Куплю тебя. Навсегда - Галина Валентиновна Чередий

Стервозная ты баба, вот бы села сейчас в свою тачку и отчалила и без тебя проблем хватает.

— Чего? — изумился Леха. — Какое ещё удержание, пап?

— Добрый день, госпожа Володина! Конечно я знаком с тем, что вы озвучили, но не понимаю какое это имеет отношение ко мне. — ответил и опять посмотрел на Лильку, что затормозила у первой ступеньки крыльца. — Привет! Вы вовремя, все уже в сборе.

— Матвей, пожалуйста давай не будем… ничего. — сказала она тихо и очень устало, избегая смотреть мне в глаза. — Позови моих, мы уезжаем сейчас.

— Сейчас не выйдет. — ответил, а она резко вскинула голову и вдохнула, явно собираясь спорить или обвинять. — Дети уже умчались в бассейн и наверняка уже там бултыхаются. Придется, как минимум, ждать, когда они просохнут. Февраль на дворе.

— Лилька! — позади хлопнула дверь, мимо меня и Лехи промчалась Яна, чтобы повиснуть на шее у сестры.

Обняла, чмокнула в щеку, уткнулась лицом ей в ухо и что-то быстро зашептала, косясь на Леху.

— Что? — нахмурились Лилька. — Ты что несёшь?

— Лиль, ну пожалуйста, ты только не начинай! — отступив попросила Яна и даже ладони перед грудью молитвенно сложила. — Я и так не знаю, как маме сказать. Помоги, ты-то ведь должна понять.

— Понять? Ты сдурела?! — и не подумала успокоиться Лилька, отпихнула сестру с дороги и буквально взлетела вверх на крыльцо встав перед наследником со сжатыми кулаками. — С ним?! Рехнулась, Янка? Он же… ты же видела все! А ты… ты, мерзавец, как посмел к моей сестре полезть?!

— Лиль, не кипишуй, у нас… — начал Леха, но кто бы его слушал, Лильку уже походу понесло.

— Что вы за люди такие, а, Волковы? — развернулась она уже ко мне. — У вас, что, главная цель такая, моей семье жизнь отравлять и ломать? Мало мне тебя, всю душу вывернул, гад! Так ещё и сын твой взялся голову задуривать Янке. Что мы, блин, вам сделали? Или это нарочно? За что?!

— Лиля! Прекрати! — кинулась к Лехе Янка, тот ее мигом сграбастал и к себе прижал, поворачиваясь так, будто намеревался от всех прикрыть собой. — Я сама! Ты не знаешь какой Леша на самом деле!

— Это я-то не знаю?!

— Лиль, харэ орать на Янку!

— Моя сестра, хочу — ору! Отвалил от нее!

— Обломайся! Это вы все от нас отвалите!

— Я совершеннолетняя! Это мое дело!

— Дура ты! Ходил ведь к тебе Ванька! Нормальный пацан, как ты с Волковым то умудрилась…

— Да сдался мне ваш Ванька! Я Леху люблю!

— Какая, к черту, любовь! Он тебе жизнь сломает!

— Моя жизнь!

Короче, буквально за какую-то минуту обстановка превратилась во взрывоопасную и это я ещё толком и слова не сказал. С другой стороны, внезапно не я главный засранец, так что хоть какая-то польза от наследника в кои то веки.

— А ну тихо!!!— рявкнул я во всю мощь лёгких, перекрывая вопли обеих сестер и наследника. — Лиля, ты сдурела так психовать? О ребенке подумай!

— О ребенке? — повторила Яна. — То есть сама ты … Вы знакомы-то сколько, чтобы ребенка заводить? А на меня ещё орёшь?

Я почуял, что сейчас они закусятся по новой, поэтому опять рявкнул:

— А ну все в дом! — и сделав приглашающий жест Володиной, обхватил Лильку за плечи, отчего захотелось торжествующе оскалиться, как заполучившему-таки добычу в лапы зверю, и решительно повел внутрь.

Она сначала послушно пошла, опомнилась только в холле, вывернулась, тихо прошипела “не смей трогать меня”.

Да размечталась! Я тебя и так почти сутки не трогал и не видел, внутри от этого ноет так, будто меня до костей тоской-кислотой разъело.

Александры Вадимовны в холле не было, она, видимо, пошла за детьми к бассейну, и, к счастью, эпичную сцену на крыльце пропустила.

— Дорогие гости, прошу всех чувствовать себя максимально комфортно! Алексей, предложи дамам напитки, — тоном самого гостеприимного хозяина громко сказал я, крепко взяв Лилю за руку. — Как только удастся извлечь детей из водной среды у нас будет праздничный ужин по поводу воссоединения семейства Беловых, где мы в спокойной обстановке обсудим все вопросы и обменяемся важными новостями. А мы с Лилией, с вашего позволения, покинем вас на некоторое время.

— Господин Волков! Не забывайтесь! — шагнула к нам жена губера. — Не позволю принуждать…

— Госпожа Володина, решать сейчас Лиле.

— Я не хочу с тобой никуда идти. — тихо сказала Лилька, попытавшись вывернуть свою руку.

— Лиль, нам поговорить надо. О нас. Разве наедине не лучше будет?

— Лучше для чего, господин Волков? — продолжила напирать вредная баба и каких же сил мне стоило не послать ее ко всем хренам. Мне не до нее, не до кого вообще, кроме Лильки, что может в любой момент ускользнуть. — Для того, чтобы запугать или надавить?

— Подобных планов не имею. Может вы все позволите уже нам наедине решить вопросы, касающиеся исключительно нас двоих?

— Лиля? — пристально глянула Володина на нее и Лилька нерешительно кивнула.

Губерше не оставалось ничего, кроме как свалить вместе с Лехой и Янкой.

— Матвей, никакой разговор не заставит меня … — с тяжёлым вздохом начала Лилька.

— Люди ошибаются! — припомнил я ей ее же слова. — Разве не ты мне это говорила, когда оправдывала Надежду?

— Говорила.

— Ну вот — я ошибся.

— Матвей… — снова тяжело вздохнула Лилька и повеяло тоскливой безнадегой. Не-е-ет ! Не пойдет! — Ведь у нас дело не в одиночной ошибке, заблуждении, опрометчивом поступке на эмоциях. А в том, что у нас диаметрально разные позиции в вопросе…

— Я не против ребенка.

— Что? — наконец взглянула она мне в глаза.

— Я не против ребенка. Тогда в клинике … просто все было внезапно, поэтому я подумал по привычке худшее и повел себя так. Мерзко, короче.

— Волков, это ты сейчас так извиняешься? — невесело усмехнулась Лилька.

— Я? Извиняюсь? — по привычке на рожу полезла пренебрежительная ухмылка, но внезапно осознал — она мне сейчас как чужая,