Женщина для утех семьи Бэкхейм - Ефимия Летова

«Творец простит», — хотела я сказать, но снова промолчала, закусывая слова до крови, втягивая их в себя, как воздух.

* * *

Лорд Авертер помог мне выбраться из экипажа. Вид замка Бэкхеймов, усилившееся жжение артефактов в ухе немного меня отрезвило. Некогда было переживать из-за надежд, и без того не имевших никакой возможности воплотиться в реальности. В реальности, в которой уже сегодня вечером мне предстоит обслуживать лорда Ликора или его сына, и никакой подсвечник уже не поможет. А потом отмываться до скрипа, чистить зубы, вымывать с себя чужой запах, тогда как тонкий табачный привкус лорда Авертера я сохранила бы, как духи.

Глупо сожалеть о несбыточном, глупо было всё, что я делала. Но теперь, выйдя из экипажа и подставляя холодному пронзительному ветру разгорячённое лицо, я вдруг подумала, что больше не буду пытаться сдерживать себя и отказываться от возможности заполучить хоть что-то. Осталось чуть меньше двух недель. И ещё два письма.

Потратив отведённое для обсуждения стратегии нашего последующего поведения время на поцелуи и последующее глухое молчание, мы так и не договорились, что будем говорить по поводу нашей затянувшейся отлучки. Впрочем, объяснения и оправдания нужны были мне, а не ему. И эти оправдания я не продумала совсем, уже начиная с того момента, что не решила, а кто, собственно, дал мне разрешение на выход из замка: лорд Авертер или его мать?

Вопреки моим нелепым опасениям у ворот замка нас никто не встретил. Слуги посмотрели на меня без особого интереса. Переполоха внутри также не наблюдалось, и мне вдруг подумалось, а вдруг никому и дела до меня нет? Может, всем попросту наплевать… Ну не было меня один вечер, так никто и не заметил.

— Можете ссылаться на меня, — глухо, глядя в сторону, сказал лорд Авертер, словно прочтя мои мысли. — Я разрешил, я сопровождал. Расскажите о матери. Вас не должны ни ругать, ни как-либо наказывать. Если будут какие-то сложности… одним словом, перенаправляйте ко мне по всем вопросам. Хотя, нет. Зайду сейчас к матери, а потом сам поговорю с дядей. Идите к себе.

— Да, лорд Авертер.

Мы помедлили друг рядом с другом ещё несколько мгновений. Воспоминания о недавней близости, кратковременной, недостаточной, но более чем жаркой, ещё будоражили, требовали продолжения, повторения. «Меня тянет к вам», — сказал мой хозяин, и я не хотела вспоминать никакие другие его слова. Я подождала, пока он совсем скроется из вида, а затем стала подниматься по лестнице сама, медленно, словно каждая ступенька приближала меня к Железной Гойде.

* * *

Лорда Ликора я заметила издалека. Он шёл ко мне с противоположной стороны коридора второго этажа, грозный и неотвратимый, как Лазарт, легендарный воин-лекарь, первый из сторонников Изначального — если бы великолепный Лазарт набрал десятка три лишних килограммов. Мысль была забавная, но смешно мне не было, напротив. Судя по лицу лорда, моё отсутствие ещё как заметили. И никаких оправданий слушать лорд Ликор не собирался.

Несмотря на свою грузную комплекцию, силы в нём было немеряно. Он очень быстро преодолел разделявшее нас расстояние и резко, без какого-либо предисловия, отвесил мне оплеуху. Меня вдавило в стену, в голове зашумело, зубы больно ткнулись в щёку, но от неожиданности я даже боль ощутила не сразу.

— Как ты могла! Уйти! Не спросив меня! Не предупредив! Что он понимает, этот мальчишка, что ты понимаешь, два безмозглых, малолетних…

Лорд Ликор чуть ли не рычал, буквально выплёвывая слова мне в лицо.

Я потрясла головой, казалось, всё ещё чуть вибрирующей от его удара. Разумеется, я не собиралась перекладывать вину на лорда Авертера, потому что никакой его вины в моей отлучке не было, наоборот, это было только моё желание.

— Простите…

— Ах, «простите»! — лорд Ликор ухватил меня за локоть и потащил за собой. — Почему ты мне ничего не сказала, дура?

Мы добрались до третьего этажа, и он почти втолкнул меня в свой кабинет, но не успел и слова сказать — кабинет неожиданно оказался занят. Леди Асгая стояла у окна, сложив на груди руки. При нашем шумном появлении — лорд сопел, как закипающий котёл, плотно прикрытый крышкой — вытаращила щедро накрашенные глаза:

— Убери девку, Ликор, мне надо с тобой поговорить! Сейчас!

— Позже, — буркнул хозяин, подрастерявший изрядную долю запала в присутствии законной супруги.

— Не позже, а прямо сейчас! Или ты хочешь сказать, что предпочтёшь общество этой девки…

— Да! — внезапно раненым вепрем заорал лорд Ликор. — Предпочитаю! Пошла вон, у меня дела!

— Нагнуть шлюху на стол — вот какие у тебя дела!

Лорд распахнул дверь пинком, выставил верещащую, как обвешенная на рынке крестьянка, супругу прочь — и запер дверь на ключ. Тяжело дыша, прислонился спиной к двери, в которую леди Асгая колотила ещё несколько минут. Уставился на меня — неожиданно спокойно и почти задумчиво:

— Сегодня утром в замок приезжал полицейский агент. Этот, как его, Миёс.

У меня сердце упало. Запуталось в рёбрах, повалилось ниже.

— Он узнал, что меня не было в замке?

Лорд Ликор отошёл от двери, осел на жалобно скрипнувший стул, схватил меня за руку и с силой усадил к себе на колено. Прижался колючей щекой к груди, замер, словно отсчитывая удары сердца.

Я молчала, не зная, как реагировать на эту внезапную, совершенно несвойственную ему ласку.

— Где ты была ночью? С мальчишкой Авертом? Спала с ним?

— Н-нет, — я споткнулась, не ожидая ревности, от кого угодно — только не от насквозь циничного и по большей части ко всему равнодушного главы семейства. — Нет, я была одна. Я спала одна, всю ночь!

— Плохо, — он вдруг спихнул меня с колена, уставился в лицо. — Это плохо, Рими.

— Почему? — не поняла я. Но, кажется, дело было отнюдь не в мелочной ревности — и меня это насторожило и напугало.

— Потому что сегодня ночью в одном из подпольных клубах пригорода Гладена некая юная девица, не показавшая своего лица, пыталась продать пропавшее кольцо отца — или кольцо, очень сильно на него похожее, — рявкнул лорд Ликор. — Сделка вроде как не состоялась, девушку не поймали, кольца тоже не нашли, но сама понимаешь… У них свои каналы отслеживания, я так понимаю. Я набрехал Урбаку… разное, так что он всё же уехал, но мне не поверил, тем более, что у тебя нет никаких доказательств собственной непричастности, верно? Ниточки выскальзывают, то тут, то там, боюсь, я не так