Шёпот судьбы - Кэтрин Коулз

в порядке. Но впервые за всю жизнь я давал себе поблажку. Это займет время. Мы пережили травму, которая открыла старые раны.

Когда мы миновали дорожный знак с надписью «Сидар-Ридж», напряжение в груди немного спало. Мы были почти на месте.

— Ты знаешь, что я рядом, если тебе нужно поговорить, — сказал Джек, сбавляя скорость.

— Спасибо, чувак. Извини, что всю дорогу был в плохом настроении.

Особенно, когда Джек бросил все, чтобы в рекордно короткие сроки помочь мне вынести вещи из квартиры и перевезти их домой.

— Не парься. Можешь отплатить мне пивом.

Я усмехнулся.

— Я уже попросил Нэша принести тебе на пробу местного эля.

Джек усмехнулся, сворачивая на гравийную дорогу, ведущую к хижине.

— Видишь, твоя сварливая задница уже прощена.

— Легко отделался.

Он хмыкнул.

— Уверен, что твоя девушка хочет, чтобы твоя колючая задница жила с ней?

— Надеюсь, что да, потому что у моего риелтора уже есть предложение на квартиру.

Глаза Джека расширились.

— Ты не спросил у Рэн разрешения переехать к ней?

— Я сказал ей, что остаюсь здесь.

Он застонал.

— Ты действительно не разбираешься в женщинах. Некоторые сюрпризы — хорошие. Цветы, маффины, поездка на Гавайи. Некоторые сюрпризы — плохие. Любое изменение в домашнем декоре, визит ее родственников, серьезные жизненные перемены … например, переезд.

По мне скользнуло беспокойство.

— Просто паркуй чертов грузовик.

Джек остановился перед хижиной.

— Рад стать свидетелем того, что она тебе устроит.

Я проигнорировал его и выпрыгнул из грузовика. Джека я ждать не стал. Вместо этого пошел прямиком в дом.

Мама, папа и сыновья Лоусона подняли глаза, когда я ворвался внутрь.

— Все в порядке? — спросила мама.

Я кивнул.

— Рэн в своей комнате?

— Она с Грэй смотрит фильм, — ответил папа.

В безопасности. Она была в полном порядке. Но я не смог бы нормально дышать, пока не встретился бы с ней взглядом. Открыв дверь спальни, я вошел внутрь и замер.

На глазах Рэн блестели слезы, а их отголоски усеивали ее щеки.

Грэй ухмыльнулась при виде меня.

— Я же говорила.

— Что. Случилось? — прорычал я.

Грэй вскочила с кровати и, проходя мимо, похлопала меня по груди.

— Вам двоим нужно поговорить. — Она наклонилась ко мне поближе и прошептала на ухо. — Она боится тебя потерять.

Грудь сжало, и мой взгляд метнулся к женщине, которая навсегда завладела моим сердцем. Я подошел к ней, сбросил ботинки и забрался на кровать.

Как можно острожнее, притянул ее в объятия.

— Почему ты плачешь? Я бы не ушел, зная, что ты расстроена.

Рэн шмыгнула.

— Я испугалась.

— Чего? — спросил я, убирая прядь волос с ее лица.

— Ты не говоришь о том, что произошло.

Мои брови сошлись вместе.

— Ты исцеляешься. Я не хотел возвращать тебя к плохим воспоминаниям.

Рэн посмотрела на меня, изучая мое лицо.

— Ты постоянно в движении. Готовишь еду. Исправляешь все по дому.

— Разве это плохо?

На ее глаза снова навернулись слезы.

— Ты делал так раньше. Пытался решить всё.

И тут я понял.

— А потом я ушел.

Рэн кивнула, вытирая слезы.

Боль пронзила глубоко.

— Кузнечик. Мне чертовски жаль. Мои попытки все исправить и облегчить тебе жизнь, насколько это возможно, не означают, что я сбегу.

Ее мокрый взгляд поднялся к моим глазам.

— Ты винишь себя в этом?

На мгновение я замолчал, пытаясь подобрать слова. Моим первым побуждением было защитить Рэн и сгладить границы моих истинных чувств. Но каждый раз, когда я так поступал, это ни к чему не приводило. Поэтому вместо этого я подыскивал слова абсолютной правды.

Я переплел наши с Рэн пальцы. Мне нужен был этот контакт, я хотел заверить ее, что никуда не уйду.

— Когда он тебя похитил, я пребывал в темноте. Во мне было так много гнева — на Джуда, на себя. Я тонул в нем. А когда думал, что мог потерять тебя… снова? Я превратился в развалину.

— Это не ответ.

Я сжал ее руку.

— Мне казалось, что одержимость Джуда — это моя вина. Всем этим невинным людям причинили боль, потому что он использовал Рэнди и Пола как щит, чтобы скрыть то, что ему действительно хотелось. Сделать больно мне.

Рэн подняла руку к моему лицу, коснувшись ладонью моей щетины.

— Это вина Джуда.

— Я знаю. Папа поговорил со мной в больнице и вправил мне мозги. Но я не идеален. Я не могу в одночасье изменить то, как мой мозг работал последние десять лет. Некоторые демоны все еще атакуют. Но я не позволю им победить. Я с тобой, Рэн. Навсегда. Больше мне не нужно справляться в одиночку, потому что так будет правильно.

Рэн прижалась лицом к моей шее.

— Мы можем бороться с ними вместе. Просто нужно говорить об этом. Всегда.

Я наклонился к ней.

— Это касается и тебя. Если боишься, что я уйду, скажи мне.

— Я была напугана. Я не хочу потерять тебя. То, что у нас есть сейчас… это гораздо больше, чем я мечтала.

На моем лице расплылась улыбка.

— Рад, что ты так думаешь, потому что сегодня я кое-что сделал. Подумал, это будет хороший сюрприз, но Джек назвал меня идиотом и сказал, что мне следовало сначала поговорить об этом с тобой.

Рэн нахмурилась.

— Что ты сделал?

— Выставил свою квартиру на продажу на прошлой неделе. Вчера мое предложение было принято. Сегодня я съехал.

Ее глаза расширились.

— Ты был очень занят.

Я усмехнулся.

— Ничего, если я перееду к тебе?

На глаза Рэн снова навернулись слезы.

— Черт. Это хорошие слезы или плохие?

— Хорошие, — прошептала Рэн. — До того, как Эмбер похитила меня, я стояла в этой комнате и думала о том, как здорово было бы сделать этот дом нашим. Перевезти сюда твои вещи. Выбрать декор. Перекрасить.

Напряжение, охватившее меня в момент ухода этим утром, наконец-то спало. Я прижался лбом к Рэн.

— Ты же понимаешь, что мы никогда не договоримся о цветах краски.

Она выдохнула.

— Тогда мне не терпится вступить с тобой в бой за каждую стену.

— Ничто не сделало бы меня счастливее. Я люблю тебя, Рэн. Правда. — Я отстранился, чтобы заглянуть ей в лицо. — Ты со мной?

Рэн просияла.

— Я с тобой.

Глава 48

РЭН

НЕДЕЛЮ СПУСТЯ

Я откинулась на спинку дивана и стала изучать стену — или пыталась ее изучать. Сексуальный, как грех, мужчина, стоящий перед ней, отвлекал внимание. Что такого в джинсах и простой белой футболке?

Холт указал на первый цветной квадрат, нанесенный на стену гостиной.

— Шалфейный луг.

Я промычала.

Он