствуем нависшую угрозу. В любой момент всё разрушится! — А о чём ты спрашивал?

— Доктор, я только что предложил тебе отлизать, — Вадим хмыкает. — После ужина устроим?

— Ты… Нет. Что?

— Так, девочки, — Лев скрещивает руки на груди. — Что с вами случилось? Вы выглядите так, будто в раздевалке труп прятали.

— А могли нас попросить, мы бы помогли. За определенную плату. Естественно, долг только на врачихе будет.

— Умолкните, — Хаз быстро обрывает веселье. — И пересядьте.

— Легко.

Младшие Хазовы с радостью пользуются этой возможностью сесть рядом с Верой. Лев протягивает мне руку, помогая подняться, и подталкивает в сторону Нила.

Несмело шагаю к нему.

Падаю рядом, боясь сделать неверное движение.

Мне кажется, он всё понял. Интуитивно почувствовал, узнал про всё.

— Куколка, на меня посмотри, — Хаз обхватил мой подбородок. — Выкладывай.

— Нил, послушай, — Вера попыталась влезть, но осеклась под тяжелым взглядом мужчины.

— Ребят, лучше прогуляйтесь с врачихой. Пока ужин принесут, мы успеем поболтать.

Нас с Верой даже не слушали, сами всё решили.

Буквально несколько мгновений, и сестру под ручки увели на веранду. Она что-то втолковывала парням, но безуспешно.

Я задрожала, представляя реакцию

Хотела быть с ним честной…

И не могла.

— Прости, — прижалась к нему, обняв за шею. — Сегодня сложный день был.

— И что случилось? Я в последний раз спрашиваю, Надь. Не смей мне врать.

— Мне так страшно, что у нас не получится. Ты ведь…

— Заканчивай, куколка. Какой я?

— Сложный, — провела пальцами по его темной рубашке. — Я просто иногда не знаю, как с тобой быть.

— С утра тебя всё устраивало.

— Да, я знаю. И сейчас устраивает! Есть просто вещи, которые меня пугают. Я не прошу тебя измениться, естественно. Я просто не знаю, как ты отреагируешь на некоторые вещи. И послушаешь ли меня, если наши желания будут разниться.

— А ты попроси, куколка. И посмотрим, что я сделать могу.

— Обещаешь? Не решать с горяча, а хотя бы немного прислушиваться ко мне?

— Обещаю.

Я потянулась к мужчине, прижавшись к любимым губам.

Обхватила ладонями его лицо, будто заново изучая.

Такое знакомое, родное.

Вздрогнула, когда Нил опустил ладонь на мои ягодицы. Погладил, заставляя жалеть, что мы не в номере.

И плевать так было.

На то, что мы в ресторане не одни, что неприлично это.

Потому что когда мы так близко с Хазом, кожа к коже, смешанное дыхание — мне на всё плевать. Есть только мы, ничего больше не волнует.

Я вся пропиталась