Беспощадные наследники - Ана Уэст

бёдра, притянул к себе. Я вошёл в неё, позволив ей насадиться на мой член, когда она прислонилась спиной к стене. Её голова откинулась назад, длинные волосы рассыпались по её груди.

В таком виде она выглядела чертовски идеально, румянец желания разливался по её щекам. Её алый ротик слегка приоткрылся, показывая мне маленький розовый язычок, а глаза закатились от чистого блаженства. Один только вид её в таком положении, балансирующей между стеной и моим телом, когда мой член был единственным, что удерживало её на ногах, заставил меня переступить черту.

Сиена уничтожила меня, и она это знала. Я видел это в её глазах, когда наши взгляды встретились и мы оба кончили. Её влагалище сжимало мой член так сильно, что я едва мог это выносить. Моя голова упала ей на плечо. Я застонал, когда мой член дёрнулся внутри неё, высвобождая всё, что во мне было. Это было чертовски приятно – так крепко быть зажатым её киской и изливать в неё всё, что у меня было.

Когда дрожь утихла, я опустил её ноги на пол и снова разгладил юбку её платья на ягодицах. От мысли, что она вот-вот выйдет на улицу перед всеми нашими друзьями с моим семенем между бёдер, я снова возбудился. Я провёл пальцами по её влажным складочкам, возвращая трусики на место, и она вздрогнула от моего прикосновения, закрыв глаза.

Сиена повернулась к зеркалу в позолоченной раме, висевшему на стене, и покраснела, увидев своё отражение. Её причёска была растрёпана после нашего секса, после того, как я запустил пальцы в её волосы. Её губы распухли, а щёки и грудь покраснели от оргазмов. Я подумал, что она выглядит чертовски сексуально, и сказал ей в точности то, что думал.

— Ты великолепна, — тихо сказал я, целуя её в плечо и обнимая за талию. Мои руки лежали на её округлившемся животе, ощущая лёгкую пульсацию, которая началась всего неделю назад.

— Все узнают, — сказала она, но, похоже, эта мысль её не слишком расстроила.

— Пусть думают, что хотят, — прорычал я. — Ты моя жена. И если у них с этим проблемы, то они всегда могут обсудить это со мной.

Она рассмеялась.

— Не думаю, что кто-то из них это переживёт. — Повернувшись в моих объятиях, она нежно обхватила моё лицо руками и поцеловала меня. — А теперь пойдём узнаем, что нам приготовили.

Взяв меня за руку, она повела меня через кухню к задней двери, где нас уже ждали.

СИЕНА

Я чувствовала на себе все взгляды, когда мы вышли на террасу. Она опоясывала дом, полностью выстроенный из песчаного камня, и окружала бассейн и гидромассажную ванну. Вдоль края бассейна стояли белые шезлонги, а ближе к окнам от пола до потолка в задней части дома – белые железные столы и стулья. Мне понравился задний двор с каменными ступенями, ведущими в ухоженный сад. Вдоль каменных дорожек, огибающих открытый двор, обсаженный деревьями, были высажены кусты роз и другие цветы.

Сделав глубокий вдох, я вздёрнула подбородок, не обращая внимания на лукавые улыбки и застенчивые взгляды наших друзей, пока мы шли к Киллиану. Он устроил гендер-пати на лужайке за домом. Наши друзья ждали нас во внутреннем дворике, пока мы спускались по лестнице к коробке, которая стояла на столе в центре лужайки. Рядом с ящиком, на котором были нарисованы две мишени, лежали пистолеты, а в центре каждого круга были приклеены чёрные шарики.

Киллиан передал Данте пистолет, а мне протянул мой. Мы сняли оружие с предохранителя и, взглянув друг на друга, заняли позиции в нескольких метрах от ящика.

— Не промахнись, — пробормотал Данте. — Будет неловко.

— Неловко будет только тогда, когда ты промахнёшься, а я попаду в цель, — ухмыляясь, парировала я.

— Только не стреляйте друг в друга, — съязвил Киллиан.

Мы подняли оружие, направив его на коробку. Я старалась не обращать внимания на то, как вспотела моя ладонь, когда мой палец лёг на спусковой крючок. Мне было интересно, каким будет пол и как отреагирует Данте. Я знала, что он втайне хотел мальчика – ещё одного мужчину в доме, которого он мог бы водить на стрельбище и в спортзал, обучать боксу, ММА и всем другим видам самообороны, какие только есть на свете. Сына, для которого он мог бы стать тем отцом, каким его отец никогда не был.

— На старт, — объявил Киллиан, отойдя подальше от нашего поднятого оружия. — Приготовились. Стреляйте, детки!

Мы выстрелили, и оба попали точно в цель. Воздушные шары взорвались, осыпав нас розовым порошком, который развеялся на ветру. Мои подруги визжали с террасы, подпрыгивая от восторга при виде того, как цвет растекается по небу.

Киллиан застонал, хотя я заметила на его губах намёк на улыбку.

— Значит, это девчонка.

Данте повернулся ко мне, и улыбка озарила его лицо. В этот момент он выглядел так, словно парил по воздуху, в его стальных глазах светилась надежда на лучшее будущее. Я обняла его и притянула к себе для поцелуя, и он крепко прижал меня к себе.

— Да ладно вам, ребята, — усмехнулся Киллиан. — Вы, блядь, уже сделали это только что. Снимите чёртову комнату. — Данте бросил на него раздражённый взгляд, прежде чем снова расплыться в улыбке. Он не мог долго оставаться раздражённым. Не сейчас.

Наши друзья окружили нас, восторженно восклицая.

— Вы уже выбрали имя? — Спросила Колетт. — Я подумала о Колетт. Знаете, её бы назвали в честь самой замечательной тёти в мире.

— Или Арии, — предложила Ария.

С улыбкой я взглянула на Данте.

— Мы уже выбрали имя.

— Ну, — протянул Каин, — ты собираешься сказать нам, какое оно, или нам придётся гадать?

Данте с любовью сжал мою руку.

— Эмилия Мари.

От одного упоминания имён наших матерей у меня на глаза навернулись слёзы. Мы даже не колебались, когда в прошлом месяце перебирали имена. Наши матери значили для нас весь мир, но были отняты у нас обоих слишком рано, и ни один из нас ещё не оправился от этого до конца. Я не знала, сможем ли мы когда-нибудь оправиться, но назвать нашу дочь в их честь казалось хорошим первым шагом к исцелению.

— Это прекрасно, — ласково сказала Пакс, притягивая меня к себе, чтобы обнять. — Абсолютно