Женить короля любой ценой - Виктория Серебрянская

четвертого дня, когда камеристка принесла мне ужин, я сползла с кровати, несмотря на все ее протесты, затянула потуже поясок на разом уменьшившейся в объеме талии, накинула сверху на плечи шаль и села к столу. Есть в постели надоело. Подождала, пока Миста наполнит мою тарелку тушеными овощами, куриной ногой и паштетом. А потом кивнула на стул напротив:

— Присядь.

Забавно было смотреть, как настороженно, будто испуганный воробышек на ветку, горничная бочком присаживается на стул, настороженно глядя на меня. Я фыркнула, берясь за вилку:

— Не смотри на меня так, словно я тебя собираюсь съесть вместо этой ноги, — я ткнула вилкой в несчастную курицу. — Я просто хочу узнать свежие сплетни. Что происходит сейчас во дворце, что с отбором, как поживают невесты, король и королева-мать.

Миста расслабилась:

— Невесты сидят по комнатам или гуляют по дворцу или парку, — начала она свой рассказ. — Король занимается какими-то делами. Точно не знаю, но вроде бы прибыла какая-то делегация и Его Величеству сейчас не до Отбора и не до невест. Королева-мать… — Миста на миг замялась, но потом, видимо, решила выложить все, что она знает: — Знаете, леди Полина, королевы-матери, кажется, нет во дворце. На кухне сплетничали, что они с Его Величеством сильно поругались в тот день, когда вы заболели, а леди Алисия оказалась в спальне королевы-матери. И Ее Величество со свитой наутро спешно куда-то уехали.

Я даже есть перестала. Хотя овощи оказались очень и очень вкусными.

— Интересно… А что Кэт? Она приходила ко мне? А эльфийский принц?

Миста помотала головой:

— Эльфы сейчас постоянно с Его Величеством. А леди Каталина заходит каждый день, чтобы справиться о вашем здоровье. И сразу же уходит. Кроме герцогини Шалиньян, больше никто не приходил, — отчиталась Миста.

Я задумалась. Как-то все было слишком гладко. И это почему-то пугало. Особенно если учесть, что про меня все словно позабыли. Впрочем, о последней своей мысли я пожалела достаточно быстро. Когда еще до того, как я закончила ужинать, по мою душу явилась королева-мать. Вот честное слово, не вспоминала она обо мне несколько дней, пусть бы и дальше не помнила!

— Садись и доедай! — ласково приказала мне Ее Величество, едва я вскочила из-за стола, чтобы приветствовать королеву положенным реверансом. Он мне категорически не удавался, я постоянно норовила завалиться на бок, но и раздражать королеву, не зная, зачем она сейчас пришла, я не хотела.

Королева пришла одна. Присела за стол напротив меня, на то место, где раньше сидела Миста, милостиво кивнула моей камеристке, когда та, не смея поднять глаз, поставила перед королевой-матерью чашку с горячим, душистым напитком, а потом властно приказала:

— Оставь нас!

Миста торопливо юркнула за дверь. А я проглотила вздох вместе с тушеными овощами. Кончик языка жгло: «Вы же уехали!» Страдала, Полинка, что про тебя все забыли? Ну вот получи и распишись!

— Не стоит так нервничать, девочка, — снисходительно усмехнулась мне королева, касаясь губами края чашки из тончайшего фарфора, которую она обеими руками изящно поднесла ко рту. — Я не собираюсь тебя ругать. Да и Эльдан не сердится. Скорее, озабочен происходящим.

Есть под пристальным взглядом королевы было просто невозможно. Я аккуратно отложила в сторону ложку, сложила перед собой руки, как примерная девочка и рискнула спросить:

— Что теперь будет?

Королева или не поняла меня, или сделала вид, что не поняла:

— Да ничего особенного. Подождем твоего полного выздоровления, проведем конкурс, сделаем его последним. Распустим остальных участниц по домам. Объявим о вашей с Эльданом помолвке. И будем готовиться к свадьбе.

Ожидаемо. Но на душе снова почему-то активизировались точащие коготки кошки. Хотя я честно постаралась запихнуть неприятные ощущения подальше.

— Ваше Величество, — мой голос, несмотря на все усилия, дрогнул, — можно спросить?

Королева улыбнулась. Светло, солнечно, тепло.

— Конечно, девочка моя.

— Почему я? — Я все-таки подняла взгляд и посмотрела королеве-матери прямо в глаза. — Я же не гожусь на эту роль! Образование недотягивает, этикета не знаю. Мое дело продавать колбасу! Да и… Ваш сын никак не выделяет меня среди других, — обтекаемо описала я беспокоящую меня ситуацию.

Взгляд королевы сделался острым еще на словах про этикет. Маска безмятежности и благожелательности сползла с гладкого красивого лица, как шкурка с линяющей змеи. Ее Величество отставила в сторону чашку и переплела перед собой холеные пальцы, украшенные парой крупных драгоценных колец.

— Почему ты… — медленно протянула она