Дом отравы и крови - Алексис Л. Менард

Я понятия не имела, что за женщина смотрит на меня из зеркала. Слишком уж она была красива, чтобы оказаться той, что была на месте моего привычного отражения. Это была та я, к которой я могла бы привыкнуть. Дело было даже не в избытке макияжа или идеальной укладке волос, не в откровенном платье, которое, стоило признать, сидело на мне как влитое. Это была женщина, о которой впервые в жизни позаботились. Это платье и все его вырезы, моя прическа и уделяемое ей внимание, все остальные мелочи и детали напоминали о том, что я больше не одна в мире, где была вынуждена заботиться о себе сама.

И это было приятно, несмотря на мимолетность ощущения.

– Что ж… не так плохо, как я думала, – признала я.

Черные бархатные бретели спускались по плечам и груди, встречаясь у пупка. Ткань облегала изгибы моей фигуры, как вторая кожа, защищая от любых непристойных взглядов. Юбка была украшена куда щедрее. Поверх алой подкладки шел прозрачный верхний слой. Внешняя ткань была расшита сотнями переливающихся черных камней, складывающихся в узор, который ярко выделялся на фоне красной подкладки.

– Вот видите? – спросила она, скрестив руки на груди. – Идеально. Пойду принесу ваши перчатки.

– Ты точно не хочешь пойти с нами? – уточнила я. – Уверена, мы подыщем тебе наряд…

– Однозначно нет, – ответила она, – воспользуюсь выходным и навещу друга.

В дверь спальни нетерпеливо постучали. Сэра открыла и улыбнулась тому, кто стоял на пороге.

– Доброго вечера, мистер Аттано.

– Сэра, она готова? Эсме и парни уже ждут в экипажах.

Я шагнула к двери, поспешно натягивая вторую перчатку, и наши взгляды встретились. Николаи всегда одевался безукоризненно, но сегодня он был просто воплощением элегантности и шика. Рельефный узор его пиджака фамильного красного цвета Аттано совпадал с тем, что украшал мою юбку. Он оглядел меня с головы до ног и провел руками по отглаженным до блеска лацканам, от чего пиджак, кажется, сел на его широких плечах еще лучше.

– Ты выглядишь… – начал было он, но, казалось, потерял дар речи и замолчал.

– Иначе, – закончила я за него.

Он кивнул, продолжив пожирать меня глазами.

Сэра откашлялась, посмотрев между нами.

– О Святые! Вы на время посмотрите. Мне пора.

Она схватила сумочку и тихо попрощалась со мной. Когда она вышла, Нико приблизился, чтобы лучше разглядеть детали.

Я сглотнула, ощутив себя абсолютно голой под его внимательным взглядом.

– И кстати, спасибо за платье. Когда ты сказал, что позаботишься о нем, я не ожидала, что оно будет пошито на заказ.

Он моргнул, словно выходя из транса.

– Разумеется, – ответил он наконец, подходя еще на шаг ближе. – Мы же впервые появимся на публике как пара. Ну и что бы я был за муж, если бы позволил тебе прийти на бал в том же, что носят и другие женщины, у которых есть След?

– Самый обычный, – ответила я.

Он лишь фыркнул.

– Нашу ситуацию не назовешь обычной. – Он встал передо мной, закрутив каштановую прядь, которая привлекла его внимание. – Милла, я должен кое-что рассказать тебе о сегодняшнем вечере.

Я сложила руки на груди.

– И что же?

Он посмотрел мне прямо в глаза.

– Когда Аттано пришли к власти в Роу, мы очень много кому заступили дорогу. Есть потомки Отмеченных, которым мы мешаем жить одним своим существованием, и они хотели бы столкнуть меня с трона. Есть среди них и те, кто ненавидит Маркезе, о чем, я полагаю, ты прекрасно знаешь. И для того, чтобы сегодняшний вечер прошел гладко, мы должны выглядеть убедительно.

– Убедительно? – переспросила я. – Не понимаю.

Он задержал дыхание, засунув руки в карманы.

– Мы должны убедить всех присутствующих в том, что женаты по любви, а не связаны деловыми обязательствами. Если другие семейства узнают, что мы провернули это все ради денег, они вполне могут ухватиться за возможность тебя использовать и вмешаться в наш с тобой договор. Особенно Сабина. Понимаешь, о чем я веду речь?

– Мне грозят неприятности не только потому, что я Маркезе, но и потому, что я Аттано?

– Совершенно верно.

Я пожала плечам и стала искать пилюли с «бликами», которые купила на днях, когда мы были в Паровом Округе.

– Уж к опасностям мне не привыкать. А вот убедить окружающих, что ты мне симпатичен, будет посложнее. – Я вскрыла обертку и проглотила синюю капсулу, чувствуя, что в логове потомков Отмеченных Следом буду защищена хоть немного лучше. – Однако если мне за это бесплатно нальют игристого, то я готова попытаться.

– Это должна быть не просто симпатия, Милла. – Он подошел ко мне сзади и мозолистыми пальцами убрал локоны с моей спины. – Тебе придется по-настоящему полюбить меня этим вечером.

От его взгляда у меня по позвоночнику пробежали мурашки, которые благодаря глубокому вырезу не остались для него секретом. Я никогда не понимала, как тепло его пальцев может пробирать до костей и почему я, даже раскрасневшись от жара, вздрагиваю от его прикосновений.

– А не сделаем ли мы только хуже, если заставим всех поверить, что искренне любим друг друга? – с подозрением спросила я. Вопрос был странным. – Не стану ли я из-за этого еще более удобной мишенью, если кто-то увидит во мне средство, с помощью которого можно на тебя надавить?

– И такое может быть, однако если два влиятельных семейства объединяются с деловыми целями, это точно будет означать для всех угрозу, – спокойно ответил он. Кончики двух пальцев скользнули по моему позвоночнику вниз, туда, где под бархатом платья скрывалась метка Блуждающего в пустоте. – Влюбленным же скрывать нечего.

Я повернулась к нему лицом, чувствуя движение его рук по своей талии.

– А кто-то еще из твоих любовниц заявится на бал? Просто чтобы знать, а то вдруг тебя опять кто-то случайно зацелует.

Он на мгновение усмехнулся правым уголком губ.

– Сегодня вечером только ты можешь меня зацеловать, принцесса.

– Надо же, какая щедрость, – сухо бросила я. – Обойдусь как-нибудь.

– Еще не вечер. – Все еще стоя позади меня, он взял кинжал с моего комода. – Ты уже пропитала ножи «бликами»?

– Некоторые. Осталось только ножны надеть, и я готова.

Взяв в руки кожаную перевязь, я приподняла юбки, чтобы пристегнуть ее к ноге, которую не открывал разрез до бедра, но совладать с ремешками, держа в руках столько материи, было нелегко.

– Дай-ка я, – вмешался Нико, увидев, как я мучаюсь, пытаясь удержать равновесие. – Пока ты себе лодыжку не сломала на этих дурацких ходулях, которые называешь туфлями.

Не дав мне отказать,