Академия зодиаков. Статус выше любви - Анастасия Нуштаева

Кто-то засмеялся. Кире смешно не было. Она обняла себя, и прислонилась к стене. Но тут же отпрянула — та оказалась холодной. Кира не рассчитывала, что будет ждать на улице, поэтому не захватила теплую форменную кофту. Впрочем, многие поступили так же, поэтому Кире хотя бы обидно не было.

— Народ, а кто-то реально помогал? — спросил тот же Дева.

Никто не ответил.

— Ну здорово! — горько усмехнулся он.

Снова кто-то захихикал. Но это было нервное.

Кира рада была размять ноги. Но хватило бы пары минут. А торчать на морозе, пускай легком, ей пришлось почти час. То и дело из зала выходил очередной студент и называл имя того, кого Кант приглашал к экзамену следующим. Киру все не вызывали.

Когда студентов осталось немного, все они дрожали так, что это даже было заметно. Чтобы согреться, Кира быстро ходила из стороны в сторону и махала руками. Косо на нее не смотрели. Понимали. Вскоре некоторые из оставшихся тоже занялись физкультурой.

А потом Кира осталась одна.

— Иди, — сказал смелый парень Дева.

Наверное, Кант услышал, как тот его обзывал, вот и заставил дольше всех стоять на морозе. Но если так — что же такого страшного сделала Кира, раз ее он оставил последней?

Кира кивнула и зашла в стихийный зал. Затем аккуратно закрыла за собой дверь и развернулась. Кант, как и когда она выходила, сидел за столом, на котором лежала внушительная куча песка.

Шаги Киры гулко разносились по стихийному залу. Оказывается, тут было эхо. Впрочем, не удивительно. Просто доселе Кира не находилась здесь ни с кем один на один. Кроме нее в зале всегда было полно народа — следовательно, и звуков.

Остановившись возле парты, Кира перестала себя обнимать. Жарко не стало, но под пристальным взглядом, да еще в помещении, она быстро согрелась.

— Билет?

Кира протянула бумажку, которую все это время сжимала в ладони, так что выглядела она теперь плохо. Тем не менее Кант спокойно ее принял и быстро прочел. Затем махнул рукой, и из кучи песка сформировалась мышка. Первые несколько секунд она не шевелилась, и ни звука не издавала. Но потом Кира заметила, как она шевелит усами.

— Глыба, — сказал Кант.

Кивнув, Кира приподняла обе руки, и закрыла глаза, чтобы сосредоточиться. А когда открыла — вместо мышки была глыба.

Когда она улыбнулась, Кант сказал:

— А теперь лилия.

Кира напряглась. Остальные по одному преобразованию делали. Почему ей сказали совершать второе?

На миг нахмурившись, Кира постаралась скрыть досаду. Кивнула и снова приподняла руки. Ненадолго задумалась, а потом вместо огромной каменной глыбы, которая почти закрывала Канта, на парте образовалась роза. С крупным бутоном и колючками, чуть более темными, чем стебель.

Кира улыбнулась и открыла рот, чтобы сказать, какая красивая получилась роза. Но не успела. Кант вдруг сказал:

— Песок.

Улыбка слетела с Киры.

— Но… — начала она.

— Песок.

Облизнув сухие губы, Кира вгляделась в лилию. Она стала песком быстрее, чем мышка глыбой, и глыба — лилией.

— Отлично, — сказал Кант, делая какие-то пометки в бумагах. — Просто отлично.

Он сложил свои документы и взмахнул рукой. Песок исчез. Затем Кант взял бумаги подмышку, поднялся, и вышел из-за парты.

— Я могу быть свободна? — спросила Кира, шагнув в сторону, чтобы пропустить Канта.

Остальным он говорил «свободен» или «свободна», а с Кирой промолчал. Вряд ли забыл, ведь так?

Едва заметно улыбнувшись, словно радуясь догадке, Кант сказал:

— Отнюдь. Мы с вами идем писать объяснительную.

— Что?! — воскликнула Кира.

Она отшатнулась и, забыв, как сегодня в стихийной зале выставлены парты, налетела на одну из них, едва не упав.

— Почему вы так удивлены? — спросил Кант.

Он прошел пару метров, но, заметив, кто Кира не торопится следовать за ним, остановился и развернулся.

— Я… — начала Кира, показывая, что она так опешила, что даже не может ответить.

— Хотите сказать, не вы помогали товарищам в первой половине экзамена? То есть начали вы не с самого начала, а где-то человека с десятого.

— Это была не я! — сказала Кира с возмущением. — С какого… С чего вы это взяли?

Кант поджал губы и шумно выдохнул.

— Вы еще и врете.

— Да не вру я!

Качнув головой, Кант двинулся вдоль парт. Кира поняла: тот не настроен на разговор, и ожидает лишь того, что Кира пойдет за ним. Ей захотелось закричать, обозвать его, поставить подножку, чтобы Кант упал, и выглядел глупо. Ну или хотя бы ногой топнуть от негодования.

Но Кира сдержалась. Не даром ведь она Земля. Затем Кира глубоко вдохнула, выдохнула, и устремилась за Кантом.