Жестокий трон - Кения Райт

Нет!

Я едва успел среагировать, но инстинкты сработали. Мне удалось откатиться в сторону в тот момент, когда клинок рухнул вниз, рассек плитку там, где секунду назад была моя грудь.

Удар был такой силы, что осколки и комья земли взметнулись в воздух.

Игнорируя боль, пронзившую тело, я попытался подняться. Ноги все еще дрожали и не хотели держать вес, но я не мог позволить себе оставаться на земле.

Отец снова занес Парящую Драгоценность, но тут произошло что-то странное.

Дядя Сонг закричал, и в его голосе звучал ужас:

— ЛЕО, БЕРЕГИСЬ!

Что?

Мы оба повернули головы в его сторону — и он, и я.

Вот дерьмо!

Глава 31

Рев арены

Мони

Двадцатью минутами ранее.

Лео сорвался с места, как последняя сучка, метнулся к дереву и полез вверх.

Оглушающий рев толпы сливался в симфонию страха, жажды крови и истерии, которая сотрясала арену, словно живое чудовище.

Этот звук царапал мою кожу.

Я сидела неподвижно на трибунах, все мышцы моего тела были натянуты до предела и дрожали, пока я смотрела, как Лэй бросается на своего отца.

Блять.

Сердце колотилось о ребра с бешеным, неумолимым ритмом, заглушавшим любую попытку здравой мысли.

Джо, сидевшая впереди, обернулась ко мне через плечо.

— Ты в порядке, сестренка?

— Нет, я схожу с ума.

Джо кивнула.

— Хотела бы я, чтобы мы могли что-то сделать.

Бэнкс сидел рядом с ней и не сводил взгляда с боя.

— Лэй настоящий отмороженный ублюдок. Он выиграет, Мони.

Слева от меня Дак все еще держал меня за руку, а справа Чен зацепил свой локоть за мою руку.

Я нахмурилась, глядя на обоих.

Лэй хотел, чтобы я оставалась на трибунах.

Эта простая просьба, оставаться на месте, ощущалась как невыносимая тяжесть, придавливавшая мою грудь.

Как я могла сидеть здесь, окруженная чужаками, которые вопили и требовали крови, пока мужчина, которого я любила, сражался за свою жизнь?

Каждый инстинкт в моем теле вопил, что я должна двигаться, что я должна броситься к нему, что я должна что-то сделать… хоть что-то, чтобы остановить это безумие.

С другой стороны от Джо голос Марсело прозвучал с неверием:

— Он полез за Лео на то дерево?

Я вздрогнула и посмотрела на Дака.

— Он может драться с ним, блять, на дереве?

Дак кивнул.

— Да, но…

— Что?

— У дяди Лео будет преимущество.

— Почему?

За него ответил Чен:

— Потому что если дядя Лео полез на дерево, значит, он запланировал это еще несколько недель назад. Там может что-то быть или…

— Какого хуя ты имеешь в виду «что-то может быть там»?

— Успокойся, Моник, — Чен вытер пот со лба. — Мы все на нервах.

— Если у Лео что-то есть на дереве, тогда бой будет аннулирован или, как минимум, мы все сможем выйти туда и сразиться с ним…

— Успокойся.

— Я не успокоюсь, — я снова посмотрела на творившийся хаос.

Кровь, мертвые черные вороны и белые цветы сыпались вниз.

Это такая ебаная жесть.

Я не могла отвести глаз, даже несмотря на то что хотелось закричать.

Лэй поднимался все выше и при этом каким-то образом все еще удерживал Парящую Драгоценность.

Над ним Лео двигался с неестественной ловкостью, а его смех разносился вниз, словно извращенный гимн.

Вот бы у меня были мои гребаные пушки. Я бы всадила пулю в башку этому ублюдку.

По крайней мере, Лэй не колебался, поднимаясь к нему. Чем выше он забирался, тем труднее мне было разглядеть его за черной массой воронов, белых цветов и листвы.

Позади меня тетя Мин закричала на Сонга:

— Это неправильно, и ты это знаешь!

Сонг проворчал:

— Если Лэй станет править, он должен быть готов к…

— Если станет править? Он все эти годы уже правил! — голос тети Сьюзи звучал так, словно она была готова влепить ему пощечину.

Сонг тяжело вздохнул:

— Лэй правил все это время, пока Лео и я прикрывали его спину.

Тетя Мин повысила голос:

— Зачем Лео завел Лэя на дерево?

— Скажи нам! — добавила тетя Сьюзи.

Сонг снова вздохнул:

— Я не знаю. Этого не было в плане.

— Ты ебаный ублюдок. Всю свою жизнь, вместо того чтобы попытаться быть хорошим человеком, Сонг, ты только и делал, что был хорошей шавкой для нашего брата, — прошипела тетя Мин. Она резко поднялась и закричала в сторону арены:

— Будь осторожен, Лэй! Спусти его с этого дерева!

Он услышал ее?

Я подалась вперед, тело рвалось сорваться с места, но руки Дака и Чена удерживали меня.

Я сказала тихо:

— Отпустите меня.

Голос Дака был напряженным:

— Сиди спокойно.

— Это херня какая-то, — я дернула руку вправо. — Тебе не нужно меня держать.

Дак подмигнул:

— Может, мне просто нравится держать тебя.

Я закатила глаза и дернулась в другую сторону.

Чен нахмурился:

— Прекрати дергаться. Лэю нужно сосредоточиться.

Сосредоточиться?

Как Лэй мог сосредоточиться, когда он там, наверху, сражался со своим отцом, окруженный хаосом и кровью?

Как они вообще могли ожидать, что я буду сидеть спокойно и ничего не делать, когда каждая секунда могла оказаться для него последней?

Я снова посмотрела на арену, и сердце разорвалось, когда я увидела, как Лэй изо всех сил пытался удержаться на окровавленных, скользких ветках.

Черт возьми.

Он был уже так близко к Лео, его меч сверкал, когда он рванулся вперед. Ветки под ним опасно качнулись, жалобно скрипя, будто вот-вот переломятся.

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.

Лео стоял над ним, восседая, как хищник, высматривающий свою жертву. Его ухмылка растянулась во всю ширь. Даже отсюда я могла разглядеть мелкие раны на его лице, оставленные воронами, которые пытались сопротивляться. Он будто вовсе их не замечал, но я только и желала, чтобы вороны выклевали ему эти гребаные глаза.

Я сжала кулаки.

— И… и что теперь?

Дак прошептал:

— Лэй должен либо убить его на дереве, либо стащить оттуда.

— Он сможет?

— Конечно.

— Лео будет жульничать?

— Конечно.

Когда их клинки наконец столкнулись, звук разрезал воздух — острый и яростный.

Боже мой.

У меня перехватило дыхание. Тело задрожало.

Как это вообще возможно?

Дерево стонало, пока они сражались.

Удары Лэя были безжалостными, его клинок рассекал воздух с убийственной точностью. Но Лео был быстрее, его движения были резкими и плавными, словно дерево принадлежало ему.

Давай же, милый.

И тогда Лэй ударил.

Парящая Драгоценность рассекла плечо Лео.

Во мне вспыхнула надежда.

Да!

Мои губы приоткрылись.

Лео исказил лицо жестокой гримасой