Уроки Искушения, или Пылающие Сердца Драконов - Деймон Краш

Набрав высоту, Рикард раскинул крылья и позволил себе плыть по воздуху, словно по воде. Спустя пару минут я привыкла к этому ощущению и во все глаза стала смотреть по сторонам.

Это было непередаваемо.

Под нами раскинулась Пантарэя — самое сердце Виригии, живая, сияющая, многослойная, словно собранная из сотен миров сразу. Высокие башни взмывали вверх, прорезая ночь острыми линиями балконов и посадочных площадок, которые блестели в свете кристальных фонарей, встроенных прямо в фасады зданий. Между башнями тянулись подвесные мосты, трубы паровых магистралей и светящиеся магические рельсы, по которым бесшумно скользили транспортные платформы. Город не спал: где-то клубился пар, где-то мерцали вывески мастерских, а внизу, в человеческих кварталах, окна горели тёплым, живым светом.

Чем ниже опускался взгляд, тем отчётливее становилось различие уровней: верхние ярусы состояли из стекла, металла и магии, там преобладала строгая геометрия линий; ниже — плотная застройка людей, жилые кварталы с кафешками и магазинчиками, которые работали даже в такое время. На черепичных крышах тянулись к небу дымоходы, между домами скользили узкие улочки, фонари на цепях и крошечные площади, откуда всё ещё доносились голоса. Пантарэя жила, гудела, переливалась — город, в котором драконы и люди существовали вместе, в едином дыхании.

А дальше, за чёрной лентой реки, поднимаясь из темноты, возвышалась гора. На её вершине сиял огромный храм, залитый мягким золотым светом, будто кусочек рассвета, который никогда не заканчивался. Он был виден отовсюду — неподвижный, величественный, словно божественное провидение. Я смотрела на него, затаив дыхание, и вдруг остро почувствовала, насколько Пантарэя велика… и насколько велико её бесконечное, неусыпное сердце.

Рикард время от времени взмахивал крыльями, корректировал направление и снова ловил попутный ветер, но когда мы приблизились к реке, взял большую дугу и осторожно приземлился прямо на набережной. Опустившись к мостовой, он дождался, когда я осторожно слезу с его шеи и на негнущихся, трясущихся ногах отойду в сторону. Должно быть, он нарочно выбрал место рядом со скамьёй, и я тут же села на неё, протянув ноги и подняв глаза на храм, который теперь был прямо перед нами.

А через мгновение Рикард уже садился рядом. Он повернулся ко мне, поставив одну ногу на скамью, и снял свой форменный мундир. Я впервые увидела его в полном обмундировании. На обеих руках чуть выше самого широкого места плеча, были затянуты ремешки, а на ремешках закреплены самые разные артефакты.

Я невольно забыла и про боль, и про храм, засмотревшись на многообразие редких приспособлений. Рикард снял одно из них — крошечный, не больше крупной монеты, вытянутой формы, с плавно закруглёнными краями. Тёмный металл отливал холодным серебром с вкраплением золота. Поверхность была матовой, но испещрённой тончайшей гравировкой: линии сходились и расходились, образуя замкнутые контуры, напоминавшие нервные узлы или схему кровеносных сосудов.

В центре находилось едва заметное углубление с вкраплением кристалла — мутного, дымчатого, почти непрозрачного. Именно в нём заключалось плетение, но настолько сложное и тонкое, что мне потребовались бы часы или даже дни, чтобы расшифровать его.

— Давай руку, — сказал Рик, и я послушно протянула ему ладонь.

Он мягко взял её за пальцы, положив себе на колено так, чтобы удобно было завязать ремешок на моём запястье. А потом едва заметной клипсой на задней стороне артефакта прикрепил его к импровизированному браслету.

Рикард был так близко, что воздух вокруг стал плотным и наполненным магнетизмом. Я придвинулась ближе — не только чтобы ему было удобнее. Моё бедро словно случайно коснулось ноги Рика, и она коротко поднял на меня взгляд, чтобы снова вернуться к своему делу.

— Всегда носи на запястье тонкий прочный браслет или ремешок, — сказал он. — Большинство подобных артефактов крепятся именно так, и если что-то пойдёт не так, любой врач или полицейский сможет быстро оказать помощь.

— Никогда не думала об этом, — призналась я. — А можно?..

И, освободившейся рукой, чуть потянулась к артефактам на плече дракона. Тот усмехнулся, расстегнул ремешок и протянул его мне.

— Это… невероятно, — выдохнула я искренне, рассматривая изящные артефакты самого разного назначения. — Такое компактное плетение. И при этом автономное. Они ведь не тянут силу извне?

— Нет, — ответил Рик. — Замкнутый контур. Работает за счёт накопленного резерва и реакции на нервный отклик. Умные вещицы. Нам выдают оборудование новейшего производства.

— И кое-что запрещённое, — заметила я, приподнимая перед собой крючкообразный артефакт и рассматривая его в свете фонарей.

Дракон только усмехнулся.

— А этот для чего? — спросила я, отстёгивая другой артефакт. Он представлял собой кольцо, которое предполагалось надевать на палец, и металл был не простым: он подстраивался под размер носителя в момент активации.

Рик ответил не сразу.

— Для экранирования, — сказал он наконец. — И для того, чтобы кое-кто не мог тебя так легко найти.

— Это… полезно, — слабо улыбнулась я, подумав, что такая вещица мне бы точно не помешала. Может, с ней я могла бы себе позволить свободно гулять по Пантарэе.

Рикард вздохнул, сел ровно, откинувшись к спинке и положив на неё руки так, что одна из них оказалась прямо за моей спиной.

— Лейла, я давно хотел тебя кое о чём поговорить.

— Да? — я опустила артефакты на колени и посмотрела на Рикарда, но он немигающим взглядом наблюдал за тем, как свет фонарей отражается на водной глади.

— Аркейн всё ещё ищет тебя.

Я не сразу нашлась с ответом и лишь крепче сжала пальцы на артефактах, лежащих у меня на коленях.

— Я… старалась не привлекать внимания, — произнесла я наконец. — После той истории я почти не выхожу в город одна. Академия казалась безопасным местом.

— Для большинства — так и есть, — спокойно согласился Рикард. — Собственно, я потому и попросил Дрейка зачислить тебя в обход правил. Но ту уже попала под прицел псов, и они так просто не отступятся. Мы всё ещё не можем выйти на след этого подонка, но порой ловим его подельников, так что кое-что о его планах нам известно.

Немного помолчав, он бросил:

— Забери это кольцо и никогда его не снимай. Слышишь? Никогда. В нём резервный накопитель, и вдали от источников магии оно будет действовать около трёх-четырёх суток. Но лучше не рисковать.

“Я боюсь”, — вдруг промелькнуло в голове, но я не была уверена, что